какова эта местность?
— Не поняла…
— Ты сказала, что здесь субтропики. А ты можешь определить, какое сейчас время года? И чем грозит смена сезона? Я вот к чему клоню: нужна ли нам ирригация?
— Господи, Хью, я понятия не имею.
— Подумай хорошенько.
— Ну, — она оглянулась, — не думаю, чтобы тут когда-нибудь свирепствовали морозы. Будь у нас вода, мы могли бы снимать урожай круглый год. Это не тропический влажный лес, иначе подлесок был бы гораздо гуще. Похоже, что здесь дождливые периоды сменяются засушливыми.
— Но наш ручей не пересыхает: в нем много рыбы. Где ты собираешься разбить сад?
— Может быть, на той поляне, немного ниже по течению? Правда, придется выкорчевать там несколько деревьев и довольно много кустов.
— Деревья и кусты — не проблема. Джо, пошли прогуляемся. Я возьму ружье, а ты захвати свой сорок пятый. Девочки, не выкапывайте столько, чтобы вас завалило. Нам будет очень не хватать вас.
— Папа, я хотела немного вздремнуть.
— Отлично! В процессе работы обдумай этот вопрос как следует.
Хью и Джо стали пробираться вдоль ручья.
— О чем ты думаешь, Хью?
— Думаю, как лучше провести воду. Мы должны подвести ее к вентиляционному отверстию на крыше. Если нам это удастся, значит, все в порядке. Тогда у нас будет нормальный туалет, проточная вода для приготовления пищи и мытья посуды. Дальше уже можно будет соображать, как устроить систему орошения сада. Но самым главным удовольствием и роскошью для наших женщин станет возможность с удобствами мыться и нормально мыть посуду. Мы освободим хранилище и устроим там ванную и кухню.
— Хью, как ты собираешься подвести воду — я понял. Но ведь не может она просто стекать вниз через вентиляционное отверстие? Нужно сделать что-то вроде трубы.
— Я еще не обмозговал детали, но мы обязательно устроим все как надо. Туалет с бачком нам не осилить, значит, придется сделать такой, в котором постоянно течет вода. Подобные туалеты — обычное дело на военных кораблях. Там это просто: доска с небольшим стульчаком. Вода стекает под доску с одной стороны и вытекает с другой. Мы пустим ее через лаз, а затем отведем подальше от дома. Ты нигде не встречал глину?
— Ниже по течению в одном месте берег глинистый. Карен еще пожаловалась, что очень скользко. Из-за этого она купалась выше по течению — там песчаный пляжик.
— Потом пойду взгляну. Если мы сможем обжигать глину, то обзаведемся очень многими вещами: унитазом, раковиной, посудой, трубами. Построим печь для обжига из сырой глины и будем использовать ее и для приготовления пищи, и для гончарных дел. Глина и вода — чистое золото. Недаром все цивилизации возникли близ воды. Джо, мне кажется, мы забрались достаточно высоко.
— Может, поднимемся еще повыше? Обидно будет, если придется копать канаву длиной в двести метров.
— Гораздо длиннее.
— Тем более. Выкопаем, а потом увидим, что она проходит слишком низко и ее не провести на крышу.
— Мы сначала все обследуем.
— Обследуем? Хью, ты шутишь! У нас нет никаких геодезических инструментов, даже обычного ватерпаса. При взрыве в нем разбилось стекло.
— Египтяне обмеряли свои земли, имея еще меньше, Джо. Неважно, что у нас нет уровня. Мы сделаем его.
— Ты смеешься надо мной, Хью?
— Ничего подобного. Древние механики делали эти нехитрые приборы задолго до того, как их стала производить промышленность. Мы соорудим обычный отвес. Он похож на перевернутую букву Т, к которой прикреплен шнурок с грузом. На планке отмечается строгая вертикаль. Лучше сделать его шести футов в длину и шести в высоту, чтобы уменьшить погрешность. Придется разобрать одну из коек на доски. Работа легкая, простая. Ты как раз и займешься этим, пока заживают твои ребра. А девицы пусть трудятся на выемке грунта.
— Ты мне только начерти этот злосчастный прибор, а уж сделать-то я его сделаю.
— Когда выровняем убежище, сразу же проведем воду. Правда, пока мы будем рыть канаву, по пути нам придется убрать пару деревьев. Надеюсь, никаких других трудностей не возникнет. Не дрейфь, Джо! Все будет о'кей!
— Да, работенка не пыльная.
— Не пыльная, но потная. Если за день мы будем делать метров по шесть неглубокой канавы, то вода для орошения появится у нас как раз к началу сухого сезона. Ванна может подождать. Девочки будут рады уже и тому, что она должна будет появиться в перспективе. Джо, мне кажется, отвод нужно делать здесь. Понимаешь, почему?
— А что здесь понимать?
— Чтобы перегородить ручей, мы срубим вон те два дерева. Потом навалим в их кроны кустов и грязи — всего, что попадется под руку, — и получим отличный пруд. Нужно было бы сделать шлюз, но я пока не знаю как. Да, решение одной проблемы неизбежно ведет к возникновению следующих. Проклятье!
— Хью, цыплят по осени считают.
— Будем надеяться. Ладно, пошли посмотрим, много ли девицы накопали, пока нас не было.
Выкопали за время их отсутствия немного. Вернувшийся с охоты Дьюк принес небольшого оленя. Девушки теперь безуспешно пытались освежевать его. Карен с ног до головы была забрызгана кровью.
Они оторвались от своего занятия, заметив, что мужчины возвратились. Барбара вытерла пот со лба, испачкавшись при этом кровью.
— Никогда бы не подумала, что внутри у него столько всего.
— Просто ужас! — вздохнула Карен.
— Так это еще очень маленький олень.
— Сами видим. Папа, покажи нам, как это делается. Мы хотим поучиться.
— Я? Но я занимался спортивной охотой. А всю грязную работу обычно делал егерь. Впрочем… Джо, дай-ка мне вон тот маленький топорик.
— Сейчас. Я как раз вчера наточил его. Он очень острый.
Хью разрубил тушу и извлек внутренности, в душе порадовавшись, что девушки не успели проколоть желчный пузырь.
— Ну, вот и все. Остальное — ваша забота. Барбара, если бы ты сумела снять шкуру, то вскоре уже смогла бы щеголять в ней. Ты не видела поблизости дубов?
— Только карликовые формы. И еще сумах. Ты ломаешь голову, как получить танниды?
— Да.
— Я знаю, как извлечь их из коры.
— Тогда ты, видимо, знаешь о дублении больше меня. Признаю свое поражение. На всякий случай: в книгах есть описание процесса.
— Это нам известно. Я уже туда заглядывала. Док! Не смей ничего трогать!
— Он не будет есть, — заверил ее Джо. — Особенно если это что-то вредное. Коты очень разборчивы в еде.
Пока разделка туши продолжалась, из убежища появились Дьюк с матерью. Хью не выразил никаких отрицательных эмоций, тем не менее приветствовать вновь присоединившихся к ним он не стал. Миссис Фарнхэм тоже молчала, уставившись на оленью тушу.
— О, бедняжка!
