Вместо того чтобы за кланами следить, он непонятно чем занимается.
– Политика, Кузьма, – это такая штука, в которой ты либо разбираешься, либо обходишь её стороной.
Генерал обошёл стол, пощёлкал мышкой, переключая видеоролик на мониторе. Теперь там показывали Никиту, сражающегося сразу с двумя мастерами. Один орудовал катаной, а второй – шипастыми кастетами. Два идиота, пытающиеся связать его ближним боем. И Никита уверенно продемонстрировал технику кошачьих лапок, замедлив выпад меча. Подался вперёд, ломая японцу сначала руку, а затем нанося крушащий удар прямо в лицо. Вот именно поэтому я и предпочитал бить в грудь или в шею, так как лицо немолодого мастера такого удара просто не выдержало. Я даже поморщился, глядя на это. Камера, висевшая под потолком, оказалась очень удачно расположена, чтобы показать приём во всей красоте. И второму японцу, лет на десять помоложе первого, достался точно такой же быстрый и эффективный удар. Он ведь сжимал кастеты сразу в обеих руках, поэтому не смог выставить блок, увязнув в защитной технике.
– Неплохо, – высказал я своё мнение. – Только в голову бить не стоило.
Изображение тем временем потонуло в огненной технике. Кто-то решил запустить струю огня в помещение, не беспокоясь о состоянии первых двух мастеров.
– Ты Громова зачем привлёк? – сердито спросил Руднев. Бросил короткий взгляд на полковника Назарова.
– Я же говорю, что японцы войну кланов затеяли, а мы им под руку подвернулись. Он принце… наследницу Фудзивары защищал. Каэдэ моя подруга детства, и я попросил Никиту присмотреть за ней. Она пострадала, и в больнице ночь провела. У неё теперь шрам будет на половину лба.
– Что ещё можешь сказать? – уточнил Руднев, явно недовольный таким ответом.
– Что нам повезло, – улыбнулся я. – Никита как минимум на треть сильнее стал всего за месяц. И что техника кошачьих лапок против любого мастера оружия работает лучше всяких ожиданий. Он её использует без кинетического поля, так как ещё не освоил нужный приём. Значит, и другим мастерам в этом виде она подойдёт. Евгений Константинович, так и быть, потрачу день, максимум два и ваших бойцов научу этой технике. Я её немного доработал, чтобы классическим мастерам было проще.
– Когда? – оживился Назаров. – У них сборы через две недели, но могу собрать раньше.
– Я через Никиту передам, когда у меня время будет. Да, он ко мне на занятия походит, станет ещё сильнее. Гораздо сильнее. Вы не против?
– Громов – человек ответственный, зарекомендовал себя с лучшей стороны, поэтому я только за. Нам такие специалисты нужны, кто может в одиночку против группы противника выйти.
– Помню, что обещал для вашего ведомства холодное оружие сделать, – сказал я, решив немного сгладить ситуацию. – Мои ребята заготовок уже, наверное, целую гору отковали, поэтому мечей пять… хорошо, дюжину мечей я для вас сделаю.
– Император тебя зачем приглашал? – перевёл тему Руднев.
– А, – я рассмеялся. – Принцессу сватал. Говорит, что им жуть как великий мастер нужен. Что наш сын, если до великой силы доберётся, то сможет стать следующим императором Японии. Я, конечно, отказался. У меня и без принцесс проблем хватает. Но если для родины нужно…
– У родины свои принцессы есть, – сказал Руднев.
Я не разобрал, в шутку было сказано или на полном серьёзе. Но сразу стало ясно, лучше с ними не шутить, а то возьмут и сосватают мне принцессу. Хорошо, если нашу, а не заморскую.
– Нам всё понятно, Кузьма Фёдорович, – подытожил генерал. – Ты молодец, что держал себя в руках и в критической ситуации действовал здраво, но с наёмными убийцами – переборщил. Будет лишний повод у твоих недоброжелателей ущипнуть побольнее. Кусаться они пока побоятся, но при каждом удобном случае будут этот момент вспоминать, тебе в укор. Что по поводу Беккера скажешь?
– Он только силу получил и особенного ничего не демонстрировал. Но у немцев точно есть какая-то методика, по которой они тренируются, и в ближайшее время, я уверен, Свен станет очень сильным.
– Ну а сам, тренируешься? – спросил Руднев. – Понимаем, что некогда тебе, со всей этой круговертью с коронацией. Может, тебе с институтом повременить? В отпуск на пару месяцев, в санаторий?
У меня даже мысль промелькнула, что они меня спровадить хотят на какое-то время из столицы.
– Растём мы, – важно сказал я. – Уединение не сильно поможет, наоборот, нужно бы со Свеном встретиться, потренироваться вместе.
– Дмитрий Леонидович хочет спросить, получится ли у кого-нибудь тебя врасплох застать, как Геннадия Сергеевича? – сказал молчавший весь разговор Валерий Иванович Долгов.
– Пока бодрствую, то нет, – я перевёл взгляд с одного генерала на другого и обратно. – У меня всегда доспех активен. Даже если бомбу с самолёта на голову сбросят, оглушат только.
– Из внешней энергии доспех?
– Нет. Свой, собственный. А что, нужно быть начеку? Неприятель рядом?
– Великий мастер из Индии, Абхай Чаран, не говорил на собрании о покушении на свою жизнь? – спросил Долгов. – У нас есть сведения, из достоверных источников в Нью-Дели, что после Нового года на него уже дважды покушались. Охотятся целенаправленно, тратят ресурсы, большие деньги и людей. След ведёт в Пакистан.
– Слышал, что на границе у них неспокойно, – вспомнил я заголовок из списка мировых новостей. – Война будет?
– Доходило до ракетных обстрелов приграничной территории и пары сбитых самолётов, – кивнул Долгов. – Но до войны не дойдёт дело. Очень надеемся на это, по крайней мере.
– Нет, Абхай Чаран ничего такого не говорил. Выглядел бодрым, просил помочь одному из родственников жены, и всё.
– Если будет приглашать в гости, то откажись, – сказал Руднев. – Сошлись на то, что на тебя из-за выходок в Японии давят и запрещают Москву покидать.
– Хорошо, – не стал спорить я, тем более что никуда ехать и не собирался. Даже если сам правитель Индии позовёт в гости.
– Если не торопишься, расскажи в подробностях, что было…
В здании госбезопасности я провёл около часа. Сразу возвращаться домой не стал, решив заняться насущными делами. Первым на очереди шло посещение нашей базы и кузницы. Нужно было проверить, как работали парни, сколько успели сделать заготовок самого разного оружия и поработать самому. Обещания-то я раздавал легко, но каждый раз откладывал их выполнение. Этак мне скоро верить перестанут. Да и
