– Угощайтесь, – любезно предложил Вацлав, аккуратно выжал дольку лимона на устрицу.
Алина наколола на вилку креветку и половинку руколы – точь-в-точь помидор, только размером с крупную виноградину. Мясо морского рачка сладкое, нежное, тает во рту, овощ свежий, сочный, и еще примешивается острая нотка – наверно, от веточки зелени, что захватила заодно. Теперь щупальце осьминога: само по себе пресновато, но если тут же положить в рот кубик снежного ананаса… Алина прикрыла глаза от наслаждения. В какой последовательности ни пробуй ингредиенты салата, вкус гармоничен, раскрывается все новыми гранями.
– Вам нравится блюдо? – поинтересовался Вацлав.
– Самое вкусное, что я пробовала в жизни! – искренне призналась она.
– Вы сможете обедать им хоть каждый день, – заверил он, – если согласитесь на работу. Питание в сети «Эдем», машина с шофером, компьютер и мобильная связь, любые процедуры в клиниках «Мод-Прогресса» – все это вы будете получать бесплатно, в качестве бонусов. Оплата будет перечисляться на банковский счет первого числа каждого месяца. Десять тысяч глобо вы получите в качестве аванса сразу после оформления на работу. Рабочий день ненормированный, выходные и отпуска не гарантируются. Вопросы?
Алину насторожила фраза «оформление на работу». Почему не сказать «подписание контракта»? Или его подписывать не собираются, все договоренности – на словах? Подозрительно… Об этом надо спросить, но сначала – о другом, что даже важнее.
– Вероятно, есть причины, – осторожно начала она, – по которым руководить бизнес-направлением от имени Флоры вы предлагаете мне, а не топ-менеджеру, имеющему опыт такой работы. Могу ли я узнать их? Это поможет мне выполнять задачи как можно лучше с точки зрения ваших требований.
Вацлав улыбнулся – одобрительно, как показалось Алине.
– Да, таких причин две. Первая – решение консультанта для всех должно выглядеть как решение Флоры. Значит, он должен быть достаточно близок ей по образу мыслей. Вы с Флорой – девушки примерно одного возраста, уже это роднит. А вторая причина…
Алина ждала, что он продолжит, но Вацлав изящным движением отправил в рот кубик мангокиви, что перед этим полил соусом. Кушает элегантно, будто впитал манеры от двадцати поколений предков-аристократов. На самом деле Минский из небогатой семьи, компанию строил с нуля, имидж – тоже, что в глазах думающих людей только прибавляет ему очков. С виду – гламурный красавчик, что только по ночным клубам, но ведь писал же классик: «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей»…
Флора ест жадно, окружила тарелку локтями, словно боится, что отнимут. Вацлав тщательно прожевал еще кусочек, затем договорил:
– Вам с Флорой проще будет ужиться в… очень тесном соседстве. Одно из условий работы – перенос вашего сознания в тело Флоры. Точнее, вы обе будете жить в ее теле.
Алина уронила вилку, та звякнула о край тарелки. Вацлав глядит совершенно серьезно.
– Но как… – пролепетала она растерянно. – Разве такое возможно? Это фантастика!
– Уже нет, – мягко поправил Вацлав. – Технология была открыта в «Мод-Прогрессе» пять лет назад и с тех пор отрабатывалась. Двадцать последних пересадок сознания подряд были успешны, так что вскоре запатентуем технологию и начнем оказывать эту услугу в клиниках.
Алина припомнила, что «Мод-Прогресс» – второе важнейшее подразделение бизнес-империи Минского – началось с лаборатории, где изучали влияние модов на организм человека, постепенно разрослось в сеть клиник и медицинских НИИ.
– Ваша плата включает и молчание, – добавил Вацлав. – Разумеется, вам никто не поверит, если в теле Флоры приметесь кричать, кто вы на самом деле. Но я не хочу, чтобы в здравом уме моей дочери усомнились.
Алина покосилась на Флору. Та быстро подхватывает вилкой один кусочек за другим, будто и не слышит, что речь о ней.
– Означает ли это, – взвешивая каждое слово, проговорила Алина, – что, приняв ваше предложение, я не смогу общаться ни с кем из прежней жизни? Например, с родителями?
– Для родителей вы устроитесь лаборанткой в сверхзасекреченный НИИ. Сможете передавать им деньги, переписываться по мейлу. Разумеется, переписку будут просматривать, никаких подробностей о работе. Но об остальном – сколько угодно.
Невероятная перспектива наконец улеглась в сознании Алины, мысли побежали резвей. В целом работа как работа, вроде личного переводчика или секретаря, те тоже всюду следуют за боссом, а что переписку будут читать – так ее читают у всех, кто занимает мало-мальски важные посты, такую норму недавно ввели в законы. Мобильники ставятся на прослушку, камеры – в кабинете и квартире. Не нравится – уходи от «кормушки» на должность слесаря или мелкого клерка, к тем в частную жизнь никто не лезет.
Серьезный минус новой работы – родителей не повидать в реале. Но положа руку на сердце, часто ли навещает их сейчас, когда преград нет? Зато сколько нового увидит и узнает, в какие места получит доступ как дочь Минского! Но придется привыкать к чужому телу, непривычным ощущениям… Притом даже новое тело – мелочь в сравнении с…
– Как уживаются две личности в мозгу? – напряженно спросила Алина. – Или они сливаются?
– Сливаются, но далеко не сразу, – объяснил Минский. – Первое время сменяют друг друга, как на дежурстве: пока одна бодрствует – другая спит.
Она замешкалась, прежде чем задать следующий вопрос.
– А… можно ли позже вернуться в свое тело?
– Нет, – ответил Вацлав сразу. – Взаимное проникновение личностей идет медленно, но с первой же секунды. Разделить их невозможно. Так что, если примете предложение, уволиться не сможете. Это навсегда.
– Что будет с моим телом?
– Можете разрешить медикам использовать его как донора органов.
Алина вздрогнула.
– А если не разрешу?
– Не беспокойтесь, – улыбнулся Вацлав, – без вашего письменного согласия тело не тронут. Но подумайте: зачем оно вам? Пути к отступлению все равно не будет, а трансплантация органов вашего прежнего тела может спасти жизни.
– Что будет с телом, если я все-таки не соглашусь, чтобы его… разобрали?
– Будет лежать в клинике, подключенное к системам жизнеобеспечения – на случай, если вы измените решение. Тела практически здоровых доноров очень ценятся медиками.
Повисло молчание. Слышно только, как стучат по тарелке вилка и нож Флоры – даже разговор о медицинских подробностях не испортил аппетит! – и шелестят листья на деревьях. Ветерок, что шевелит их, для сидящих за столом неощутим, так идеально направлен.
– Могу я спросить?.. – начала Алина нерешительно.
– Что угодно, – разрешил Вацлав. – Вопросы не бывают нескромными – только ответы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
