Читаем без скачивания Альбертина и Дом тысячи чудес - Франк Райфенберг

— Прекрати хулиганить! — Тетя Кора дернулась и вырвалась, чуть не столкнув племянницу в оркестровую яму. В поисках опоры Альбертина вцепилась в суфлерскую будку, но та угрожающе затрещала. Альбертина вновь с трудом взобралась на сцену.

Но от резкого движения тетя Кора тоже потеряла равновесие и вскинула руки вверх. Ключ сорвался у нее с пальца, описал дугу и упал точнехонько в цилиндр с блестками. Тетя Кора удержалась-таки на ногах и бросилась к цилиндру. Она сунула в него руку и тут же мгновенно вынула обратно: в ее когтях трепыхался кролик.

Альбертина решила использовать мгновенное замешательство Коры и сама засунула в цилиндр руку, но вместо ключа в руках у нее оказался пылающий факел.

Клетчатые застонали, когда сцена осветилась ярким огнем. Альбертина взглянула на них при этом свете и кровь застыла у нее в жилах: сбившись в тесную кучку, три призрака сидели возле чемодана, бледные, почти прозрачные.

Тетя Кора быстро пришла в себя. Она вырвала цилиндр из рук у Альбертины, спрыгнула в оркестровую яму и еще в полете вынула из цилиндра большой букет цветов. С оглушительным грохотом она приземлилась среди ударных инструментов. Побелев от злобы, Кора принялась мять и комкать цилиндр.

— Отдай этот идиотский ключ, иначе я разорву тебя на тысячу кусков! — накинулась она на и без того уже изрядно пострадавший головной убор.

Альбертина бросилась в оркестровую яму и вцепилась в химическую завивку тети Коры. Они начали царапаться, кусаться, пинаться и щипать друг друга. И Кора, и Альбертина были наделены изрядной долей одержимости и цепкости, присущей всем в семействе Шульце. Обе так увлеклись дракой, что не сразу заметили белую голубку, кружившую над их головами. Кора как раз собиралась нахлобучить на голову Альбертине оркестровый барабан, и тут обе — тетка и Альбертина — замерли. Молча, открыв рты, следили они за голубкой.

Сельма, радостно воркуя, полетела через весь зал к двери. Взмахнула еще несколько раз крыльями и вылетела наружу. В маленьком клювике поблескивал ключ с драконом.

Альбертина побежала следом за голубкой.

— Сельма, Сельма, цып-цып-цып! — кричала она.

Но Сельма не обращала на нее внимания. Она рада была своей находке и летела прямиком в гостиную.

Даже если бы Альбертине удалось догнать Сельму, та летела слишком высоко, чтобы девочка могла дотянуться до ключа.

В гостиной голубка удобно устроилась на роскошной люстре под потолком.

— Сельма, Сельма, иди сюда! — умоляла Альбертина. — Отдай мне ключ, он мне очень нужен, иначе мои друзья погибнут!

Сельма на уговоры не поддавалась.

— И тебе тоже не придется возвращаться обратно в свой пузырь сна, я тебе обещаю.

— Ха-ха, ничего у тебя не выйдет! — голос тети Коры, раздавшийся с лестницы, прервал этот нескончаемый, но односторонний разговор Альбертины с голубкой.

Внезапно прогремел выстрел, и все свечи на люстре загорелись.

— Сто восемьдесят две свечи одним выстрелом! Я прогрессирую, — гордо констатировал свой успех месье Флип, стоя у входа с ружьем в руках. — Коллегу Деблера в один прекрасный день я обставлю как миленького.

Сельма испуганно вспорхнула, открыла клювик, чтобы в ужасе вскрикнуть: «Ур-р-р!» — и уронила ключик.

Тетя Кора отважно бросилась вперед и, безусловно, первой схватила бы его, если бы ее заклятый враг, саблезубый тигр, снова не проявил пристрастного интереса к ее косолапым ножкам. Она запнулась о голову изъеденного молью зверя, правая нога опять попала в пасть, и она лицом вниз упала прямо на полосатую шкуру.

Месье Флип зажимал под мышкой сумку с «Туснельда Торнада».

— К сожалению, у меня нет времени достойно отметить нашу встречу. — Он поклонился и побежал к двери.

Альбертина, прижимая к груди ключ с драконом, помчалась вверх по лестнице. Она скакала через две ступеньки.

— Руфус! Руфус! Освободи меня! — слышался позади крик тети Коры, а Альбертина уже ворвалась в театральный зал и увидела жалкие фигурки клетчатых в углу на сцене.

— Альбертина! Мы так хотели тебе помочь, но ты же сама видишь… — такими словами встретил ее Отто.

Альбертина сунула ключ в отверстие замка на чемодане.

Спасение в последнюю секунду

Экскаваторы и грузовики ровными рядами выстроились на подъездах к вилле, внизу. Шины одного из этих металлических чудовищ оставляли в грязи узорчатый лабиринт таких размеров, что в нем могла заплутать взрослая лиса. Именно это чудовище и свернуло каменное основание ворот и смяло кованую железную решетку. Ворота упали, и две маски пустыми глазами взирали теперь прямо в небо, опустив уголки губ. Ни та ни другая больше не улыбались.

Тиль и Кнобель лежали ничком, прижавшись друг к другу и к железной решетке. Болленштиль пытался тянуть их за ноги, но ни тот ни другой не сдвинулись ни на миллиметр.

— Там ведь еще люди остались, — ворчливо заметил один из рабочих. — А я так думаю, вы хотите стереть эту развалюху с лица земли, да, господин Болленштиль?

— Тебе, идиот, думать не положено, просто делай, что говорят. Быстро хватайте и тащите! Ты тут, а ты вон с того угла!

Рабочие подняли решетчатые ворота вместе с прицепившимися к ним детьми и оттащили их в сторонку.

— На помощь! Альбертина-а-а! — закричал Кнобель, но все было напрасно.

Входная дверь распахнулась, и месье Флип вышел на веранду. На нем был костюм Билли Кида: черная рубашка с узким галстуком, жилетка цвета беж, черные ковбойские штаны с кожаными заплатами, на ногах сапоги с серебряными шпорами, а на голове черная шляпа, простреленная посередине. А дырочку эту сделала пуля из легендарного кольта, которая тогда не только испортила любимую шляпу знаменитого разбойника Билли Кида, но еще и отправила прямиком в ад этого самого страшного преступника на свете, и с тех пор он грабит бедные души в геенне огненной и даже самого дьявола нисколько не щадит.

Эту историю месье Флип любил в прежние времена рассказывать посетителям виллы и при этом поигрывал старым серебряным кольтом Билли, который на этот раз остался висеть на крючке в гардеробной. Месье Флип прихватил с собой более серьезное оружие, чтобы потягаться на дуэли с Болленштилем.

Болленштиль взобрался на гусеницу экскаватора, на котором висела чугунная баба, и отдавал указания экскаваторщику. Увидев дворецкого, Болленштиль разразился лающим хохотом.

— Скоро смех застрянет в твоем жирном горле, паршивая собака! — пробормотал месье Флип. Номер с Билли был ему очень по душе: приняв облик Билли, он мог ругаться так, как ни в каком другом виде себе бы не позволил.

— Мы из тебя котлету сделаем! — раздался звонкий голос у него за спиной.

Месье Флип быстро оглянулся и увидел Тиля и Кнобеля, которые стояли буквально в метре от него.

— Я нижайше прошу молодых господ больше меня так не пугать, пожалуйста! Мне нужно сконцентрироваться на моем выступлении, то есть, прошу прощения, на моей дуэли, — поправился он. — И еще — не могли бы вы отступить на несколько шагов? Сотни на две, на три?

— Ну уж нет, мы нашего нового папу в беде не оставим. За папами — только глаз да глаз, это Альбертина нам сказала, — поделился Тиль.

— Точно! — подтвердил Кнобель. Месье Флип вздохнул и покачал головой:

— Да, я чувствую, от вас так просто не отделаешься. Ну хорошо, только стойте все время прямо за моей спиной, ясно?

Близнецы кивнули:

— Ясно, папа Флип!

— У вас здесь детский день рождения или что? — съехидничал Болленштиль.

— Даю вам пять минут, чтобы исчезнуть. — Месье Флип положил руку на кобуру.

— Вы себе что позволяете, как вы смеете и вообще, кто вы такой, чтобы давать мне указания, а? — прорычал Болленштиль.

— Он — Билли Кид! — крикнул Тиль и тоже встал подбоченившись. Только вот кобуры у него не было.

— Папа Флип, но ведь у тебя в кобуре нет пистолета, — тихонько сказал Кнобель маленькому, пузатому ковбою. — У тебя только дорожная сумка в цветочек, а она ведь стрелять не может и уж точно не может прогнать этого жирного дядьку.

— Именно это моя «Туснельда» и может! Болленштиль разразился скрипучим смехом.

— Ой-ой, как страшно, ох, прогонит нас сейчас этот Биллик Кидик со своей дамской сумочкой!

— Осталось четыре минуты, — невозмутимо сказал месье Флип.

Болленштиль угрожающе сжал кулаки.

— Я уже по горло сыт всем этим отродьем Шульце и разными клоунами вроде вас. Время переговоров давно истекло, неужели до вас это никак не доходит? Настало время действовать! — Болленштиль развернулся и зашагал к экскаваторам. — Всё, давайте крушите!

— Это никак невозможно, пока там люди, — возразил экскаваторщик.

Болленштиль распахнул дверцу кабины и вышвырнул из нее водителя.

— Убирайся, ты, размазня! — Он плюхнулся на сиденье и взялся за рычаг.

Экскаватор с чугунной бабой медленно двинулся вперед. Каменные статуи средневековой барышни и графа-помещика моментально раскрошились, как песочное печенье, под лязгающими гусеницами. Месье Флип, держа за руки Тиля и Кнобеля, отскочил в сторону.