class="p1">— Спалят дом, вот как есть спалят. — поджимает губы Читосе. — Вы извините, но мне надо идти. Надо кое-кому по голове дать. Крепко так.
— Ступай, — киваю я, — только… не сломай ей там ничего.
— Пффф, — фыркает Читосе, — я сломаю, ты починишь. Это дом жалко. И сад. И пруд — а там между прочим — карпы плавали! Варвары.
— Это у нее — бунт против отца, — говорю я, — она, можно сказать, катарсис переживает заново.
— Катарсис катарсисом, но рыбы-то тут при чем? — резонно возражает Читосе. — Ладно, я побежала, пока они весь сад не пожгли. — и она исчезает. Я остаюсь наедине с инквизитором и его подчинённой с татуировкой на лице. Как ее там — Аника. На некоторое время в кухне повисает неловкое молчание.
— Может в картишки? — предлагает командир отдельной десятки Его Императорского Величества Инквизиции.
— Можно. — отвечаю я и он достает колоду засаленных карт.
— На щелбаны? — деловито интересуется он. — Без интереса играть не интересно, а командировочных у нас маловато будет.
— На щелбаны. — соглашаюсь я. Из сада доносятся крики и невнятная возня. Добежала-таки Читосе, думаю я с удовлетворением. Теперь можно быть уверенным что и сад не спалят — кроме того, что уже спалили, и Томоко-тян целой назад вернут. Через некоторое время. А пока — я играю с инквизитором в карты. На щелбаны.
Глава 22
POV Горо Такэмура, профессионал
Поздним летом, когда тяжелое, свинцовое небо нависает над городом, напоминая о возвращении осени, когда ночи становятся все длиннее, позволяя тварям с Изнанки Мира захватывать улицы, захватывать души и глаза редких прохожих — именно в это время становится пронзительно ясно что выхода нет. Ни из этого дешевого мотеля, ни из этого города, ни из этой реальности. Не в этой жизни.
Горо курил и не чувствовал вкуса сигаретного дыма. «Великолепный сбор отборных сортов табака с лучших плантаций Ямайки» — так было написано на пачке. Но он больше верил невзрачной надписи на обороте, приклеенной в соблюдение антитабачного лобби. «Курение убивает» — гласила надпись. Горо только усмехнулся, разглядывая ее. Курение убивает. Каким нужно быть наивным, чтобы поверить в то, что тебя убьет курение. Столько всего может тебя убить… и курению твой труп уже не достанется. Алкоголь, наркотики, идиот на автомобиле с неисправным тормозом и хорошим двигателем, нож в спину или обрезком трубы по голове — в узком и темном переулке рядом с Веселым Квартальчиком… или, например, собственная девушка, особенно если у нее есть служебный револьвер. Горо вспомнил последнюю встречу с Кеко-тян.
— Это конец, — сказала Кеко-тян, — раньше у меня еще оставалась надежда, но теперь…
— Ой, да ладно тебе, Кеко. — говорит Кайя-чан. — Все же классно, наоборот все здорово! Надо только посмотреть на это с позитивной стороны!
— В чем дело-то? — спрашивает Горо, уже зная, что пожалеет об этом.
— Инквизиция вернулась в СКПУ. Содрали отовсюду плакаты с розыском Сумераги-тайчо и предупредили, чтобы на время их операции никто и не думал ее разыскивать. И про правовой иммунитет полчаса лекции читали. — говорит подавленная Кеко. — Мне удалось подслушать, они планируют совместную операцию.
— Совместную операцию? — Горо так и знал, что нахождение Инквизиторов в городе обернется совместной операцией, Имперские ищейки не были сильны в захватах и удержаниях, они расследовали. А к захватам привлекали спецподразделения СКПУ или «Антимагии». Однако у них в городе спецподразделений не было, значит придется терпеть еще и спецназ СКПУ из Токио. Высокомерных ребят и девчат из столицы, которые просто уверены в том, что местные все делают неправильно. И это еще полбеды. С коллегами из токийского офиса можно было хоть словом перекинуться, в отличие от бойцов подразделения «А». Те даже вне операций — носили свои наглухо закрытые шлемы и отличить одного от другого — было невозможно. Да что там отличить одного от другого — Горо даже не мог сказать какого пола был этот боец. И те, кто судил о мире из заголовков газет и выкриков ведущих вечерних шоу — могут считать, что наличие в городе спецназа СКПУ или подразделения «Антимагии» — сделают этот город лучше и чище, но это не так. Он знает об этом городе достаточно, чтобы не испытывать на этот счет иллюзий. Город нельзя очистить от грязи. Город и есть грязь. Наверное, можно просто сбросить на это пристанище грехов, страстей и несбывшихся надежд, какую-нибудь бомбу. Или выжечь до основания этим «Дыханием Феникса и Дракона», которое показали «Демоны Сумераги» на региональных. А потом на пепле, на оплавившейся земле — уже можно построить что-то дельное. Может быть.
— Да! Совместную операцию, — кивает Кеко, некоторое время смотрит ему в глаза, — они и Сумераги вместе будут работать. Раньше у меня еще были сомнения, но сейчас…
— Погоди! — прерывает ее Горо. — То есть, совместная операция не с нами? Не с СКПУ, а с командой Всадниц Сумераги? Как так?
— Вот так! — говорит Кеко. — Я раньше не верила, что эта бандитка может работать на государство, а оказывается мы с ней — коллеги! С ума сойти, и эта — блондинка-расчленительница, которая нам в кабинет два ведра магов принесла, — ее помощница! Я ее сразу узнала, на Играх! Маску она может и одела, но эта ее манера вести себя так, будто все вокруг — говно, ее не спрячешь!
— Аматэрасу… — Горо машинально открутил крышку на своей металлической фляжке и сделал глоток. Он носил в этой фляжке жидкий огонь, для тех случаев, когда реальность била его по голове стальным молотом, но сегодня он не почувствовал, как огонь провалился по пищеводу. Сегодня был день, когда его теория подтвердилась. Сумераги-тайчо и ее команда — работают на Императора. Становится понятно, почему Инквизиция попросила помощи у нее — через Имперскую канцелярию до Сумераги ближе, чем до «Антимагии» или, там, спецназа СКПУ, они же под одним оперативным управлением, под одним начальством ходят.
— Два ведра магов? — Кайя-чан не в курсе за «два ведра магов» и Горо предпочел бы, чтобы так и оставалось. Кайя и так впечатлительная, не дай бог ей что в голову попадет.
— Это… неважно… — пытается перенаправить разговор Горо, но его перебивает Кеко-тян.
— Еще как важно! Я тогда… мне плохо стало, прямо у нашего Горо в кабинете! Она просто появилась в здании, и два ведра тоже. Оба — маги из Митсуи. А все, что от них осталось — в два ведра влезло. По ведру на каждого. Я
