скорее отвязаться от нее, Кедедрин бросил ей пару монет, обойдя место аварии, где на грязной дороге валялись остатки сломанной повозки вперемешку с разлетевшимися в разные стороны цветами.
Кедедрин уже сгорал от нетерпения, проклиная злосчастного мальчишку. Что тому было надо от него?
Он уже ясно видел очертания церкви со шпилем. В отличие от часовни рядом с замком, деревенская церковь была еще не достроена, но богослужения уже совершались, и жители окрестных деревень регулярно посещали ее. Часовня была построена из серого камня. К тяжелой металлической двери вела широкая лестница. Некоторые сводчатые проемы уже были застеклены витражными окнами, другие стояли пока пустыми. Незаконченный фасад, казалось бы, мог придавать церкви заброшенный вид. На самом деле, церквушка обладала какой-то притягательной силой, и в нее непременно хотелось зайти.
Кедедрин был уже почти рядом с часовней, как дорогу ему снова преградил все тот же уличный сорванец.
— Что тебе от меня нужно? — спросил Кедедрин.
Мальчишка остановился в нескольких футах от него и, переминаясь с ноги на ногу, поднял голову и посмотрел на верх колокольни. Кедедрин тоже поднял голову и к своему величайшему удивлению заметил там рядом с бронзовым колоколом свою подругу.
Мальчик испарился. У Кедедрина захватило дух. Он с ужасом смотрел на рыжеволосую необузданную сирену, забравшуюся на такую верхотуру.
Забыв об уличном сорванце, Кедедрин думал только о ней, своей «тигрице», представляя ее запах, исходящую от нее теплоту, ослепительные голубые глаза, манящие его с такой неудержимой силой и заставляющие забыть обо всем на свете.
Кедедрин представил, как он снова прикасается к ее телу. От этой мысли его бросало в жар и перехватывало горло. Она затеяла с ним эту веселую игру, устроила охоту за ней, и он чувствовал, что готов на все ради нее.
Поднявшись по лестнице, Кедедрин одним прыжком преодолел несколько ступеней, с легкостью толкнув тяжелые двери, словно они ничего не весили. Его шаги эхом отзывались в каменных сводах колокольни. Пробежав мимо деревянных скамей, стараясь не задеть церковную утварь, он оказался у лестницы, ведущей на колокольню.
— Котенок! — крикнул он.
В ответ он услышал легкий звон колокольчика, подняв голову вверх, откуда доносились звуки. Среди опор колокольни он увидел Кейтлин, стоящую на перекладине с небольшим колокольчиком в руках.
— Неужели я наконец отыскал мое сокровище? — проговорил он. — Или ты приготовила для меня новый сюрприз?
— Поднимайся наверх, — крикнула она, — посмотрим, поймаешь ты меня или нет.
От налетевшего порыва ветра звуки ее голоса разнеслись по всему пространству церкви, все призывнее действуя на Кедедрина.
— Что означают эти колокола на часовне? — спросил он.
Кассандра тронула колокола, подвешенные рядом с ней.
— Каждый колокол возвещает союз невесты с женихом.
— А может быть, под его звон невеста ложится в постель со своим супругом? — хмуро спросил Кедедрин.
Пронзительно вскрикнув, Кассандра прыгнула, встав на ноги и балансируя вытянутыми руками, отскочила в дальний угол крыши часовни.
Кедедрин медленно поднялся на несколько ступеней.
— Жди меня там, где стоишь.
Захохотав, она полезла под юбку и, сняв с себя нижнее белье, подвесила его на перекладину, потом перескочила на другую балку, помахав ему рукой.
— Если ты стараешься, чтобы я забыла твои вчерашние оскорбления, то тебе удалось.
— Наоборот, я собираюсь тебе об этом напомнить.
Кедедрин прыгнул на балку, на которой только что стояла Кассандра. Под тяжестью его веса перекладина закачалась, и колокола тихо зазвенели.
Кассандра вздрогнула и отскочила назад.
— Как это тебе удалось? — спросила она.
Подавшись вперед, он начал теснить ее своим мощным телом, ступая по узкому выступу.
— Ты затеяла охоту на меня, и я желаю получить вознаграждение.
Прижавшись к каменной стене, она уцепилась рукой за колокол. С бьющимся сердцем Кассандра горящим взором уставилась на Кедедрина. Она хотела распалить его, но сама задрожала, как осиновый лист на ветру. Он напоминал ей зеленоглазую рысь Маккэт, подползающую к своей добыче.
Посмотрев по сторонам, она искала другую опору, куда можно было бы отступить дальше, но он уже успел схватить ее обеими руками за талию.
— Да, ты придумала отличную забаву, «тигрица», но теперь игра окончена.
Сердце Кассандры вырывалось из груди, когда она смотрела в его сверкающие страстью глаза. Да, она разожгла его пламя, вернула к жизни. Она видела, что он забыл обо всем на свете, о своем предназначении, о титуле. Сейчас он был простым смертным, балансирующим на перекладине в недостроенной деревенской часовне, который охотился за своей полураздетой «тигрицей».
Сейчас она была его единственной целью, и от этой мысли у нее захватывало дух и дрожали колени.
Набросившись на нее всем телом, он крепко держал ее стан, просунув колено между ее ногами.
— Раздвинь ноги, сделай это для меня, — сказал он.
Кассандра покачала головой:
— Я сейчас упаду!
— Ты была моей прошлой ночью, а сейчас дразнишь, играя со мной в кошки-мышки.
Развязав тесемки своих штанов, он сдернул с нее юбку, под которой не осталось ничего из нижнего белья. Кедедрин улыбнулся, с удовлетворением глядя на ее беззащитность.
— Теперь ты полностью в моей власти, — прошептал он. — Отдайся мне!
Кассандра кивнула. Во рту у нее все пересохло.
— Положи мне ноги на пояс.
Быстро посмотрев вниз, на каменный пол церкви, девушка сообразила, как опасно находиться в подобном положении на такой высоте.
Ухватившись одной рукой за балку, Кедедрин хитро улыбнулся.
— Ты думала, что перехитришь меня?
Кассандра вскрикнула от удивления, когда он схватил ее ногу свободной рукой, и закачалась, балансируя на другой ноге. Когда его пальцы коснулись ее сокровенного места, Кассандра почувствовала, что теряет сознание.
— О боже! — застонала она. — Я не могу сконцентрироваться.
— И не надо!
Нащупав пальцами ее набухшую от возбуждения плоть, Кедедрин пощекотал ее бедро, заставив Кассандру шире раздвинуть ноги.
Уставившись на него, она сообразила: если отодвинется от стены, то полностью будет в его власти. Сейчас все зависело от Кедедрина. В любой момент они могли свалиться вниз на каменный пол: держаться в таком неудобном положении было очень нелегко и опасно.
— Успокойся! Полностью доверься мне! — прошептал он.
Кассандра обхватила руками его шею и подняла другую ногу. Вцепившись в него обеими ногами, Кассандра чувствовала его тугой член, плотно прижавшийся к ее телу. Оба вскрикнули и застонали, ощутив сильнейший контакт друг с другом. В этом стоне было все — и доверие, и страсть. Здесь не было никакой игры. Обоим казалось, что они на небесах, в окружении ангелов, ласкающих их своими крыльями.
Держась одной рукой за перекладину и поддерживая Кассандру другой, он медленно вошел в нее наполовину. Коснувшись своим органом ее горячей плоти, Кедедрин
