думала, что его пса зовут Монстром…
– Да, – улыбнулась она. – Он часто так его называл.
– Тогда все понятно.
– Я иногда прохожу по Вестергаде, чтобы взглянуть на его дом, и тот выглядит таким заброшенным. Останавливаясь, я представляю, что на улице лето, и ворота, ведущие к гаражу, открыты и…
– Вестергаде? – Нахмурилась я, возвращая телефон.
– Да.
– Но я тоже живу там.
– Серьезно?
– Угу. В котором доме живет… жил Кай?
– Э… одиннадцатый. – Задумалась она. – Да, точно, одиннадцать. Дэни еще говорил, эти единицы на указателе похожи на барабанные палочки.
– Я живу в двенадцатом… – ошарашено произнесла я.
– Ничего себе! – Тина почесала лоб.
– Тина, мне нужно бежать. – Я вскочила, бросив на стол купюру. – Позже договорим!
– Герда…
– Сегодня тринадцатое, Тина! Может, у меня получится его спасти.
Не дождавшись ответа, я накинула пальто, схватила рюкзак и помчалась домой.
В горле жгло от холодного воздуха, в висках бился пульс. Мне нужно было оказаться в своей комнате, нужно было еще раз посмотреть на его дом, понять, как все связано, нужно было придумать, как все объяснить Каю, чтобы не напугать. Нужно было… я сама не знала, что именно. Мысли путались, а сердце колотилось, точно безумное.
В подсознании по очереди всплывали картинки наших свиданий и разговоров. Кафе, музыкальный магазин, колесо обозрения, музей. Я бежала, слыша в вечернем воздухе песни Кая и видя в сумрачном небе его лик. Глаза Кая искрились, и он улыбался, не подозревая о надвигающейся беде. Жил, мечтал, творил. Думал, все еще впереди и счастье будет бесконечным.
Я остановилась у его дома. Теперь я видела это заброшенное здание совсем иначе. По спине разбежались мурашки.
– Ты всегда был здесь. Всегда был рядом.
Забежав в дом, я швырнула на пол рюкзак, сбросила пальто и обувь и побежала к лестнице.
– Герда, ты будешь ужинать? – Мама вышла из кухни. – Я собираюсь сделать рагу. Сделать сама, представляешь?
Я резко затормозила и обернулась к ней.
– Мам, а как нам достался этот дом? В смысле… почему мы переехали именно сюда.
Она задумчиво пожала плечами.
– Кажется, какая-то госпожа им владела. Родных у нее не имелось, и после кончины дом перешел к городу. Мне предложили аренду на весь срок службы в клинике. Расходы оплачивает городской совет, так что я, конечно, согласилась: это очень выгодно.
– Ясно, – кивнула я.
Что это, если не судьба?
– Ее звали Кристенсен, – добавила мама, когда я побежала вверх по ступеням.
– Что? – Мне пришлось остановиться и обернуться.
– Да, госпожа Кристенсен. Так было написано в документах.
– Но разве… – Я смутилась, вспомнив странную встречу на улице в феврале. – Ладно, неважно.
И побежала наверх.
– Герда, а ужин?
– Да-да, я буду ужинать!
Закрывшись в комнате, я бросилась на кровать. У меня все никак не получалось унять сердце. Руки дрожали, когда я достала телефон.
Спокойно. Спокойно.
Ничто в этом мире не происходит просто так. Невидимые нити связывают нас друг с другом. И у каждого события есть цель.
Мы не осознаём истинную силу любви. А она безгранична.
Кай
13 марта
Вечер
К акой сегодня день? Где я? За окном темно. Бёрге похрапывал в лежаке. А я пытался очнуться.
Нащупав телефон, я в сотый раз убедился, что обладаю суперспособностью – засыпать в нервных ситуациях. Интересно, с такой силой берут в «Мстителей»?
Все еще 13 марта, десять часов. Из спальни родителей доносились звуки телевизора. А это значит, что поход на кухню отменялся: не хотелось сейчас разговаривать. Решил просто послушать, как живот требует еды.
Уведомления на телефоне скакали, зазывая их прочитать. «Милая Герда… Мне стыдно, но я не могу тебе ответить. Я столько ошибок совершил…»
Но меня вдруг потянуло с какой-то невероятной силой. Словно невидимой нитью. И я, как сломанная марионетка, не сдержался и открыл сообщения.
Ледяная капелька пота потекла у меня по спине. Это такая шутка, чтобы я ответил? Это слишком глупо. Я живой – вот, щипаю себя. Отражаюсь в зеркале, могу поднять вещи, выпить воды и совсем не прохожу сквозь стены.
Мне стало плохо. Я открыл окно и попытался вдохнуть воздух. Голова кружилась.
Никогда не думал о смерти. Точнее, понимал, что это когда-то случится, но через много-много лет. Не сейчас. Разве я сделал все, что должен был? А родители? Мама! Папа! Они же такие счастливые! Бёрге? Мой маленький Монстр, как он будет один? Жалость накрыла меня с головой. Я подошел к Бёрге и лег возле его лежака.
– Малыш, все будет хорошо! Ты мне веришь?
Мне стало очень страшно, но я хотел узнать.
Слезы потекли из глаз, и я не мог их остановить. Так, наверное, себя чувствует человек, когда доктор говорит, что болезнь нельзя вылечить.
Я лежал на полу и смотрел на экран, где буквы расплывались и перемешивались в одно слово – «смерть».
Бёрге у Дэни… Значит, что скоро его можно будет назвать толстым мальчишкой, потому что печеньки будут ежедневно.
Кай
14 марта
Как ни странно, утром я встал с хорошим настроением. Герда спасла меня и родителей, меня окружают прекрасные люди, скоро я встречусь с девушкой своей мечты, и мой монстр будет жить со мной. Разве это не повод для улыбки?
Я взял Бёрге на руки и спустился вниз. На кухне родители уже вовсю о чем-то активно разговаривали.
– …И вот ее увезли вчера на скорой! – Мама пила кофе при полном параде, в брючном костюме и с укладкой. – Может, ей фрукты завезти?
– О нет! И не проси! А к этой старухе я ни на шаг не подойду! Не хочу выслушать еще какую-нибудь гадость.
– Она просто одинокая, поэтому и вредная…
– Дорогая, ты просто добрая! На днях она мне сказала, что моя машина слишком грязная, и ей противно, что такая помойка проезжает мимо ее дома. А я ехал с мойки, на секундочку!
Мама звонко рассмеялась:
– Вы, мальчишки, в любом возрасте одинаковые! Ваши машинки никому нельзя
