тела, но многие секты уже заявляют, что правительство не справляются с проблемой конца света и его надо заменить. Может быть, и силовым методом.
Метод Голливуда страхом корректировать поведение граждан в отношении сект может не сработать. Там больше страха перед концом света, чем в отношении сект. Поэтому, может быть, изменить политику и перестать помогать сектам множиться? И особенно их размножение связывать с развитием демократии. Иначе можно выпустить такого джина из бутылки, что его некому будет обратно затолкнуть.
Нам же не следует использовать такие фильмы для работы с американцами, которые стараются у нас под видом распространения демократии размножить сектантскую сеть. Использовать как кинодокумент, до чего может довести сектантство страну. И если для борьбы с сектами в кино могут придти ребята из преисподней, то в реальной жизни придти будет некому.
Политическое кино
Жемчужная метка Мубараку. Многим египетский путч 2011 года против египетского президента Хосни Мубарака казался этакой импровизацией с неожиданным исходом. Между тем, чтобы сделать вывод о продуманности и давней спланированности акции, достаточно повнимательнее смотреть голливудское кино и не «вестись» на специфику жанра приключенческого экшена в экзотических условиях.
После успеха фильма «Роман с камнем», где снимался Майкл Дуглас, он уже сам продюсирует фильм «Жемчужина Нила» (1983) года, где одновременно снимается. В фильме то же самое, но нет главного — нет лелеемой жемчужины, вернее, по ходу сюжета она оказывается человеком, это его прозвище. В результате американские искатели жемчужины становятся благородными революционерами.
Сюжет фильма прост: Дикая Джоан (Joan Wilder), писательница, приглашенная неким Омаром в Египет (к Нилу), чтобы написать его биографию, выясняет, что он Злой Диктатор, которого обманутый народ приветствует, и при помощи Джека-Дугласа фактически инициирует путч, в результате которого к власти приходит Жемчужина Нила — человек, сильно смахивающий на проповедника-мусульманина (исполнение Анвера Айзенберга).
Для массы зрителей закладывается абстрактный формат: Злой Диктатор генерал Омар — переворот — Жемчужина Нила. Он и остался бы абстрактным, если бы не чёткие характеристики в этом фильме.
1. Нил ассоциируется с Египтом, это значит, что человек по прозвищу Жемчужина Нила участвует в борьбе за власть в Египте.
2. Генерал Омар по фильму — существующий диктатор места, которое не называется Египтом, но другим местом быть просто не может.
В 1981 году, после убийства президента Египта генерала Анвара Садата, президентом Египта становится генерал Мубарак, который сажает в тюрьму мусульманских экстремистов, убивших Садата.
Жемчужина как раз сидит в тюрьме. Но по фильму, разумеется, несправедливо. Правда, не объясняется, почему. Да разве это важно в жанре экшн? — недоуменно спросит сценарист, режиссер и продюсер. Так рождается в кино политическая неправда.
В кино тоже не говорится, что фундаменталисты приговорили Мубарака к смерти в 1982 году. Это ведь не существенно, да и Жемчужина не выглядит воинственным, типичный странник. Но по совпадению, фильм снимается оперативно — в 1983 году.
Чтобы не было сомнений в том, что речь в фильме идёт о Мубараке (в прототипном смысле), разыгрывается приключение с советским самолетом, на котором Джек устремляется прочь от резиденции Омара. Хосни Мубарак — профессиональный боевой лётчик, учившийся и воевавший. То есть его символ — самолет, причём советский. Что и есть в фильме.
Теперь посмотрим, как сложилась история. Мубарак в 2011 году свергнут так называемыми революционерами, а на самом деле мусульманами-путчистами, после чего приходит к власти «Жемчужина Египта» — исламист Мухаммед Мурси.
О чём это говорит? Голливуд настолько расширил сферу своего применения, что даже начал расставлять чёрные метки странам и руководителям, почти не смущаясь, прямым кинотекстом. Причем метки не обязательно будут чёрными, они могут быть и жемчужными.
Такой фильм начинает готовить сам путч, во всяком случае, эмоционально, закладывая в общественное сознание зрителей формулу: «В Египте плохой руководитель — его надо свергать». Если это происходит — то воспринимается уже нормально, как естественный ход событий, предсказанный аж в 1983 году! Более того, предсказывается миротворческая миссия американцев, которые отказались (с середины фильма) и от жемчуга, выяснив, что это имя человека. Никакой меркантильности.
Консервативная позиция всегда связывает право с ответственностью. За право снимать кино предлагается нести и ответственность за снятое. Если кино участвует в политической борьбе, то оно — вне зависимости от объявленного якобы несерьёзного жанра экшн — будет квалифицироваться не как явление искусства, а как явление пропаганды, со всеми вытекающими юридическими выводами.
Зачем возвращать самурайский кодекс? То, что Япония давно возвратила в свой оборот традиционный самурайский кодекс, давно не секрет. Им пропитывается организационная, политическая, экономическая жизнь Японии. Но то, что понятно для Японии, не очень понятно для Штатов.
Голливуд не снимает кино просто так, к примеру, только потому, что сильно захотелось продюсеру и режиссеру. Голливуд ставит не менее двух задач: политическую и коммерческую. Особенно там, где фигурирует другая страна и другой народ. И не всегда ясно, какая превалирует.
Вышедший на экран фильм «Последний самурай» с Томом Крузом, который начал сниматься в знаковых, или так называемых культовых, фильмах, не скрывает своего пиетета перед самураями.
1878 год. Спивающийся американец, бывший геройский солдат американской армии, рекламирующий винчестеры, попадает по контракту в Японию, где его задача научить новую императорскую армию владеть современным оружием и тактикой ведения боя, которая вытекает из нового арсенала. В первом же столкновении с мятежными самураями он попадает к ним в плен, увозится в село и там пропитывается самурайским сознанием. Да так, что в последней битве с императорскими войсками он выступает как самурай вместе с самураями и остается единственным не погибшим самураем. Самураи показаны как люди чести, воли, слова, преданности кодексу, самоотверженные люди. Хотя, по сути, это профессиональные убийцы.
Самая важная сцена, когда солдаты регулярной армии, расстреляв из пушек и пулеметов самураев, все становятся на колени перед их трупами. Сцена впечатляет. А сабля Омуры Кацумото, самурайского учителя Нейтона Олгрена, которую тот дарит в конце фильма императору, переворачивает сознание императора настолько, что он — по контексту — возвращает самурайские ценности в страну, не даёт их уничтожить придворными хитрецами.
Фильм явно подпитывает латентное военизированное сознание Японии. Достаточно в начале фильма услышать торжественную фразу «Япония создана мечом», чтобы изначально не было никакого сомнения в духе фильма.
Но почему именно сейчас? Не потому ли, что Японию опять хотят превратить в военную машину?
Во всяком случае, фильм совпал с яростным наездом правительства Японии на наши Курилы, это — факт. И это наезд уже не прекращается шесть лет, с начала выхода фильма на экраны (2003).
Не выступает ли здесь Голливуд
