две маленькие морщинки появились между ее бровей. Черт, я почти забыл, какие у нее длинные ресницы. Фотографии не передают ее красоты.
— Я в порядке. Мы не будем тратить твой день рождения на беспокойство обо мне.
Видимо, я не был таким скрытным, как думал во время бессонных часов, но, по крайней мере, я сдержал свое обещание спать на диване и держать руки при себе. Глядя на нее сейчас, в этой блузке с V-образным вырезом и джинсах, которые выглядели так, будто были созданы с единственной целью — обхватить ее задницу, я был уверен, что достоин звания святого. Черт, я заслужил звание святого еще в ту секунду, когда она пригласила меня спать в ее постели, а я умудрился отказаться. Не было ничего, чего бы я хотел больше, чем притянуть ее к себе и вернуться к тому, на чем мы остановились девять месяцев назад, с моим языком в ее рту и ее ногами, обхватившими мою талию. Но она многого не знала, и у меня было ощущение, что, узнав, она не захочет видеть меня в своей постели, даже если мы будем только спать. Неважно, как сильно я хотел Иззи, но логически понимал, что никогда не смогу ее заполучить. Она была мне не по зубам во всех отношениях. Она скоро выйдет в мир и будет менять жизни, а единственное, в чем я был хорош, так это в их завершении. Я становился гораздо более жестоким, чем мой отец. По крайней мере, он никогда никого не убивал.
— Пошли, — сказал я, протягивая руку. — Давай возьмем тебе выпивку, которую я обещал Серене.
— Один стаканчик, и мы уходим, — она переплела свои пальцы с моими, и, как и тогда, когда мы летели в самолете, погружаясь в неопределенность, я почувствовал безошибочное тепло дома.
— Согласен, — я провел нас через толпу, борясь с повышенным давлением, которое, казалось, подскакивало еще больше с каждым встречным, а затем занял два единственных свободных барных стула у стойки.
Иззи заняла ближайшее к двери место, а я сел лицом к ней, случайно оглянувшись через плечо, чтобы посмотреть, сколько людей стоит за нами. Между углом бара и стеной было всего полдюжины людей, так что это определенно было меньшее из зол. Но все равно это было чертовски ужасно. Между нами и каждым выходом в этом месте были люди.
— Итак, что мы будем? — спросил я, понизив голос, так как мы не находились в радиусе прямого звука динамиков. — Пиво? Текила? Космо?
— Не-а, — она побарабанила накрашенными ногтями по стойке и оглядела полки с алкоголем, когда подошла барменша.
— Что вам принести? — спросила барменша, одарив меня улыбкой.
Несколько лет назад эта брюнетка была бы как раз в моем вкусе. Но за последний год я понял, что теперь мой тип — Изабо Астор. Не просто блондинка. Не только карие глаза. Не только острый ум и заразительный смех. Не только склонность говорить на четырнадцать тем одновременно губами мягче шелка. Только полный набор качеств Иззи, казалось, подходил мне. Никто другой. Я влюблялся в нее все сильнее с каждым письмом, с каждым секретом, которым она делилась, с каждым разом, когда она заставляла меня смеяться. И дело не в том, что у меня не было никаких вариантов, пока мы были в армии, и не в том, что я обманывал себя, думая, что она снова здесь и ждет меня, особенно после того, как я сказал ей не делать этого. Просто никто не был Иззи. И это ставило меня, нас обоих, в чертовски затруднительное положение.
— Бокал шампанского, — с ухмылкой заказала Иззи.
— Шампанского? — спросила барменша, наклонившись так, будто ослышалась.
— Да, — ответила Иззи, и потянулась в сумочку, показывая барменше водительские права.
— Это мой день рождения.
— Так и есть. С днем рождения, — улыбнулась барменша и вернула Иззи удостоверение. — А тебе? — спросила она, повернувшись ко мне, наклонившись, хотя я не говорил.
— Пиво, пожалуйста, — заказал я, потянувшись за бумажником. — И мы возьмем бутылку шампанского с собой.
— Я вас поняла, — сказала брюнетка, приступая к работе.
— Так что тебе больше всего понравилось сегодня, — спросила Иззи. — Когда я потащила тебя в свою любимую пиццерию? В мою любимую пекарню за моими любимыми кексами? Или когда я тащила тебя через кампус?
— Все, что касается встречи с тобой, — честно ответил я. Возможность говорить с ней все, что думаю, была моей любимой частью наших... как бы то ни было отношений. Не было необходимости играть в игры, притворяться или даже флиртовать. Я мог быть таким, какой я есть, и говорить именно то, что думаю, когда дело касалось Иззи.
Сегодня было все, ради чего я приехал из Саванны, и я должен был отдать Серене должное за то, что это произошло. Как только я отправил ей сообщение с аккаунта в Instagram, который Иззи настояла на том, чтобы я создал, и сказал, что хочу сделать сюрприз ее сестре, Серена радостно согласилась. В коротком разговоре она также вскользь упомянула, что их родители, как обычно, отмахнулись от Иззи и что она ни с кем не встречается. Не буду врать, я испытал... облегчение — из-за ситуации с парнем, а не из-за ее родителей. Не то чтобы Иззи кого-то не заслуживала. Она заслуживала. Просто я был эгоистично рад, что на выходных она будет предоставлена сама себе.
Ее улыбка была мгновенной и потрясающе красивой.
— Подожди, пока мы вернемся домой и я заставлю тебя посмотреть «Леди Ястреб».
— Твоя тезка? — уголки моего рта изогнулись. — Не могу дождаться.
Я бы сидел и смотрел, как кто-то читает телефонный справочник, если бы это означало, что я могу быть с Иззи... Я просто не был уверен, что смогу долго продержаться в этом баре, не потеряв все остатки здравомыслия.
— Если бы ты мог смотреть только один фильм до конца своей жизни, что бы это было?
— Это сложно, — мои глаза встретились с ее глазами, и я понял, что она делает — то же самое, что я делал с ней в самолете, отвлекая меня вопросами.
— Не торопись.
— «Властелин колец: Возвращение короля», — ответил я. — Но, возможно, после сегодняшнего вечера мой ответ изменится на «Леди Ястреб». Кто знает?
Она наклонилась и прикоснулась своими губами к моим… каждый нерв в моем теле пришел в состояние повышенной готовности.
— Спасибо тебе за сегодняшний день.
Я запустил пальцы в ее волосы и притянул ее к себе, углубив поцелуй, но держа язык за зубами. Первый вкус ее тела вызвал бурный восторг, который
