кстати.
Два облака немедленно отвлеклись на Вертса: должно быть, из-за его быстрого увеличения в размерах. Замешкались и потеряли уверенность даже каракатицы третьего, плотно насевшие на меня. Я воспользовался этим, каких-то порубил мечом, каких-то расшвырял ударами дубины и ушел порталом на чистое место, за пределы досягаемости остальных. Лишившееся добычи облако заметалось от меня к барону, не в силах определить, на уничтожении кого сосредоточиться.
Вертс успел вырасти с горного тролля. Управляемость я ему оставил на нуле, ограничив только задачами: «Убегать от облаков» и «Нейтрализовать артефакт в кратере». Первая установка барона явно обескуражила, и, придя в полную боеготовность, он на секунду замер в нерешительности.
Мне-е-е? Убега-а-а-ать?
Заминка привела к тому, что его накрыло одно облако. Вертс с воплями выскочил из него, хлопая по себя по волосатому туловищу и давя вцепившихся в него каракатиц как комаров. Не зря я рассчитывал на его прыть!
Увернувшись от второго облака, барон сиганул через кратер. В полете глянул вниз, оценивая, чего там ему предстоит обезвреживать. Удовлетворенно гукнул и приземлился за кольцевым валом, выбив ножищами в земле такую яму, что перекрывай ее бревнами — и получится блиндаж.
Третье облако наконец пришло к выводу, что оставлять меня без внимания нельзя. Так сильно бы я его теперь боялся! Одного-то!
Вертс увидел меня и восторженно зарычал, брызгая слюнями. Салют, хозяин!.. Он даже успел помахать мне в знак приветствия, прежде чем его загородили подоспевшие облака. И прыгнул в кратер прямо сквозь них.
Из воронки полыхнуло огнем. Оттуда повалил дым. И донеслось что-то похожее на громовые матерки.
Кажется, жив остался мой толстячок? Раз так, артефакту придется туго.
Облака нырнули в кратер. Оттуда выпрыгнул барон с артефактом в лапах. Поднял его над головой, грохнул оземь, пнул как футбольный мяч… Артефакт, похожий на ракитинский метеорит, улетел обратно в воронку.
Я быстро добил каракатиц в своем облаке, попеременно прикрывая магическим щитом то себя, то Вертса. Взялся за второе облако… За третье… Барон продолжал обрабатывать осколок Небесного Камня методом его швыряния куда попало, а также битья ногами, кулаками, и даже лбом. Артефакт плевался пламенем, исходил дымом, пока не раскололся. Я прикончил последнюю каракатицу и присел на кольцевом валу. Голова кружилась от ураганного расхода маны и жизненной силы во время боя. И если ману я черпал не только из себя, но и из накопителя, то живучесть тратил лишь свою. Ее осталось двадцать восемь процентов. Не слишком мало, но редко когда я терял ее столь же быстро.
Вертс притащил освобожденное от оболочки осколка каменное яйцо, бухнул его у моих ног и тоже уселся на вал. Сплошь искусанный, в крови и ожогах, закопченный до черноты, он походил на негра-великана, только что разбившего армию белых колонизаторов.
— Досталось нам, а? — сказал я ему.
— Буб-бу! — согласился он, но тут же сделал неопределенный жест, который можно было истолковать так: ничего не поделать, работа есть работа.
— Ты даже лучше гвардейского ящера! — похвалил я. — Ужасно жаль будет расставаться с тобой. Но тоже ничего не поделать. Не сохранить вас, одноразовых.
Вертс еще раз бубукнул — нормально говорить он не умел. И устроился поудобнее, поелозив по валу широченной задницей.
Отдохнув, я осмотрел яйцо. Его покрывали надписи на незнакомых языках. В начертании рун чудилось нечто недоброе.
В голове отчетливо щелкнуло, и письмена стали читаемы. Это с неохотой и некоторым запозданием подключилось знание языков демонов.
«Разрушьте наложенное на предмет заклятие, выбрав единственное действующее среди неактивных, — предложила система. — Осталось попыток: три».
Блестяще! А надписей штук тридцать. И надо еще правильное антизаклятие подобрать. Такими вещами хорошо заниматься в книгохранилище, обложившись трудами по демонической магии за последние пятьсот лет. И то не факт, что фортуна окажется благосклонна, и нужный текст ты найдешь раньше смерти от старости. Иначе за счет чего жили бы книжники, и так шикарно?
В моем распоряжении была только база знаний. Богатая общими сведениями, но скупая на конкретику, особенно когда дело касалось чего-то специфического. Значит, лучший путь для меня — попытаться понять логику демонов, особенности их мышления. Заклятия на яйце все простые, со смыслом. Авось догадаюсь, какое из них наложил бы на подобную штуку типичный бес.
Через час с меня пот катил ручьями. Казалось, от натуги потеют даже мозги. Живучесть, блин, перестала восстанавливаться, так как расход энергии перекрыл естественную регенерацию! И это при поддержке укрепившего интеллект «Стратега».
Первая попытка не удалась. Как и вторая. Ну, в последний раз! Эх, пропадет артефакт…
В последний раз я все же угадал. Яйцо раскололось.
— Фак ю! — облегченно сказал я, в изнеможении закрывая глаза.
— Буб-бу! — сочувственно отозвался Вертс.
Он продолжал сидеть рядом со мной, оказывая моральную поддержку. На большее не годился: слишком узкие задачи я ему поставил, чтобы компенсировать свободу в остальном. Появятся еще черные облака — он будет убегать от них. Обнаружатся в поле зрения артефакты — будет их обезвреживать. А кроме того миляга-барон ничего не умеет, и научиться ничему не сможет. Разве что большие таланты, вроде Ноэля, способны делать питомцев из одноразовых монстров и менять им свойства. Но и они заранее к тому готовятся, а не тогда начинают, когда существо уже активировано.
Я открыл глаза и с ненавистью посмотрел на освобожденный от каменной скорлупы сундучок. Надежно запертый, ясно-понятно. На висячий замок, врезной, и магический запор. Чтоб вы все сдохли, кто это придумал!.. Я нежно погладил дубину Вальдемара. Насколько проще решать проблемы ею! Но этот сундучок не первый, и даже не второй. Безопасно вскрыть его грубым механическим способом не получится. Как не получилось бы разбить яйцо.
А заберу-ка я добычу с собой в таверну! Лучше потеть при переноске грузов, чем сидя здесь. Набор отмычек я улучшил, но прокопаюсь ведь неизвестно сколько, и хорошо еще, если действительно справлюсь. А не попру все же проклятый ящик в «Башмаки», предварительно до конца истрепав нервы. Сегодня в мою честь закатят пир — более обоснованно, чем вчера. Служанка нарядится еще лучше. Не надо будет сдерживать себя в еде и выпивке.
