к победам!
Не зря же столько лет я проплавала среди офисного планктона быстрым осьминогом-семиделкой. И задания я придумала бы хорошие — всякие брачные шоу смотрела, да и на фантазию не жалуюсь.
— А если хорошо подумать? — улыбнулся регент и тоном искусителя добавил: — Все-таки взгляните на сумму вознаграждения.
Я решительно отодвинула договор и покачала головой.
— Благодарю за щедрость, ваша светлость! Не рискну — боюсь подвести вас.
А на самом деле, не хочу подставить по-крупному и причинить горе. Мне нельзя быть рядом с тем, кого богини решили убить руками иномирянки. Моими руками.
Я не хочу становиться убийцей! Поэтому не рискну подходить близко к приговоренному богинями — принцу Иссандру.
— Хорошо, я услышал вас, госпожа Хайрес. — Регент с хищной грацией поднялся на ноги. — Позвольте сопроводить вас домой — началась гроза.
Я перевела взгляд на окно, за которым действительно разгулялась стихия. Погруженная в неприятные мысли, я и не заметила.
На террасе регент галантно набросил на меня щит от дождя — эдакий магический прозрачный, слегка светящийся бирюзовым «зонтик», который защищал от макушки до набоек на каблуках.
Забота после отказа… Мне неловко.
В карете мы молчали. Точнее, молчала я, а регенту пришлось много говорить: сначала на него пыталась наехать невестка, мать наследника престола, требуя увеличить лимит трат на отбор.
Как и регент, я искренне не понимала, зачем участницам личные массажисты из Орбирии, которые не только расслабляли бы между испытаниями, но и поглощали бы негативные эмоции. Запускать в девичий цветник возможных шпионов из недружественной страны? Мягко говоря, неумная идея. Какая-то она странная, эта вдовствующая императрица.
Затем регент через магическое око жестко "пытал" одного из министров по поводу расселения переселенцев из Тафрии. Им собирались построить целый городок на северо-западе столицы.
Не мое дело… Нельзя влезать… Не надо.
Ай!
Я не сдержала глупый язык, как ни крепилась.
— Вы хотите устроить трущобы в столице? — спросила сердито, как только вспотевший от переживаний министр попрощался, и потухло магическое око. — Притом трущобы по национальному признаку?
— Почему? — регент удивился. — Дома в районе для тафрийцев будут высокого качества.
— Уверены?
Может, в мире с магией и не воруют на грандиозном строительстве, но все же сегрегация по национальному признаку — плохая идея.
— Я лично прослежу за строительством тафрийского района в Риадоне, — твердо пообещал драконид.
Эх, не понимает ситуацию. Придется объяснять.
— Вы хотите согнать в одно место душевно травмированных, переживших крах жизни людей? Чтобы они варились в эмоциях друг друга, вместе ностальгировали о потерянном в Тафре, жили прошлым? У многих погибли родственники в стычках с некромантами, но кто, по их мнению, спровоцировал эти кровавые нападения? Многие считают, что виновата империя драконов, заявившая, что забирает свои земли назад.
— Я понимаю, к чему вы клоните, — кивнул регент. — Но ведь Тафрию медленно уничтожали, с каждым годом притесняя все сильнее.
— Большинство тафрийцев этого не видело, не осознавало последствия! — возразила я справедливо. — Люди слепы в своих иллюзиях.
— Ладно, допустим, вы правы. Что предлагаете вместо тафрийского района? — сдался князь.
Сбросив черный камзол, он подвернул до локтя рукава белоснежной рубашки.
Какие у него рельефные предплечья…
И да, в карете душновато.
— Лучше предоставьте переселенцам серьезную государственную помощь в приобретении жилья. То есть империя даст деньги под небольшой процент на покупку или строительство в любом уголке страны. Это новая жизнь в новом месте среди новых людей, мягкая интеграция в общество. Переселенцы по-настоящему будут чувствовать поддержку своего правителя и быстро станут частью империи.
Князь Эшван не сводил с меня пристального взгляда и молчал. Лишь золотое сияние глаз выдавало эмоции.
Зацепило. Мои слова его задели.
Ох, и зачем я заговорила на эту тему? Зачем оспорила его решение? Сейчас он поинтересуется, откуда подобные размышления в голове юной аристократки…
— Я подумаю над вашим предложением, графиня Марич.
Упоминание титула, как удар крапивой. Будоражит.
Да, я слишком много на себя беру…
Карета остановилась.
Князь Эшван вышел первым и подал руку, чтобы помочь преодолеть ступени.
Не зря.
Правая нога скользнула по мокрому дереву — я рухнула в мужские объятия.
— По-моему, это знак свыше, — пробормотал князь мне в макушку.
От понимания, что его губы касаются моих волос, ослабели колени.
— Знак чего, ваша светлость?
— Не отпускать тебя, Эрика, — хрипло прошептал князь.
Так не отпускай… Не отпускай, пожалуйста…
Я закусила губу, чтобы не произнести вслух.
Внутри разливалось хмельное тепло.
Как же хочется остаться в его крепких руках… Опустить голову на надежное плечо, расслабиться, почувствовать себя под защитой…
Хочется до одури… А нельзя!
Я трепыхнулась — и князь выпустил из объятий.
Не поднимая глаз, я помчала к воротам.
— Эрика!
Я остановилась и медленно обернулась.
Князь стоял близко-близко. Стоял без магического зонтика, и капли дождя стекали по гладкой коже. Тонкая белая ткань рубашки облепила торс, выгодно подчеркивая мускулы широкой груди.
— Если вдруг передумаешь, дай знать. — Князь снял с крепкой шеи черный шнур с серебряной подвеской в виде дракона, обвивающего семилучевую звезду. — Сожми в кулаке и позови меня по имени.
Он протянул украшение — я спрятала руки за спину и замотала головой.
— Не передумаю, простите.
Мне нельзя! Он ведь возненавидит, если по моей вине погибнет его племянник.
Князь решительно надел украшение мне на шею и легонько, костяшками пальцев провел по щеке.
— Тогда зови, если понадобится помощь. Стиснув артефакт, произнеси мое имя, Эрика.
Не дожидаясь возражений, князь Эшван направился к карете.
А мои губы невольно, едва слышно прошептали:
— Райнер…
Мне уже нужна помощь.
Жаль, что ты об этом никогда не узнаешь.
Я деактивировала заклинание зонта.
Плакать под потоками прохладной воды удобно. Дождь — лучший сообщник, когда нужно скрыть все следы обиды.
Как же мне хотелось согласиться на предложение князя! Не ради обещанного вознаграждения и будущих преференций, нет. Хотелось просто побыть рядом… глупое желание, сама понимаю, поэтому не поддалась эмоциям, а послушала отрезвляющий голос разума.
Темная фигура возле входной двери заставила напрячься.
Ох, да это же Мидар!
Почему не заходит, а мокнет под дождем?
Новопробужденный драконид нерешительно мялся у порога с пышным букетом фиолетовых цветов в руках.
— Ясного вечера! Сударь Мидар, почему не проходите в дом?
— Потому что уже ухожу, — сухо произнес мужчина и ткнул в руки мне букет. — Это вам, Эрика.
Я изловчилась и схватила мужчину за рукав камзола.
— Что происходит? — спросила требовательно.
— Поинтересуйтесь у своей тети, — сдержанно ответил он. — Я сам ничего не понимаю.
Вздохнув, я решительно принялась причинять добро. Может, потом пожалею, если сделаю хуже, но есть вероятность, что в
