с Мирой магическая связь двухсторонняя, а влияние — взаимное. Я уверен в этом и именно поэтому решил задержаться в Имерии. Это особый город, и я хотел узнать, как мышка воспримет, почувствует его. Но не учел того, что потеряю над девчонкой контроль. Анзу! — звук удара, от которого я вздрогнула всем телом, разнесся по пустынному общежитию студентов боевого факультета. — Эта чертова птица защищает её от меня! Не знаю, как и зачем, но он следует за ней. Сама она этого, кажется, еще не знает. И хорошо бы, чтоб и не узнала.
— Анзу лечит раны и определяет судьбу, — напомнил Кан. — Зачем ему следовать за Мирой?
— Может быть, он хочет привести девчонку к её судьбе? — со зловещим смешком предположил Шейн. — Или же наоборот, изменить предначертанное.
— А вот меня интересует другое, — сердито прервал друзей Флейтри. — Зачем она нам, Тай? Её появление в Академии нам мало того, что не помогло, а наоборот — только помешало. Она путается под ногами, отнимает время и опять же — Блейна ранили из-за неё. Я надеюсь, ты помнишь? Если Эдгара не будет с нами, значит, он будет против нас. То есть, минус один боец.
— Минус два, — поправил его Шейн. — С Феликсом тоже всё непонятно.
— Эдгара еще можно переубедить, — спокойно заметил традиционно невозмутимый Кан.
— Как? Он уже заявил, что выходит из соглашения и на Битве будет драться сам за себя. Думаю, Тай, твоя кандидатура в победители его больше не устраивает. Не хочешь объяснить нам свою великую задумку по использованию девчонки, пока все окончательно не развалилось?
— Она присоединится к нам в Битве, — расплывчато ответил вместо Сатуса Кан.
— И на каком этапе? — продолжил раздражаться Киан. — На первом, когда идет проверка на психологическую устойчивость? Вряд ли она готова встретиться со своими главными страхами! Или на втором, во время испытания физической выносливости? Она дохлая, как недобитая муха! Может быть, на третьем, для участия в игре на выживание? Девчонка не способна из точки «А» попасть в точку «В», не заблудившись в трех соснах! Про финал я вообще молчу, мелкую придушат еще на пути к полигону!
— Это все детали, — процедил сквозь зубы Тай. — Несущественные.
— Вмешательство третьих лиц не законно, и нарушает правила Битвы! — воскликнул Шейн, который был в коалиции с Флейтри. — Если кто-то узнает о жульничестве, в чем бы оно не заключалось, результаты аннулируют! И ты это знаешь!
— Законно, — упрямо стоял на своем Сатус. — В той форме, в которой это сделает она всё будет в рамках формальных правил Битвы. А то, что не прописано на бумаге в Уставе не имеет значения.
— Осталась самая мелочь, — открыто сыронизировал Флейтри. — Научить её контролировать собственную голову, а не как обычно — просто тыкать пальцем в небо и надеяться, что оно не рухнет нам на головы, выпуская на волю каких-нибудь древних многоруких великанов. Кстати, они еще где-нибудь сохранились, никто не знает?
— Если сохранились, то с удачей Миры именно с ними она непременно встретится, — прорычал Кан.
— Вот как раз этим и займись, — колко посоветовал другу Сатус. — Раз уж ты вызвался быть учителем, придумай для начала, как обучить девчонку смотреть, куда открывает проходы.
— Что тебе не нравится? — прямо спросил Кан, которого не устраивала сложившаяся между друзьями атмосфера ехидства и недомолвок.
— Твоя попытка перепрыгнуть через мою голову, — откровенно заявил Сатус, не собираясь уступать. Наоборот, он был готов к любому противостоянию.
— Я не попытался, я уже прыгнул, — зловредно хмыкнул Кан.
— А как насчет условия Миры? — решил вмешаться с спор двух друзей Шейн. — Убить того, кто хочет убить её?
— Потом с этим разберемся, а может быть, пройдет время и нам вообще не придется ничего делать, — распорядился Сатус. — Сейчас необходимо сосредоточиться на подготовке к Битве.
— А что будем делать с Луаном? Тебе не кажется странным, что Мира оказалась именно в том мире, который он выбрал для своих экспериментов?
— Случайность, не более, — отмахнулся лидер демонской команды. — Думаю, дядюшка не в одном том мире отметился. Нам еще только предстоит столкнуться с результатами его трудов.
— Как же ему удалось пройти мимо Даркера?
— Зачаровал.
— Разве возможно зачаровать демона? — усомнился Шейн. — Я думал этого никто не может!
— Луан очень сильный, и у него есть то, чего нет у других — его артефакты. Думаю, благодаря им он смог вмешаться в устройство мира, лишить город дождя и уничтожить другие источники воды. Он словно бы перенастроил реальность. И это мне очень напоминает то, что делает Мира…
Я настолько сосредоточилась на подслушивании, что даже не заметила, как за моей спиной кто-то появился. Когда нечто живое коснулось моего плеча, я едва не завопила во весь голос. Не выдала своего присутствия перед демонами только потому, что мне зажали рот, а вместе с ним и нос, лишая возможности дышать.
И тут вновь включилась в дело мое умение решать непредсказуемые ситуации самым кардинальным методом. Пол под нами исчез, и я в компании того, кто стоял позади, прижимая меня рукой к своей груди, провалилась вниз.
Глава 17
— Эй! Слезь с меня! — приказали мне, оглушающе гаркнув на ухо. — Ты локтем по печени мне заехала! Ай, какая же ты тяжелая!
— Врешь ты всё, — пропыхтела я, стараясь особо не раскрывать рот, потому что умудрилась плюхнуться во что-то жидкое и густое, что заляпало все лицо и в особенности глаза. А потому шевелилась я на ощупь и на звук, очень медленно и аккуратно, чего нельзя было сказать о демоне подо мной, который продолжал стонать и кряхтеть.
Решив избавить его от мук таких невыносимых, я уперлась руками во что-то опасно скользкое, перекатилась спиной вперед и услышала под собой громкое «плюх!».
— Фу, чем тут так воняет? — продолжал сотрясать воздух Инсар.
Прикоснувшись к глазами, я провела пальцами вдоль век, разгребая непонятную жижу и с осторожностью заморгала.
— Здесь воняет болотом, — ответила я, осматриваясь и одновременно отирая неприятные остатки с щек и лба. — Потому что мы на болоте.
— Ты не могла выбрать что-нибудь получше для приземления? — разъяренно глянул на меня Тиес. Вся его одежда, как и моя, была пропитана болотистой черной водой, а кожа заляпана грязью. Комки грязи попали и на его волосы, запутавшись в светлых локонах, которые, вопреки обыкновению, были зачесаны назад, открывая красивый гладкий лоб.
— Ты же знаешь, что не в моих силах выбирать, — чувствуя обиду, ответила я. Как будто мне нравилось барахтаться в пахучей тине, собирая на себя всю местную флору и фауну.
— Знаю, и
