Эхет ничем себя не выдал, только сокрушенно покачал головой. Демонстрируя, что поражен явной глупостью своего молодого собеседника.
— Ты безумен! Какие фальшивые ракеты? — спросил он и горячо добавил: — На твоем месте я бы не стал рисковать миллионами жизней своих подданных.
— Хорошо, что каждый из нас на своем месте, — равнодушно бросил Марк. — Мое предложение остается неизменным — полная капитуляция флота дома Эхет или его уничтожение.
— Ты выбрал, — подвел итог переговорам Марид Фтоно де Эхет, оборвав связь.
— Лидер прорыва противника разворачивается, — сообщил оператор сканера пространства.
— Значит и нам пора. Лечь на обратный курс!
— Он все еще в зоне уверенного поражения ракет, — многозначительно намекнул Август.
— Не искушай меня, — сказал Марк, провожая взглядом удаляющуюся отметку.
— С девяносто процентной вероятностью можно утверждать, что противник не вступит в бой, а попытается уйти, — продолжил Август, когда они подлетели обратно к строю кораблей.
— Попытаться то они попытаются, — согласился Марк, наблюдая, как «Октавиан Август» медленно занимает место во главе атакующего клина. — Но кто им даст? Полный вперед! Пора показать дому Эхет, что мы не боимся! Фобос!
— Фобос! — нестройно поддержали его выкрик офицеры и операторы. Никто из них не был посвящен в тайну «убийц планет» и в их глазах подобная атака выглядела огромным риском. Не для атакующего флота, нет — превосходство было слишком очевидно. Но та же Иво находилась в зоне досягаемости «убийц планет». А одна из самых главных опасностей самого страшного оружия человечества — сложность парирования этого смертельного удара, когда любой корабль классом выше корвета, становится угрозой планетарного масштаба.
Пунктирная линия радиуса уверенной досягаемости РДД неотвратимо наползала на замерший в зоне перехода вражеский флот.
— Приготовиться! — Марк поднял руку, дождался, пока пунктирная линия поглотит красные отметки, и резко рубанул ладонью воздух. — Огонь!
Строй лидеров и тяжелых крейсеров взорвался залпами ракет. Шедшие во втором эшелоне легкие крейсера и фрегаты поддержали это начинание. Пусть они не обладали таким большим количеством пусковых установок, но и было их гораздо больше, чем кораблей первой линии. Все пространство перед флотом запестрело мелкими, зелеными метками, роем устремившимися к ордеру противника.
Таймер начал стремительный отсчет, больше похожий на бег спринтера. Вот россыпь зеленых точек достигла радиуса действия систем ПРО. Часть из них исчезла, но остальные прорвались и начали жалить красные отметки вражеских кораблей.
Огрызаясь системами ПРО, корабли дома Эхет задрожали от ударов, бивших по их щитам. Когда щиты отключались, надежда оставалась только на тяжелую многослойную броню и крепость цитадели. Но все, что находилось вне броневого пояса, становилось добычей взрывов. Сметались оборонительные турели, калечились и разлетались осколками башни главного калибра. Передающие антенны, системы управления огнем, камеры, чувствительные датчики сканеров — все оказалось уничтожено, искалечено, сломано, разбито. Конечно, если кораблю вообще удавалось уцелеть. А таких счастливчиков было немного. Корабли первой линии, пали почти все. Ракет на них не жалели. Корпус лидеров и тяжелых крейсеров мучительно вздыбливался под ударами, когда многослойная броня сдавалась. Потертые временем, но все еще сильнейшие в Паутине корабли, гордость любого флота, раскалывались на части или оставались дрейфовать на орбите безжизненными, опаленными и искореженными остовами.
Какая-то часть кораблей все же сумела закончить привязку. Красные точки стали исчезать из зоны перехода одна за другой. Но большая часть немаленького флота навсегда осталась в системе, пусть и в виде обломков.
Казалось, что люди на мостике «Октавиана Августа», даже перестали дышать, заворожено наблюдая за картиной… Это нельзя было назвать битвой и даже разгромом. Избиения? Изничтожения? Аннигиляции?
— Альфа ноль одиннадцать двадцать восемь, цель групповая, скоростная. Шесть единиц, — сообщил Август, обогнав впавших в ступор операторов сканера пространства. — Ракеты идут к Иво. Три минуты до входа в атмосферу.
— От противника получен запрос на открытие канала связи.
— У них еще есть связь? — удивился Марк. — Разрешить!
Картинка рябила и мерцала из-за обилия помех. Марид де Эхет выглядел уже не таким уверенным, как при последнем сеансе связи. За его спиной что-то горело, бегали люди с огнетушителями, сыпались искры.
— Ракеты ушли. У тебя две минуты. Последний шанс сдаться! — Он понимал, что проиграл, но решил сыграть свою роль до конца. А может, действительно надеялся, что Марк дрогнет. Глупец не понимал, что попал в ловушку. И даже то, что его лидер прорыва получил критические повреждения, но уцелел — это не улыбка фортуны, а тонкий расчет молча взирающего на него юноши.
— Я иду за твоей головой, — вместо ответа сообщил Марк, поднимаясь из ложемента.
— Жду, — коротко бросил Марид де Эхет, оборвав связь.
— Получен запрос на открытие канала связи, — вновь сообщил оператор.
— Кто на этот раз?
— Баронесса Аэлла.
— Соединяй.
Появившееся в углу обзорного голоэкрана лицо девушки было встревожено.
— Марк, ты говорил, что никакого обстрела планеты не будет. Шесть ракет! Да этого хватит, чтобы уничтожить все население Иво.
— Не все, а пятьдесят процентов в первые сорок восемь часов, — флегматично поправил ее Марк, быстро прикинув объем разрушений. Про следующие три-четыре месяца, когда из-за вызванных взрывами катаклизмов и разрежения атмосферы погибнет девяносто процентов уцелевших, он тактично умолчал. — Ты же видела доклад Имиси. Нет у дома Эхет никаких «убийц планет».
— Да, но вдруг он ошибается.
— Сейчас узнаем. Осталось каких то пятнадцать секунд.
— Десять, — доложила Рамирес, почему-то посчитав, что слова Марка адресованы ей. — Девять… Восемь… Семь… Ракеты сгорели в атмосфере, — сказала она с явным облегчением в голосе.
— Что и требовалось доказать, — вздохнул Марк, наградив Аэллу осуждающим взглядом. Каких-то пятьсот миллионов человек. Стоило его отвлекать из-за такой ерунды? Да и не угрожало им ничего. — Это обычные РДД для боя в космосе. Даже не ракеты класса космос-поверхность, потому и сгорели в атмосфере.
Аэлла не стала продолжать сеять панику, а просто отключилась. Круг посвященных в тайну «убийц» был узок. И откуда ей было знать, что дерзкий расчет Марка базировался на железном знании.
Броня тяжелого скафа привычно охватила его тело. Короткий приступ клаустрофобии, сменился ощущением защищенности, когда началась активация. Быстрый прогон тестирования. Запуск! Крепившие скаф к станции ТО карабины щелкнули, освободив скаф из плена. Сверхпрочные тросы втянулись вглубь толстой
