которых можно было бы оставить присматривать, Джезбел уже вернулась бы в камеру.
Пастор Камски невозмутимо стоит на пороге.
— Господин мэр, — кивает он Соломону, напрочь игнорируя присутствие самой Вилмы.
Она выходит вперед.
— Позволите осмотреться? — спрашивает Вилма.
— Прошу, — кивает Камски, но смотреть продолжает все равно на Соломона. — Только оружие оставьте снаружи. Я не потерплю пальбы.
— А есть по кому палить? — прищуривается Вилма.
— Нет.
— Послушайте, пастор, если я узнаю, что вы…
— Вилма, — перебивает ее Соломон. — Посмотри.
Она оборачивается и замечает на его лице озабоченность. Соломон указывает куда-то вдаль. Вилма присматривается и видит на небе абсолютно черную полосу.
Которая, кажется, движется в сторону города.
Глава 18
Соломон хмурится, замечая черную полоску на горизонте. Сложно разобрать — очередное ли это торнадо или еще какой-нибудь шторм, но сомнений не остается. За Форт-Уэйн им придется драться, чтобы отстоять свой дом от покушений на его магический источник.
Никто бы не подумал, что полоумная Джезбел могла быть причастна к магии такого рода. Она хорошо скрывалась и старалась отводить от себя всяческие подозрения. Да и никому из совета города не было дела до обычной горожанки, живущей на отшибе. Соломон начинает распутывать этот клубок, и выводы, к которым он приходит остаются неутешительными.
Чтобы спровоцировать торнадо такой мощности нужна не просто магия крови, а настоящая душа. Насильственное убийство человека дает настолько разрушительный импульс, что эта магия запрещена по обе стороны океана. В их городе такое бы никто не осмелился практиковать, поэтому Джезбел (если она все-таки причастна к этому) должна была уехать в прерии, чтобы расправиться там со своей первой жертвой. Кто знает, был ли это какой-нибудь фермер или случайный индеец? На месте призыва торнадо Соломон так и не нашел никаких останков, пускай смутно подозревал, что они должны находиться где-то поблизости.
Теперь же история повторяется. Сумасшедшая Джезбел исчезает прямо из их рук и, судя по тому, как легко пастор пускает их в церковь, она отправляется в прерии, чтобы расправиться еще с одним человеком и окончательно убрать всякое сопротивление в городе.
— Возьми своих помощников и пройдись еще раз по городу, — распоряжается Соломон, обращаясь к Вилме. — Джезбел вы тут уже не найдете, но надо понять, не исчез ли кто-нибудь за последние дни.
— Ты решил сыграть в федерального маршала? — усмехается Вилма, но быстро перестает паясничать, когда замечает решительность в глазах Соломона. — Ты же понимаешь, что в этом городе мог пропасть кто угодно? Я не пересчитаю всех пьянчуг, которые после пары стаканчиков в салуне отправляются в красные земли индейцев, чтобы попытать удачи. А все это отребье, которое ваш дозор притянул к нам на улицы? Они ведь курсируют по городам и нигде не отмечаются. Соломон, твоя просьба лишена смысла.
Но он как раз так не думает. Потому что в первый раз убийство могло произойти где угодно — как в черте города, так и в прериях. Сейчас же приближающаяся опасность в разы мощнее первого магического торнадо. Убийство в прериях могло означать только одно — дозор, наложенный Флорой и Аластором, в каком-то смысле действительно сработал.
Джезбел не стала бы причинять вред магу в пределах городка, иначе бы магическая защита ее уничтожила. Поэтому спрятавшись за пастора, она смогла выманить жертву в церковь и скрыться с ней в прериях.
— Пропавший будет магом, — непроницаемо заявляет Соломон, настаивая на своем. — И он точно знаком с Джезбел. Поверь, это значительно облегчит твои поиски.
— Маг, с которым водилась Джез, — недовольно цокает Вилма. — Знаешь, Соломон, иногда твои загадки… — Вилма вдруг притихает, словно прислушиваясь к внутреннему голосу. — Хотя знаешь. Есть один маг, который когда-то был связан с Джезбел.
Соломон тяжело выдыхает. Он предчувствует, что ответ ему не понравится.
— И кто это?
— Закари Блэк, — заявляет Вилма и прищуривается. — Сам с ним разговаривать пойдешь?
— Создается впечатление, что ты предоставляешь мне выбор, но на самом деле его нет, — убито отвечает Соломон.
И быстро прикидывает, справится ли Вилма даже при помощи двух помощников с зубоскалами Закари Блэка. Это вряд ли. А Соломон может уповать не только на собственные таланты, но и на защиту магического дозора. Так просто на него Блэк не нападет.
Если только он сам не пропал. Если только он все еще в городе.
— Почту за честь встретиться с таким уважаемым жителем города, — подтверждает Соломон и поворачивается к пастору.
Тот мрачно разглядывает посетителей церкви, скрещивая руки на груди. Пастор Камски, несмотря на всю свою набожность, та еще подозрительная личность. В свое время он выступал против прежнего мэра, называя того безбожником и предлагая свою кандидатуру для управления паствой, однако магические семьи быстро указали пастору на его место у воскресной трибуны. Неудивительно, что он защищает Джезбел, которая тоже не сильно воодушевлена магическим засильем богачей в городе.
— Спасибо за содействие, пастор Камски, — благодарит Соломон, но без особой признательности.
Пастор только кивает:
— Всегда рад, мэр Ротшильд.
Ну и дела. Только убийств этому городу не хватало.
Между тем, горизонт затягивается настоящей тьмой. Конца которой не видно.
* * *
В оружейную лавку Закари Блэка, которая не так давно открылась под протекцией семьи Саттонов, Соломон входит с опаской. Уже около входа он встречает несколько ковбоев, переметнувшихся к Блэку с местных ферм, и те весьма недружелюбно поглядывают на мэра из-под полей своих шляп. Соломон упустил момент, когда их город, и без того раздробленный, еще больше побился на воинственные группировки.
Есть магические семьи, которые вроде как управляют всеобщим благосостояниям, но по факту лишь приумножают фамильный достаток. Взять даже семью Соломона. Пускай он занимает должность мэра, но разве ему есть дело до Форт-Уэйна и его горожан? Вряд ли. Зато есть ответственность за дело семьи — за железную дорогу, которая вскормила их всех и продолжит содержать будущие поколения Ротшильдов.
В их городе есть также религиозные фанатики. Пастор со своими прихожанами, та же Джезбел, которая вечно своими предсказаниями напоминала трактирную гадалку, и целая толпа глупцов, которая думает, что прочитав священный текст, можно очиститься.
Есть обленившиеся ковбои, которые не сильно-то и охраняют отары фермеров. Есть салунные завсегдатаи, рьяно дерущиеся друг с другом и не позволяющие шерифу себя разнимать. Есть зубоскалы вроде Закари Блэка, в город также заглядывают и другие бандиты. И уж тем более есть индейцы, которые в недалеком прошлом могли снять скальп с любого белого человека, а теперь наловчились жить по соседству.
Соломон, как мэр, должен держать баланс между всеми сторонами. Но он даже с магами, которых представляет, не может найти общий язык. Что уж говорить про воротилу Блэка,
