эта твоя беспомощность начинает раздражать, — прорычал парень, рывком поднимаясь. Оглядев себя, он стиснул кулаки, разозлившись еще сильнее. — Ты просто ходячее недоразумение.
— Понимаю, не очень приятно нырнуть в топь, — поторопилась объясниться я и подсластить горькую пилюлю разочарования комплиментом: — Но тебя даже грязь не портит!
И была права. Испачканный серовато-коричневатыми разводами и стоящий по щиколотки в полужидкой массе, от которой, почти как в мультике, тянулся зеленоватый душок, Инсар все равно умудрялся оставаться чертовски привлекательным.
— Мне плевать, как я выгляжу, Мира, — предвестие зарождающейся бури зашумело в его голосе и пробудилось в стремительно светлеющих серых глазах. — Проблема в другом. У меня все мокрое, даже задница!
— Если тебя это утешит, — я последовала его примеру и тоже выпрямилась. С меня заструились потоки грязи, стало щекотно и холодно одновременно, — то у меня тоже.
— Тогда, давай, открывай проход назад в Академию! — потребовал демон.
Пришлось признаться, указав на очевидное.
— Я не могу.
Старшекурсник побледнел.
— Что значит «не можешь»? Мальчишку своего ты домой отправила, а нас сейчас не можешь?
— Я действовала на эмоциях, — попыталась отряхнуть ладони друг о друга, но лишь размазала грязь еще сильнее. — Мне было очень плохо и как-то… само получилось!
— А сейчас плохо мне! — с нарастающей яростью процедил демон, негромко выругался и требовательно проговорил: — Слушай, мы не можем здесь сидеть по уши в грязи и в окружении насекомых!
И он замахал ладонью перед лицом, отгоняя что-то крупное и с крыльями. Мне стало тревожно. Позади нас окружали густые заросли камыша, сбоку лежали прямо во влажной зыбкой почве сухие обломки веток, а впереди, то есть, за спиной демона, тянулись к низкому дождливому небу редкие лиственные деревья, укрытые вялой, умирающей желтой листвой.
— Пойдем туда, — указала я на деревья и первой двинулась в том направлении.
— И зачем я к тебе вообще подошел, — проворчал за спиной Инсар, но покорно поплелся за мной, спотыкаясь о коварно притаившиеся под ногами коряги.
— Да, кстати, а зачем ты ко мне подошел? — спохватилась я.
— Хотел узнать, что ты делаешь в нашей общаге. А еще мне было интересно, как ты отреагируешь, если я тебя обниму, — неожиданно признался парень. Я занесла ногу для шага, да так и застыла. — Тем более, Тай не видел, грех было не воспользоваться таким шансом.
Он обошел меня, заглянул в лицо и расхохотался, запрокинув голову назад.
— Ну, до чего же ты смешная! Знаешь, девушки давно не вызывали во мне таких чувств!
— Интересно, каких? — скривилась я, мысленно желая ему провалиться сквозь землю. Было очевидно, что демон просто пытается поставить меня в неловкое положение и заставить смутиться, чтобы потом потешаться над моим раскрасневшимся лицом.
— Положительных, — еще шире заулыбался Инсар, а я поняла, что большую часть времени видела его именно улыбающимся. То ли он не умел долго грустить, то ли умел отлично притворяться.
— А ты у меня вызываешь отрицательные, — сообщила я ему, отодвинула в сторону и потопала дальше.
Но Тиес, кажется, не хотел прощаться с болотом. Возможно, успел основательно к нему прикипеть.
— А что если, — прокричал он мне вдогонку, оставаясь стоять за моей спиной и уже не огорчаясь от наличия на его теле грязи, — я применю любимый метод принца? Кажется, у него отлично получается стимулировать твою магию!
Пришлось еще раз остановиться, не дойдя до безжалостно смятой и лишенной всякой надежды на восстановление пожухлой бурой травки всего несколько метров, чтобы наградить демона угрюмо-предупреждающим взглядом.
— Только попробуй.
— А то что? — в глаза демона начала прокрадываться тьма, та самая, встречи с которой я не искала, и, более того, избегала, потому что… это было слишком для меня. Все они были слишком для меня — слишком взрослые, слишком опасные, слишком сильные, слишком… ожидающие чего-то такого, что я не могла им дать.
И Инсар крадучись потянулся ко мне.
— Стой! — вырвалось у меня.
И это было настолько внезапно для нас обоих, что демон остановился, выпучив на меня глаза.
— Что ты сказала? — отойдя от первого потрясения, оскалился в дьявольской ухмылке старшекурсник. — Повтори!
Кажется, я была первой в его жизни девушкой, которая приказала ему остановиться. Которая в принципе осмелилась ему что-либо приказывать.
— Прежде, чем ты сделаешь следующий шаг, — я чуть сдвинулась назад, говоря непривычно высоким тоном и выставив вперед ладонь в предупреждающем жесте, — послушай вот что. Мне кажется, что я проваливаюсь не просто куда попало, в первые попавшиеся миры, а в определенном порядке. Во всем этом есть некая система. Понимаешь? Связь! Я пока еще не выяснила, какая именно, но уверена, что она есть. Я оказываюсь там, где оказываюсь, потому что так нужно!
— Что-то я запутался, — тряхнул волосами Инсар. Какие бы концентрированные желания не клубились в его душе, вылезая из самых потаенных уголков, он, прежде всего, был тем, кто умел расставлять приоритеты. И хотя я в списке приоритетов демонов находилась где-то у самой нижней строчки, как бы меня не пытались убедить в обратном, существовало то, ради чего парни готовы были приложить усилия.
— Смотри сам, сперва мы с Сатусом оказались в Тимеисе, — торопливо начала рассказывать я. — Потом вчетвером перенеслись из тренировочного подземелья в мир этих… как их… центаврусов! Потом я провалилась в свой родной мир, где живет моя семья. А из него вместе с Тимом нас утянуло в Северное королевство, прямиком в зону стазиса, куда вас зашвырнуло из-за конфликта двух проходов, открытых одновременно мной и Мерулой, — при упоминании моей временной замены на должности хозяйки заставы, что-то заскребло в душе, будто наждачной бумагой провели, но я быстро отвлеклась, возвращаясь к прежней теме. Важно было объяснить демону свою мысль так, чтобы он не догадался о главном предположении, которым пока не хотелось делиться: я оказываюсь там, где до меня побывал Луан. — Оттуда мы вернулись обратно в Академию, а из неё уже направились в Южное королевство. Возможно, этот переход не стоит учитывать, потому что он вроде как был осознанным, но я еще до конца не определилась по этому пункту. Дальше! Между посещениями Северного и Южного королевства у меня было что-то вроде бредового сна, где я вновь была дома. А потом было еще одно, когда я спала в комнате Шейна, тогда мы с Сократом оказались в заставе. Как потом объяснил мне сам Сократ, это были не сны, и не видения, и даже не наваждение, а тоже что-то вроде путешествия, только без использования физической оболочки. И последнее — прямиком с урока зельеварения я ломанулась в человеческий город, где устроил геноцид местного населения родственник
