подменили. Язвительная и дерзкая, обычно она умела держать лицо.
— Что с тобой? Талика сказала, что ты сбросила передник и убежала.
— Не могу, не могу я так! Почему всем вокруг везет, а мне нет? — запричитала Айла.
Понятно. На кузину произвело впечатление снисхождение божественной метки на Ингалию.
— Прям всем-всем? Ингалия — редчайший случай.
— А ты? — всхлипнула Айла. — А Нисья, получившая брачное предложение от гостя-мага?
— За Нисью надо порадоваться, и предложение она получила не внезапно — молодой человек ходил сюда очень долго, прежде чем решился. Один вопрос: я при чем? В чем мое везение?
Айла захлюпала носом:
— А ты, вообще, свалилась в руки самого регента-а-а! — И Айла захлебнулась плачем.
Так, у нас тут нервный срыв… Ну как можно нести подобные глупости? Мало спала и устала? Или у нее слезоразлив из-за ПМС? И тогда нужно, как говорят на Земле, бросить в расстроенную девушку шоколадкой и бежать?
— Айла, я едва не разбилась, — напомнила справедливо. — Разве это везенье?
Жаль, нельзя рассказать, что меня столкнула богиня.
— Но не разбилась же… Тебя регент спас, самый сильны драконид империи.
— Айла… — я на миг растерялась, не зная, что сказать.
Соврать, что это ничего не значит, язык не повернется. Князь Эшван еще и поцеловал меня…
Меня осенило.
— Айла, я не понимаю, почему ты рыдаешь? Подумаешь, регент спас… А ты, когда пойдешь к алтарю, получишь радужную метку!
Айла посмотрела на меня широко распахнутыми глазами и гневно воскликнула:
— Да ничего я не получу!
И принялась яростно тереть платком ладошку.
Затем, ткнув ее мне под нос, добавила безжизненным голосом:
— Я пустышка, Эри…
На руке кузины, под остатками тонального крема, просматривался знак богинь.
Белый.
— Откуда? — Единственный вопрос, который я смогла озвучить из хоровода мыслей в голове.
Как? Когда успела? Бегала в первой половине рабочего дня? И никто не заметил? Почему не сказала? Зачем прятала под гримом, ведь все равно увидят?
— Откуда, откуда… Оттуда! — в рифму буркнула Айла. — Вчера еще получила.
— Но там ведь очередь! Ты же сама сказала, что вышла из нее, когда услышала об исчезновении детей из Тафра!
— Я такого не говорила, это ты сама придумала.
— Тогда как пролезла без очереди? Знакомства сударя Дорвана помогли?
— Смеешься? Он только зубоскалить готов. Я выкупила чужое место в очереди… отдала любимую брошь. — Айла вздохнула. — Знала бы, что пустышка, тянула бы с проверкой до последнего дня.
— Так ты пустышка, белобрысая задавака? — грубо хохотнула за моей спиной Талика. — Эта новость — чудный подарочек богов!
Айла побелела как мраморная колонна в храме.
И как мы не услышали, что Талика зашла?
Я от досады прикусила щеку изнутри, чтобы не взорваться от гнева.
— Талика, на кого оставила зал ресторана? Стольник неопытный, растеряется, когда поймет, что ты ушла, и не подменит.
— А твоя сестра почему ушла? Ей можно, а другим нет?
Талика демонстративно медленно сняла ключ-артефакт с шеи, чтобы открыть шкафчик с личными вещами.
— Я пришла за зельем от головной боли, которое мне приписал целитель. Не имею права?
— Пей лекарство и уходи, — резко приказала я.
Достала! Да, Айла дала слабину, на работе позволила себе утратить контроль над эмоциями, и воронье в лице Талики тотчас бросилось пиршествовать.
— Как скажешь, моя госпожа, — с откровенным вызовом пропела девушка.
В дверь постучали, точнее, загромыхали пудовыми кулачищами.
— Девчонки, вы не переодевались? Я могу войти? — Вопрос Силана, второго повара, старшего сына Номирака, разрядил обстановку.
— Заходи, Силан, можно, — разрешила я.
Как же неудобно, что раздевалка одна для всех! Господин Морил изо всех сил сопротивляется — не желая тратить деньги на перегородку в большой, в общем-то, комнате. Но ничего, я его додавлю…
— Айла, что с тобой крошка? Почему слезы льешь? — сочувственно прогудел здоровяк Силан. — Если кто обидел, скажи, я негодяю нос сломаю.
Талика засмеялась.
— Ей и ломай! Она сама себя обидела: сходила к алтарю — и ее метка осталась белой.
Силан потемнел лицом и, повернувшись к Талике всем корпусом, тихо обронил:
— Давно яд сцеживала, змеища? С Нисьей рассорилась, теперь и работу хочешь потерять?
— Да кто же меня уволит! — расхохоталась склочная девица. — Морила все устраивает!
— Нет. На тебя столько жалоб! Он сказал, что проще тебя выгнать, чем терять остальных сотрудников, — произнесла я твердо.
Талика покраснела.
— На меня жаловались? Предатели!
И она с силой стукнула металлической дверцей шкафа, захлопывая его.
Лязгнув, она не закрылась.
— Талика, стой! — крикнула я вслед подавальщице.
Впустую, даже не обернулась.
— Ненавижу вас, — прошипела она и выскочила в коридор.
Я подошла к шкафчику, чтобы закрыть.
И обмерла.
Среди личных вещей Талики оказались весьма… странные.
Я посмотрела на находку.
Находка в ответ посмотрела на меня.
И завизжала.
Я.
Безумно ядовитый красно-черный паук отреагировал соответственно — угрожающе поднял передние лапы. Мол, заткнись, истеричка, или укушу!
Я закрыла рот. Зачем Талике кровавый мохнач? И почему он ее не укусил?
— Что там? — проявила любопытство Айла.
Я пыталась закрыть ей вид на содержимое шкафчика, но одеревеневшие от страха ноги не позволили и шага ступить.
— А-а-а-а! — завопила кузина.
Второй паук принял угрожающую позу. Запрыгали таракаши, зло щелкая роговыми пластинами.
— Тихо! — прикрикнула я на кузину.
Не помогло — она продолжала тянуть одну ноту.
К счастью, Силан знал, что делать.
Он накрыл ее рот ладонью.
— Они же в банке — и пауки, и таракаши. Чего вопите, девочки?
И убрал руку. Айла тотчас зашипела:
— Силан, не затыкай мне рот грязными руками! Они у тебя пахнут пирогами!
Здоровяк добродушно хмыкнул:
— Между прочим, твоими любимыми, с ягодами.
Мне же стало стыдно. И чего я разоралась? Силан прав: жуткие твари в банках. Просто день тяжелый, вот и сдали нервы.
— Айла, зови господина Морила.
— Почему я, а не Силан? — возмутилась кузина.
Паук в банке подпрыгнул и ударился о крышку — Айлу словно ветром сдуло.
Ох, я забыла предупредить, чтобы никому больше не говорила о находке, надеюсь, ей хватит выдержки.
Увы, я переоценила сдержанность кузины…
С Морилом прибежала Талика и еще несколько любопытных сотрудников «Перекрёстка».
— Ты залезла в мой шкаф, Эрика? — завопила бледная подавальщица. — Бессовестная! Что-то подкинула мне?
Быстро же она сориентировалась…
— Эрика, что происходит? — Господин Морил заглянул в шкафчик и прислонился к стене, чтобы не упасть от потрясения.
Увидев содержимое банок, он сразу понял, чем они опасны для гостиницы. Крах всему: его делу, репутации, безбедной старости.
Страх сменился гневом.
Багровый, как помидор, Морил с ненавистью посмотрел на Талику:
— За что? Что я тебе сделал?
Подавальщица криво улыбнулась и не ответила.
Переведя взгляд на
