безопасности. Шифрование стало модным словом для обозначения сложной головоломки. Но у всех головоломок имелось решение; просто для разгадки некоторых требовалось больше времени.
— Я разберусь с тем, кто раскрывает наши секреты. Учитывая вторжение, ты должна оставаться в номере с возможным золотым, пока не прибудут твоя сестра и кузины.
— Когда приедут?
— Завтра.
— Слишком поздно. Вечеринка сегодня вечером.
— Тогда придётся отложить.
— И упустить шанс попасть в здание Паркера? Маловероятно.
— Ты не слушаешь меня, дитя? — произнесла мать таким тоном, который должен был поставить Эйми на место.
— При каждом удобном случае, мама.
Рассмеявшись в ответ, она проговорила:
— Такая упрямая. Напоминает кое-кого, и именно этого я и ожидала от своей дочери. Очень хорошо, если настаиваешь, но будь умней. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы обеспечить тебе поддержку, но ты, возможно, не распознаешь её. Подозревай всех и начинай войну только в случае необходимости.
— Кто, я? — спросила я невинным тоном.
— Я серьёзно, Эйми. — Решительным тоном произнесла мать. — Мы находимся на опасном пороге раскрытия нашего существования. В последнее время слишком много сообщений о больших птицах в небе. Предположения, — это одно, но если люди поймут, что мы среди них, мы многое потеряем.
— Ты часто говоришь, что в какой-то момент мы перестанем прятаться. Мир слишком сильно изменился для этого.
— Тогда, может, нам придётся изменить его обратно.
Если не считать мощного электромагнитного импульса и разрушения мировых фабрик, технологии должны остаться навсегда.
— Удачи, запихнуть этого кота обратно в сумку.
— Это проще, чем думаешь, как только ты свернёшь ему шею. Будь осторожна.
Вероятно, это самое близкое к «Я люблю тебя», и Эйми это не понравилось, потому что это означает, как сильно волновалась её мать. Она может холодно и равнодушно относиться к сложившейся ситуации. Опрометчивость Багрового септа, и то, что некоторые фанатики охотились за Брэндом, а ещё неизвестно, чего ожидать от вечеринки сегодня, означает, что Эйми нужно убийственное платье и высокие каблуки.
Следующие несколько минут она приводила себя в порядок, пока Брэнд долго принимал душ — и не только мылся там, что не мог скрыть из-за связи. Она чуть не бросилась к нему, когда поняла, что он там делал — непослушный мальчик, но не пошла по двум причинам. Во-первых, он думал о ней, доставляя себе удовольствие, а во-вторых, сбросив напряжение, у него будет больше сил для настоящего дела. И в этом она сильно нуждалась. Раньше она хотела заявить на него права, избавить от тяжёлого положения её Септу, ей исполнилось двадцать восемь — искусственное оплодотворение, выбранное случайным образом из донорской спермы взрослого самца дракона, не то, к чему она стремилась. Затем хотела заявить на него права из-за того, кто он.
«Золотое сокровище для моего клада».
Теперь она просто хочет заявить на него права, потому что он ей нравился.
«Он мой. Весь мой, и я устала ждать».
Когда он вышел из душа, увидел её распростёртой на кровати.
— Привет, — произнесла она хриплым тоном.
— Еду уже принесли?
— Ещё нет, её доставят вместе с нашей одеждой на вечер в течение часа. Уйма времени, чтобы заняться кое-чем другим. -
Она скользнула пальцами по вырезу халата, раздвигая полы. К чёрту утончённость.
Он отвёл взгляд на секунду, но снова уставился на открывшуюся ложбинку.
— Мы не должны этого делать.
— Почему нет? Я же говорила, что отель нас охраняет, и если ты так плох, нам не понадобится час. По крайней мере, не мне.
Она облизнула губы. Но он отверг её.
— Я не игрушка, которой ты можешь командовать. Я уже говорил однажды и повторяю ещё раз: мы не принадлежим друг другу.
Она заставила себя сесть и пристально посмотрела на него.
— Мы принадлежим друг другу, прими это.
— Или что? Будешь принуждать меня. Ты же знаешь, что ничего хорошего из этого не выйдет.
— Почему ты всё так усложняешь?
— Почему ты не слышишь? Я не гожусь тебе в пару. Ни тебе, ни кому-то другому. Всего несколько дней назад я был преследуемым монстром, созданным в лаборатории. Может, я и выгляжу как мужчина, но внутри у меня полный бардак. Мой аллигатор мутировал в кого-то, кого я не узнаю. Половину времени я сам себя не узнаю. Мои мысли, моя точка зрения — всё во мне изменилось. И ещё меняется.
— Потому что ты продолжаешь отказываться принимать себя таким, какой есть. Как только вознесёшься…
— Неужели ты не понимаешь? Послушай, чёрт возьми. Я не дракон. И не собираюсь возноситься, так что упрямая настойчивость в том, что я какой-то давно потерянный золотой дракон, и что я твоя идеальная пара, не прокатит. Я болотный аллигатор. Ничтожество, которое не заслуживает находиться с тобой в одной комнате, не говоря уже о том, чтобы прикасаться к тебе.
Самое печальное в его речи? Благодаря их связи она знала, что он верит в это. Он действительно считает себя недостойным её. Само благородство только усилило её желание к нему.
Она встала с кровати и сбросила халат, открывшись ему единственным доступным способом.
— Я не недосягаемая. Я из плоти и крови, как и ты. — Она взяла его руку и положила себе на сердце. — Не буду лгать и говорить, что точно понимаю, кто ты, но могу с уверенностью заявить, что действительно хочу тебя. Сейчас. Мне все равно, дракон ты или нет. Или нищий. Или даже преступник. Ты мужчина, в которого я влюбляюсь. Мужчина, которого я желаю. — Она провела его рукой вниз по своему телу, прижимая к сердцевине и отмечая слабый тик на его лице, когда он почувствовал жар её пульсации. — Мы не знаем, что произойдёт сегодня. — Победа, если бы у неё было право голоса. — Мы не знаем, что произойдёт завтра. — Празднование победы. — Но у нас есть этот момент, и всего меньше часа,
