— Будет болеть еще несколько дней. Если вы захотите вернуться домой, то муж должен будет помогать вам одеваться.
— У меня вообще нет намерения возвращаться домой. Но даже если бы я и вернулась туда, сэр, мой муж не выносит моего вида, — она подняла глаза к потолку. — Я скорее дождусь помощи от случайного прохожего, чем от него.
Пауэл долго смотрел на ее измученное лицо.
— Я не представляю себе, мадам, чтобы мужчина мог быть таким слепым, чтобы мог устоять перед вашим обнаженным телом. И если то, что я говорю, неприлично, тогда я действительно грешник, нуждающийся в спасении.
Он повернулся и слегка неуверенной походкой вышел из комнаты. Лайза смотрела ему вслед с немым изумлением. Ее тело вздрагивало от необычных ощущений, хотя муж никогда не возбуждал в ней подобных чувств. Она закрыла глаза и долго молилась, признаваясь в том, что испытывает наслаждение, когда доктор Пауэл смотрит на нее, и просила Бога простить ей этот грех. Она замужняя женщина, неверность для нее немыслима. Пусть муж ее состоит в греховной связи с другой женщиной, она совсем не такая и не может позволить себе даже невинное увлечение другим мужчиной. По крайней мере, пока не разведется. И, тем не менее, глаза доктора вызывали в ней такое чувство, которого она до этого не испытывала ни разу в жизни. Она надеялась, что к утру он забудет обо всем, и будет считать это сном. Возможно, со временем она сама сможет убедить себя в этом.
Полковник Дэвид Моррис не был в воинской части, хотя не имел права этого делать. Он проводил ночь в объятиях Селины. Это было в первый, но не в последний раз, думал он. Он, действительно, любил эту женщину.
Сон не шел к нему. Его лицо, освещенное светом луны из окна, было напряжено. Все его мысли были заняты случившимся с женой. Он не хотел ударить Лайзу. Только Бог знает, почему так случилось. Ее можно было понять, его отношение к ней вынудило ее вести себя так. Он женился на ней из-за карьеры, притащил с собой в эту проклятую пустыню, хотя она не была приспособлена к такой жизни. Она забеременела, он бросил ее одну, когда она потеряла ребенка, и, в конце концов, страстно увлекся другой женщиной. А когда Лайза объявила, что уходит от него, он ударил ее. Дэвид громко застонал. Он не хотел бить жену, видит Бог, в самом деле не хотел, не хотел толкать ее в огонь и очень сожалел о случившемся.
— Что произошло? — сонно побормотала Селина.
— Моя жена разводится со мной.
Селина села на постели, сон сразу пропал.
— Разводится с тобой? — ее лицо засияло от радости.
— Да, — он грубовато засмеялся. — Ты можешь выйти за меня замуж, если хочешь, когда дело о разводе закончится.
Селина заплакала, не в силах сдержать своих чувств. Ей не нужно будет больше переживать из-за связи с женатым мужчиной, это было больше, чем она могла мечтать.
— О, Дэвид, я буду так любить тебя, — горячо прошептала она, — так любить.
Она притянула его к себе и начала доказывать это самым лучшим из известных ей способов. Хотя мысли его не сразу отвлеклись от печальных событий, но тело сразу ответило на ее ласку. Надо обязательно дать Лайзе развод, подумал он, постепенно возбуждаясь. Конечно, надо дать ей развод.
В этот же день, позже, когда он возвращался в часть, какие-то звуки насторожили его. Дэвид осторожно въехал в тень деревьев так, чтобы замаскировать машину, и заглушил мотор. Обычно он ездил на лошади, он не любил автомобиля. Но вчера он торопился попасть к Селине.
Дэвид прислушался. Лошади. Много лошадей. Наблюдая из своего укрытия, он увидел отряд мужчин, судя по большим сомбреро, мексиканцев. Они осторожно двигались по направлению к Дугласу.
Никого из знакомых он среди них не увидел. Они были не местными. Что-то было в их внешности, что выдавало в них революционеров. За ними нужно проследить.
Когда они проехали, он помчался в Форт Хуачука, позвонил в гарнизон в Дугласе и доложил о продвижении отряда. Если мексиканцы уже начали действовать на американской территории, то это скоро может привести к войне с Мексикой. Возможно, это имеет отношение к контрабанде на границе, а, возможно, подтвердится слух о заговоре местных мексиканцев.
Торн Вэнс ехал на ранчо Лэнга. Разные мысли одолевали его. Впервые за последнее время ему не удалось поговорить с Наки. Тот открыто избегал разговора. Торн был уверен, что апачи увлечен девушкой в очках, гостьей Лэнгов, и не знал, что предпринять. Если затронуты чувства мужчины, может сложиться неприятная ситуация, особенно из-за отношения ее брата к индейцам. Он знал, что их взаимоотношения не могут закончиться благополучно, но не мог запретить Наки видеться с Сисси Бейтс.
С другой стороны, можно попытаться поговорить с девушкой, если ему представится такая возможность. Может быть, это удастся во время поездки на охоту, поэтому он сделал все, чтобы подготовить эту поездку для гостей Лэнга.
Джек Лэнг не проявлял большого энтузиазма, но Ричард ждал этой охоты с нетерпением.
— Непременно! — воскликнул он, подражая своему идеалу Теодору Рузвельту. — Когда мы сможем выехать?
— На рассвете. Учитывая мексиканскую ситуацию, нам нужно добраться до места и успеть разбить лагерь до наступления темноты.
— Конечно. Мы не будем слишком близко от границы? — продолжал уточнять Ричард.
— Нет, — заверил его Торн. — Достаточно далеко.
— В таком случае, я согласен. А как ты, милая? — шутя обратился он к Джулии, которая кокетливо прильнула к его плечу.
— Не могу дождаться.
Трилби, казалось, должна была ревновать, но она встретилась глазами с любопытным взглядом Торна, и у нее все внутри будто обожгло пламенем. Она посмотрела на его губы, и ей с такой неожиданной силой захотелось поцеловать их, что она вонзила ногти себе в ладони. Трилби быстро отвернулась и стала поправлять салфетку на столе, затылком ощущая взгляд Торна.
— Вы берете с собой Саманту? — спросила Мери.
— В эту поездку — нет, — голос Торна был до странности глубоким. — Она побудет с моим кузеном Куртом и его женой в городе.
Он не стал рассказывать, как Саманта умоляла взять ее с собой. Кажется, ей совсем не нравится оставаться с Куртом и Лу. Почему же этого не было раньше, до гибели Сэлли? Нужно будет поговорить с девочкой об этом.
— Это хорошо. Конечно, она будет скучать без вас, — сказала Мери.
Торн так не думал, но был слишком вежлив, чтобы спорить дальше.
— Как только начнет светать, я заеду за вами.
— Торн, можешь взять мою машину, если хочешь, — предложил Джек.
— Мы поедем верхом. Боюсь, что только так можно добраться туда. Если кто-нибудь из вас не может ездить верхом…
— Что за глупости, — перебил, усмехнувшись, Ричард. — Бен, Сисси и я выросли среди лошадей, а Джулия ездит, как настоящая амазонка.
