назад мой отец просил защитить честь семьи Морганы. Я сделал все, что было в моих силах, но, влюбившись в ее младшую дочь, совершил смертный грех. В любом случае я не позволю, чтобы кто-то обидел Моргану или Корину, тем более, когда речь идет о какой-то уличной девке.
Спрятавшись наверху в сарае, Кассандра с замиранием сердца ожидала его появления. Весь день она забавлялась, довольная своей шуткой, которую надумала проделать с Кедедрином. Она решила свести его с ума, с нетерпением ожидая кульминации своего плана.
Забравшись в копну сена, она увидела, как Кедедрин переступил порог конюшни, наблюдая за ним через щель. Войдя в загон, он огляделся, ища ее глазами. Дело в том, что Кассандра оставила ему еще одну запечатанную записку среди его доспехов.
Взглянув на печать, он с нетерпением распечатал письмо, пробежав глазами написанное. Нахмурившись, он снова перечитал его и громко выругался.
Кассандра зажала рукой рот, чтобы не рассмеяться. Все шло точно по плану.
Кедедрин сунул записку в карман рубахи. Писала его «тигрица». Письмо было написано точно в таком же духе, как первое, но в нем она назначила ему свидание за псарней. На этот раз он колебался, стоит ли принимать такое приглашение, но все же решился прийти, заинтригованный экстравагантной подругой. Вглядываясь в лица прохожих, попадавшихся ему на пути, он пытался найти знакомое лицо.
Кассандра каталась от смеха, получая удовольствие от своих проделок. Разметав вокруг себя охапку сена, она подставила лицо падающим соломинкам, наслаждаясь своей изобретательностью. Интересно, как он отнесется к ее очередной шутке, думала она, когда поймет, что она его опять одурачила?
Кедедрин обошел псарню, но никого не нашел. Он заглянул даже в собачьи конуры, но везде было пусто. Когда он уже совсем отчаялся, в глаза ему бросился кусок кружева, торчащий из-под большого булыжника. Вытащив его, он рассмеялся. Это был оторванный кусок нижнего женского белья.
Поднеся его к носу, Кедедрин принюхался, догадавшись, что это было ее белье. Толкнув ногой камень, он обнаружил там еще одну записку. Затолкав оторванный кусок белья во внутренний карман, он изучил новое послание. В нем было написано: «Таверна. Следующие указания найдешь наверху, в деревенской таверне».
Возбудившись, он представил себе, что она ожидает его в постели на верхнем этаже таверны.
Не минуты не мешкая, он бросился в лес по тропинке, ведущей в деревню.
— Хелло, Кедедрин.
Голос показался ему знакомым, и он в растерянности остановился. Оглянувшись, он ожидал увидеть свою «тигрицу», но это оказалась элегантно одетая леди Кассандра, сидящая на садовой скамье.
— Это вы? — удивился он.
— Кажется, я вас испугала? — спросила девушка и, приподняв голову, покрутила пальцами черный локон своего парика. — С вами все в порядке?
— Разумеется. Просто я был удивлен, увидев вас здесь, — сказал он, всматриваясь в ее бледное лицо. Если бы не эта бледность, он вполне мог спутать ее с «тигрицей». Даже их голоса были поразительно похожи, правда, у «тигрицы» был несколько хрипловатый тембр. Кедедрин разволновался, не зная, что делать дальше — идти в деревню или сесть рядом с Кассандрой.
— Вы куда-то направлялись? — спросила она.
— Да, — медленно произнес он. — У меня встреча в деревне.
— По-видимому, очень важная, если вы так торопитесь?
— Да, — повторил он и поклонился, заметив ее недоверчивое выражение лица. — Вы кого-то ждете, леди Кассандра? — спросил он.
— Кажется, да.
— Видимо, вашу родственницу?
Кассандра улыбнулась:
— Да, но не Кэлиел.
— Подругу?
— Хмм… нет. Не подругу.
— Вы ждете мужчину?
Кассандра слегка вздрогнула, заморгав глазами.
Кедедрин почувствовал, что в нем поднимается неудержимая ревность. Не владея собой, он быстро склонился над ней, упершись руками в скамейку.
— Уж не героя ли вашего очередного сна? — резко бросил он ей в лицо. — Вы уже потеряли интерес к мужчине ваших снов? Боюсь, вам придется покинуть двор, так и не найдя себе жениха. Вы же утверждали, что мечтаете о вечной и верной любви, а придворных джентльменов, как вы сказали, интересуют только деньги и власть?
Откинувшись на спинку скамьи, Кассандра с любопытством посмотрела на него.
— Вы такой же, как они, — заметила Кассандра.
— Вот почему я советовал вам покинуть двор. Не стоит ввязываться в придворные интриги, — добавил он, коснувшись ее щеки. — Вы заслуживаете большего.
Затрепетав от его прикосновения, девушка кивнула.
— Мы скоро уезжаем, — шепотом сказала она.
От ее слов у Кедедрина сжалось сердце. Он смутился, не понимая сам, почему ее сообщение, как ножом, пронзило его душу.
— Ну что ж, хорошо, — с усилием выдавил он.
Кассандра отвернулась.
— Надеюсь, вы не уедете прежде, чем мы совершим верховую прогулку? Вы же мне обещали?
— Да, я не отказываюсь от своих слов.
Весело посмотрев на нее, Кедедрин кивнул и быстро удалился. Кассандра проводила его насмешливым взглядом.
Добравшись до деревни, Кедедрин отправился на поиски своей «тигрицы», но не мог отделаться от необъяснимого чувства ревности, которое испытывал к Кассандре. Как эти две — такие разные — женщины могли вывести его из равновесия и лишить покоя?
Отыскав таверну, он вошел в дверь под тенистым навесом.
— Милорд! — приветствовал его хозяин заведения, бросившись к нему навстречу.
— Для меня заказана комната наверху, — сообщил Кедедрин, сунув ему монету.
— Да, да! Поднимайтесь на второй этаж. Комната налево. А она очень хорошенькая! — сально ухмыльнувшись, добавил он.
Поднявшись наверх, Кедедрин двинулся к двери, которую показал хозяин. Сердце его бешено колотилось в груди. Кедедрин перевел дух и распахнул дверь.
На столе стояла свеча с красным колпаком, едва освещая комнату. Закрыв дверь, Кедедрин подошел к столу. В мерцающем свете свечи он заметил пару красных чулок, лежавших поверх покрывала на кровати.
Кедедрин оглядел все углы, ища взглядом «тигрицу», но ее не было здесь. В висках стучало, сердце вырывалось из груди. Где же эта чертовка? Зачем она затеяла на него дурацкую охоту? Интуитивно он чувствовал, что где-то в кровати он найдет следующую записку от нее. Так и оказалось.
Вскрыв записку, он впал в настоящую ярость. Это было уже слишком. С него хватит!
— Рынок, — прочитал он. — В лавке, где торгуют перчатками. С нетерпением жду, — гласила вдохновляющая приписка.
Кедедрин в бешенстве сжег ее в пламени свечи, наблюдая, как чернеет белый пергамент, сворачиваясь в темную трубочку. Как она смеет дразнить его, держать на коротком поводке вместо того, чтобы быть послушной ласковой киской? Наряду со злостью Кедедрин испытывал неизъяснимое наслаждение, понимая, что она стремится полностью завладеть его вниманием. И это ей явно удалось.
Покинув таверну, Кедедрин нетвердой походкой двинулся дальше по улице, еще не полностью протрезвев после вчерашней пирушки. В деревне было
