Кто-то может возразить, что, мол, раз так, то любовь оправдывает все, и «взрыв эмоций» с новой возлюбленной дает право, например, бросить предыдущую возлюбленную, да еще с кучей детей… Любовь ведь!
Но нет, нет. Уходишь от прежних возлюбленных именно потому, что не испытал с ними столь острых ощущений… потому что когда-то выбирал рассудком. Или плотское желание владело тобой. Или страх одиночества двигал…
Когда Лев встретился с Наташей на Чистых прудах, он вдруг понял одну важную вещь. Если он любит Веру, то надо что-то сделать. Нечто радикальное.
Вытащить, вырвать из того города, из того брака и взять Веру к себе. Наверное, взять в жены. Да, точно, в жены – она ведь, пожалуй, не согласится бросить все, если у него, у Льва, нет в отношении ее серьезных намерений.
Еще много разных – важных, иногда смешных и нелепых мыслей бродило у Льва в голове. Со стороны он, наверное, смотрелся странновато – вот ходит мужчина, то улыбается, то хмурится. То замирает, словно сраженный чем-то, то развивает бурную деятельность…
А все потому, что Лев не имел возможности поговорить с Верой, обсудить с ней планы на будущее. Вера не отвечала на его звонки и на его письма, которые он регулярно посылал по электронной почте.
Один лишь раз отправила короткое сообщение: «Лео, мне сейчас очень некогда, поговорить с тобой не могу, у меня большие проблемы в семье!»
Какие у нее могли быть проблемы?
Например, муж узнал о существовании соперника. Скандал, выяснение отношений, как водится… Муж выдвинул Вере ультиматум? Из серии – я тебя выгоню из дома, все имущество отсужу, останешься ни с чем… Кто из них собственник квартиры? Неизвестно. Льву не пришло в голову спросить об этом, когда они с Верой встречались.
В любом случае материальные проблемы теперь не должны Веру волновать – ведь Лев собирался взять их на себя. Ее проблемы – его проблемы.
Он вспоминал невольно (сравнивая!), как собирался решать жилищные проблемы с Наташей. Тогда он предполагал, что они будут жить у него в квартире, а в перспективе, возможно, придется расширять жилплощадь… Были попытки поговорить об этом с Наташей, но она всегда ускользала от ответа. На словах соглашалась с его решениями, а на деле – с большой неохотой оставалась у Льва дома. Ей явно нравилась собственная квартира, тот порядок в ней, который установила она сама, близость к родителям еще, возможно…
Наташа, судя по всему, без всякого энтузиазма относилась к квартирным переменам. Ведь тогда пришлось бы решать те самые, неприятные вопросы о жилье. О том, кто где собственник, у кого какая доля, как делить, если что, и прочее…
Лев инстинктивно чувствовал Наташино недовольство и тоже готовился внутренне к спорам и борьбе за жилплощадь. В отношении Наташи ему совершенно не хотелось держаться благородно и отдавать ей свое. Не такой уж он олигарх, чтобы разбрасываться квадратными метрами. Все должно быть честно, по закону и без преимуществ (по крайней мере до тех пор, пока у них не появятся дети).
Именно то, что Наташа была ровней Льву в квартирном вопросе, и стало, оказывается, камнем преткновения для обоих.
В случае же с Верой Лев подобными мыслями не терзался. Все его – ее. Потому что Вера – часть его. Для нее ничего не жалко.
Их с Верой будущее Лев представлял так – Вера должна приехать к нему в Москву и поселиться у него. На правах жены, конечно. О разводе, возможном разделе имущества именно с Верой – Лев даже думать не мог, ну просто физически у него это не получалось.
Итак, он теперь хотел предложить Вере ВСЕ. Все то, что него было. Себя, свою квартиру, свою жизнь… Москву еще!
Осталось только встретиться с Верой и поговорить с ней. Сделать ей предложение. Ну, это когда он приедет в тот город, скоро. Несколько недель, пока Лев пробудет в Электрозаводске, в очередной командировке, они с Верой будут жить вместе (можно, например, снять и квартиру там), потом они, уже вдвоем, вернутся в Москву.
А если Вера не согласится? Если она слишком обижена?
Они, в общем, и не ссорились – тогда, в последнюю их встречу. Так, глупая размолвка, на эмоциях. Вера рассердилась, что Лев не успел расстаться с Наташей, пусть и формально.
Но теперь-то этой проблемы нет!
Он приедет к Вере, и они помирятся. Ну а как иначе, они же – две половинки…
* * *
Масштабная реорганизация гостиницы «Турист» планировалась в августе. Пока же, в июне, коллектив бурлил и кипел в ожидании нововведений. Ходили слухи, что многих сократят. Если верить другим слухам, гостиницу, наоборот, ожидал прилив новых сотрудников, поскольку объем работы с осени должен был увеличиться. Согласно третьим предположениям – Полуэктов якобы собирался уволить всех старых сотрудников и на их место пригласить новых, из Москвы. Высококлассных специалистов с профильным образованием.
В раздевалке для горничных по вечерам обычно происходили споры следующего содержания:
– …да не уволят никого! Девки, не паникуйте.
– Как не уволят? Осенью новый корпус электрозавода запускают, тьма народу сюда приедет!
– Ну вот именно, рабочие руки будут нужны.
– Наши? Наши руки?! Да не смеши. Москвичек выпишут, с модельной внешностью.
– Да кто согласится из Москвы сюда ехать? Какой нормальный человек бросит столицу и поселится в нашей глуши?
– За хорошие деньги все согласятся.
– Это должны быть очень хорошие деньги, и побольше московских зарплат… Только это может заставить человека покинуть Москву. Где развлечения всякие, сервис, школы, институты, поликлиники… У Полуэктова таких гигантских средств нет на зарплату горничным. Ему ж еще придется тогда и квартирный вопрос с приезжими решать. Так что не переживайте, все мы на своих рабочих местах останемся, еще и зарплату нам повысят.
– А Раиска чего как полоумная бегает, всем вещает на ушко, что ее подсидеть хотят?
– Раиску точно выкинут. Но это потому, что у нее рыльце в пушку, сами знаете.
Когда разговор коллег доходил до этого момента и голоса переходили на шепот, Вера делала вид, будто ничего не слышит, и отворачивалась. Она не хотела раньше времени признаваться, что Полуэктов предложил ей место администратора.
Во‑первых, сплетничать ни к чему. Во‑вторых, а вдруг не выйдет ничего с назначением? Полуэктов передумает, найдет более подходящую кандидатуру…
Кроме того, Веру в эти дни, после отъезда Льва, мучили воспоминания о возлюбленном. Она и злилась на него, и одновременно была готова простить (поскольку Лев, как и обещал, расстался с Наташей).
