пудру.
— Вот и всё… — прошептал я.
— Алекс, осторожнее. Мы не знаем, что может сделать остаточная аура. — Вейла стала серьёзной.
Но тварь была мертва. Совсем. Даже тень не шевелилась.
Ссай'Ра лежала.
Однако она ещё была жива. Об этом отлично говорила вздымающаяся вверх и вниз грудь. Она едва-едва дышала. Отметки на её теле мерцали, то сияя, то проваливаясь в черноту. Женщина пыталась поднять руку, но единственное, что вышло, так это дернуть пальцами.
— Что делаем? — спросила Вейла.
— Надо посмотреть как она. Да и выход искать пора. Может она подскажет, как думаешь? — задал ей вопрос в лоб.
— Ты уверен? — ответила она таким же вопросом. — Это Наак'анка. Если она придет в себя раньше времени, может шарахнуть тебя чисто на рефлексах.
— То что она Наак'анка, увы, мне ни о чем не говорит. — развел руками в стороны.
Я вышел из-за угла, где было мое временное укрытие и одновременно наблюдательный пост. Шагнул в зал, внутри которого стены всё ещё пульсировали после разрыва. В воздухе пахло разорванной плотью и кровью.
Ссай'Ра подняла голову, посмотрев прямо на меня. Её глаза, яркие, белые, как раскалённые угли, встретились с моими. А раздвоенный язык с трудом прошелся по губам.
Она попыталась что-то сказать, а губы её предательски дрогнули.
— Эй. — произнёс тихо. — Ты там как, живая? — мои голосовые связки с трудом выговаривали причудливые конструкции, от чего её глаза расширились гораздо сильнее. И теперь там можно было прочесть тонкую полосу насмешки.
А губы растеклись в стороны, похожие на улыбку, но имеющие больше боли, чем радости.
И прошептала:
— Раах'… тии… есс…
— Шикарно. — пробормотал я. — Этому ты меня пока не учила. — буркнул в сторону Вейлы. — А переводчиком пока не обзавелся.
— Она сказала «не подходи». — тихо подсказала Вейла. — И не совсем на том языке, которому учу тебя я, а на родном.
— Да? Обрадовала. — мысленно кинул в ответ. — А точно она не угрожала?
— Да точно, точно. — хрумкнула моя наставница.
Я сделал ещё несколько шагов в сторону лежащей женщины, но та внезапно потянула ко мне руку. В каком-то просящем жесте. Её пальцы тряслись.
И до меня дошло осознание, что если я сейчас уйду, то она умрет.
Кроме того, могу умереть и я.
Глава 18
— Здравия желаю, товарищ подполковник! — Артем пробовал чеканить шаг, входя в душное помещение одного из местных командных узлов. Он не раз видел, как это делают другие. Но, парень не был военным, так что мягко говоря, выходило не лучшим образом.
Зато голос молодого человека звучал бодро и четко. За прошедшие дни, недели, вся юношеская легкость из него пропала. Война за выживание с монстрами, с людьми, вытравила всё лишнее, оставляя после себя только грубый каркас необходимого.
Комната, служившая кабинетом Егорову, выделенную ему местным руководством, давила низкими сводами. Толстые бетонные стены, покрытые сеткой мелких трещин, наспех завесили картами ближайших территорий и станций. Некоторые из них уже были испещрены разноцветными маркерами.
В углу тихо урчала вентиляция, безуспешно пытаясь разогнать спертый воздух, пропитанный запахом табака, оружейного масла и крови. Лампа под потолком тускло перемигивалась с присутствующими, отбрасывая дерганые тени на их лица.
— А, Артем… — Егоров поднял тяжелый взгляд от стола, заваленного документами, под которыми скрывался старенький, но рабочий планшет. Лицо подполковника давило серостью, скорее всего, связанной с недосыпом. А под его глазами залегали глубокие, как окопы, тени. — Заходи давай, не стой в дверях.
Он махнул рукой, жестом приглашая посетителя ближе.
— Уже устроились на новом месте? — спросил он, устало потирая переносицу. — Слышал, местное командование выделило вам блок в жилой зоне третьего сектора.
— Да, устроились… — протянул Артем, усаживаясь на скрипнувший деревянный стул напротив командира. — Места, конечно, маловато, но сухо и не надо спать с оружием в обнимку. Да и маме там спокойнее будет. Спасибо за содействие, Максим Дмитриевич.
— Да не за что. — отмахнулся тот, как если бы это был совсем пустяк. — Вы очень многое сделали для нас, особенно ты на пару с Калининым. Он просил присмотреть за тобой.
— Да уж, грех им не устроиться. — раздался ехидный голос из угла комнаты.
Артем замер, чувствуя, как внутри мгновенно вспыхивает холодная искра раздражения. Он медленно повернул голову.
В тени, развалившись на ящике из-под припасов, сидел лейтенант Поляков. Чистенький, выбритый, в форме, которая сидела на нем слишком хорошо для человека, живущего в подземельях.
Тот не так давно окончил училище, получил погоны и приехал «в гости» к Егорову, надеясь попасть в теплое местечко при штабе. Но мир рухнул, и «теплое место» превратилось в эпицентр катастрофы.
Поляков криво ухмыльнулся, вертя в руках металлическую зажигалку, подаренную тому отцом на выпуск. А тому она перешла от деда, с которым прошла всю войну.
— С такой-то сестрой, которая еду сумками тащит и перед начальством хвостом вертит, это не сложно. — продолжил он, не скрывая сочащегося яда. — В баре работает, говорите? Ну-ну. Удобно устроились, Вишневские. Пока нормальные люди пайки считают, у вас там пир горой, небось?
Артем сжал кулаки так, что побелели костяшки. Он помнил этот взгляд. Поляков увивался вокруг Алисы с первого дня их появления на той злополучной станции. Сальные шуточки, навязчивые предложения «прогуляться», попытки использовать свое звание, чтобы впечатлить. Вот только что это Алисе? Та, конечно же, жестко и грубо его отбрила. Да ещё и при подчиненных. С тех пор лейтенант затаил на их семью лютую злобу.
Мелкая, гнилая душонка, которой не давал покоя чужой успех и чужая жизнь.
— Завидуешь, Поляков? — сухо и шепотом произнес Артем.
Он медленно поднялся со своего места, наклоняясь вперед через стол, и посмотрел лейтенанту прямо в глаза. Взгляд Артема был тяжелым, немигающим.
— Или до сих пор обидно, что тебе отказали? Так ты привыкай, у тебя ещё будет много отказов. — парень хлестко щелкнул пальцами, и добавил. — Новый мир, к счастью, показал кто есть кто. Гниль в человеке видно сразу.
Поляков вспыхнул, дернувшись вперед, рука его инстинктивно легла на кобуру.
— Ты, щенок…
— Прекратите! — рявкнул Егоров, с силой ударив ладонью по столу.
Звук удара эхом разлетелся по тесной комнате, заставив мигающую лампу на секунду потухнуть. Подполковник встал, нависая над обоими.
— Устроили тут балаган! — Максим Дмитриевич перевел тяжелый взгляд с одного на другого. — Поляков, выйди отсюда. И чтоб я тебя до вечера не видел. Лучше сходи и забери планы по патрулю.
Лейтенант скривился, как если бы тому скормили килограмм лимонов. Но спорить не посмел. Егоров, пожалуй, был единственным, кто ему мог помочь раньше и сейчас. Бросив на
