Гай пожал плечами:
– Очень может быть. Но вот чего я не могу понять: зачем он послал того, кто стал угрожать вашей кузине под именем Фолкорна?
– Возможно, Рейчел что-то узнала об их махинациях, и они решили заставить ее молчать?
Гай покачал головой.
– Тогда что же?
– Я не знаю. Пойдемте, нам нужно возвращаться!
Сара совершенно не представляла себе, который час, но дом, конечно, заперт: никто не ждал их раньше утра.
– Как мы попадем в дом? – спросила она.
– Через переднюю дверь. – Гай остановился и повернулся к ней. – А теперь мы простимся.
В этот миг большая двустворчатая дверь широко распахнулась, и желтый свет лег на траву.
Сара, прищурившись, смотрела на двух джентльменов, торопливо спускавшихся по ступеням. Дамы стояли в освещенном вестибюле позади них.
– Господи! – Лорд Уайтли направил свой фонарь в лицо Сары, потом опустил его и сердито посмотрел на Гая. – Как вам не стыдно, Деворан? Мы уже хотели отправиться за вами, сэр.
– Да, сэр! – добавил, тяжело дыша, лорд Овербридж. – В течение последних часов мы обдумывали, где искать вас.
– У нас случилась небольшая авария, – спокойно сказал Гай. – Быстрее было дойти пешком. И все же очень любезно с вашей стороны, что вы так беспокоились о нас.
– Сперва мы думали, что вы заночуете у Уиддона, сэр. С какой стати вы решили возвращаться таким образом?
Гай взял Сару за руку; в его прикосновении на этот раз не было ничего, кроме строгой корректности.
– Учитывая вкус ужина, который нам дали, я не остался бы там ни за какие блага. К тому же вряд ли они проветривали комнаты для гостей хоть раз за последние тридцать лет.
– Но идти пешком, сэр! – возразил лорд Уайтли. – Да еще с дамой! В трактире в Стоункоме наши ребята нашли вашего слугу…
– В этой крысиной норе? Не могли же вы предположить, что леди и я проведем там ночь?
Уайтли круто повернулся и направился вверх по ступеням; Гай и Сара шли следом.
Леди Уайтли улыбнулась им лукавой улыбкой.
– Мы очень рады, что с вами все в порядке, мистер Деворан. Полагаю, с миссис Каллауэй тоже ничего не случилось? Какое грустное приключение!
– К счастью, идти пришлось недалеко, – заметила Сара. – К тому же я привыкла ходить пешком.
– Вот как? – Леди Уайтли поджала свои хорошенькие губки. – И поэтому ваше платье стало таким зеленым?
Сара опустила глаза.
– Я немного устала, и мне пришлось присесть отдохнуть на насыпи. Мистер Деворан был очень любезен: он ждал, не жалуясь, пока я отдышусь.
Лорд Овербридж повернулся к Гаю:
– Наши люди не встретили вас на дороге, сэр, и я решил, что посланный от Уиддона тоже вас не нашел.
– Мы немного срезали путь через поле. – Гай поклонился леди Овербридж и улыбнулся. – Приношу свои извинения, сударыня, если принятое мною решение встревожило вас.
– О нет, что вы! – возразила леди Овербридж. – Мы вовсе не опасались насчет вашей безопасности, мистер Деворан, но если бы миссис Каллауэй заблудилась в темноте…
Леди Уайтли повернулась, взметнув юбками.
– Пожалуй, если подобная эскапада станет всем известна, это может дурно отразиться на репутации миссис Каллауэй. Стоит дамам, сопровождающим молодых девушек услышать об этом, и они тут же решат, что Аннабелла J дурная хозяйка, допустившая, что ее гостьи подверглись такому непристойному влиянию. Уже и так начались толки о том, прилично ли знакомить невинных девушек с сомнительными нравами растений. Присутствующие, конечно, не скажут ни слова о случившемся ни одной живой душе, но утаить такие вещи обычно невозможно.
Гай поднял глаза к потолку, словно пытался скрыть раздражение.
– Очень даже возможно, поскольку миссис Каллауэй завтра утром уезжает в Бат. Пусть все считают, что мы вернулись сюда в точности, как и собирались. Это вас устроит?
– Я не сделала ничего дурного, – не выдержала Сара. – Мне бы не хотелось бежать, как будто я поступила дурно.
– Вопрос не подлежит обсуждению. – Гай нахмурился. – Полагаю, для вас не составит неудобства, если вы вернетесь немного раньше?
По его взгляду Сара поняла, что Гай прекрасно отдает себе отчет в происходящем. Казалось, Оберон сыграл очередную шутку в лесу – только на сей раз за ее счет.
Сара подавила мгновенную вспышку возмущения.
– Разумеется, не составит, сэр!
Лорд Овербридж выпятил грудь.
– Вы можете благополучно добраться до места в почтовой карете, идущей из Плимута в Бат, моя дорогая. И мы, разумеется, полностью оплатим время, которое вы провели здесь.
Аннабелла Овербридж застенчиво улыбнулась Гаю, а потом торжествующе посмотрела на Сару:
– Нет-нет, мой экипаж отвезет вас до самого Экстера, миссис Каллауэй. Я никогда не прощу себе, если ваша репутация пострадает из-за какой-то нелепой случайности, произошедшей в то время, когда вы работали у меня.
– Ну вот, все и улажено, – усмехнулся Гай и подал руку хозяйке дома. – Вина лежит полностью на мне, и мне было бы крайне огорчительно думать, что я доставил хлопоты столь очаровательной даме.
Они не спеша двинулись в дом, и Сара, пройдя в свою комнату, принялась укладывать немногочисленные пожитки. Она почти закончила сборы, когда в дверь постучали.
Сердце ее дрогнуло, она некоторое время смотрела на дверь, потом громко крикнула «Войдите».
Горничная, присев в реверансе, протянула Саре письмо.
– Простите, мэм, его доставили вместе с остальной почтой из Плимута, но я напрочь позабыла о нем.
Доставили из Плимута? Значит, оно не от Гая Деворана? Новая тревога заставила Сару сесть.
– От кого письмо? – спросила она.
– Кажется, мэм, какой-то парень отдал его разносчику почты. Больше я ничего не знаю.
Сара взглянула на конверт: ее имя было отчетливо написано знакомой ей рукой.
На мгновение Саре показалось, что она вот-вот упадет в обморок. Развернув лист бумаги, она увидела торопливый почерк, покрывающий последнюю страницу, беспечно вырванную из какой-то книги.
Письмо, несомненно, было от Рейчел.
Гай долго лежал без сна, глядя на полог кровати, освеженной светом единственной свечи.
Что бы они ни обсуждали, что бы он ни обещал, Гай по-прежнему испытывал к Саре неподдельную страсть и испытывал мучительное безумие от ощущения ее близости, как если бы он в самом деле влюбился в нее.
На мгновение закрыв глаза, Гай попытался освободить свой ум от воспоминаний и желаний, чтобы сосредоточиться на деле. Он был почти уверен, что исчезновение Рейчел не имело ничего общего ни с орхидеями, ни с контрабандистами. Тут происходило нечто совсем другое, что так внезапно отозвало ее из Хэмпстеда. Причина коренилась глубже, в лабиринте ее прошлого.
