— Я думала, что слухи о вашей эмоциональности преувеличены, — вырвалось у нее, и щеки землянки порозовели:
— Э-м…
— Извини, я не хотела тебя смущать, — поспешно выпалила Асхелека и распахнула дверь пошире: Проходи.
— Ты вовсе не смутила. Мне приходится это слышать постоянно, — с еще более широкой улыбкой сообщила землянка и зашла внутрь, осматриваясь. Асхелека плотно закрыла дверь, глядя на гостью непонимающим взглядом:
— Тебя прислал капитан?
— Меня попросил поговорить с тобой Тхорн, — мягко сообщила Лиска и сузила глаза, заметив, как у нее перехватило дыхание: Он говорит, что тебе сейчас трудно. Но он хочет, чтобы ты полетела с ним на Шаггитерру.
Воцарилось молчание. Тяжело дыша, она смотрела на землянку в шикарном белом линосе. Стройная, высокая, светловолосая, Лиска казалась очень уверенной в себе взрослой женщиной, рядом с которой Асхелека ощущала себя несуразным неуклюжим подростком.
— Почему он попросил тебя? — наконец произнесли ее пересохшие губы.
— Потому что я его друг. И еще я женщина, как и ты. Тебе, правда, пятнадцать? Тхорн сказал, что пятнадцать — но ты выглядишь старше, — быстро заметила землянка.
— Правда? Спасибо.
— Правда.
Внезапно Асхелеке показалось, что землянка подлизывается к ней. Она не чувствовала себя старше — она была напугана, и Лиска не могла не замечать этого. Растрепанные волосы, помятый линос, босые ноги… Асхелека подняла подбородок, скрестила руки на груди и ушла в глухую оборону.
— И о чем он просил со мной поговорить?
Лиска замолчала, ощутив перемену ее настроения. Воцарилась долгая пауза. Землянка наклонила голову, изучая ее открытым взглядом, а потом неожиданно сняла эмоциональный блок:
— Лишь о том, чего тебе захочется, — сказала она. — Мы знакомы с Тхорном почти три года. Он привез меня с Земли на Горру. Он был моим учителем, врачом и другом. Если у тебя есть вопросы, я отвечу.
В эмоциях землянки, теперь полностью открытых, Асхелека не нашла никаких следов коварства и опустила руки, словно разом обессилев. Нащупав кресло, она подвинула его и села, молча кивая землянке, чтобы тоже где-нибудь разместилась. Лиска выбрала край кровати и неожиданно подобрала под себя ноги, не боясь помять шикарное платье — совсем так же, как часто делала сама Асхелека и ее школьные подруги.
— Сколько тебе лет? — вырвалось у нее.
— Двадцать один.
Асхелека вздохнула.
— Ты намного старше.
— Да-а, на целых пять лет, — саркастично протянула Лиска.
— Почти на шесть.
— Слушай. Хватит валять дурака. Мы обе знаем, что дело не в моем возрасте, да?
— Да. Ему девяносто пять, — прошептала Асхелека, даже не пытаясь осознать эту цифру. Она уже подсчитала: Тхорн шесть раз прожил по столько, сколько ей исполнилось всего.
— Дейке было восемьдесят, когда мы поженились, — негромко заметила Лиска. — Так что я тебя понимаю. Но это не так страшно, как кажется.
Асхелека качнула головой. Она понятия не имела, как складывались отношения Лиски и капитана, но готова была поклясться — ничего общего с обстоятельствами ее знакомства с Тхорном там не было.
— Я совсем его не понимаю. Он закрытый со всех сторон, к эмоциям не подберешься. Я даже не знала, что нравлюсь ему, — растерянно сказала она.
— Тебе не надо его понимать, — медленно заметила Лиска. — Ты просто реши, нравится он тебе или нет.
Этот ответ Асхелеке не понравился совсем. Мало ли, кто кому нравится. А Тхорн, к тому же, нравился половине женского населения Горры, и что? А что если помолвка все-таки ненастоящая? Тяжело вздохнув, она промолчала, но любопытство раздирало все сильнее и, наконец, ее глаза жадно вернулись к лицу землянки:
— Расскажи мне о нем, — потребовала она. — Как вы познакомились? Чему он тебя учил?
— Ну… — на лице Лиски заиграла немного смущенная улыбка, — честно говоря, сначала я считала его очень страшным. Мне было жутко даже смотреть на него — понимаешь, на Земле нет таких огромных мужчин, даже Дейке тогда казался мне гигантом, а Тхорн просто поражал воображение. Это ни капли не казалось красивым, мне какое-то время пришлось привыкать к росту местных мужчин. А потом он стал заниматься со мной телепатией, и это было просто ужасно тяжело. Он был совершенно безжалостным, и… знаешь, я почти возненавидела его.
Губы Асхелеки пересохли, а глаза расширились от удивления: и это она называет дружбой? Возможно, на Земле как-то иначе понимают это слово, мелькнуло в голове, но тут Лиска продолжила:
— А потом он стал открываться совершенно иначе. Я поняла, что он изо всех сил старается помочь, дать как можно больше. Он вкладывает всего себя, когда учит, и поддерживает, и переживает. Шутит, поддразнивает — у меня, знаешь, была очень серьезная проблема, я никогда, наверное, не решилась бы говорить о ней с Дейке — с любимым мужчиной все иначе. Но Тхорн помог мне — без него я никогда бы не справилась, понимаешь?
Рассказ показался Асхелеке немного сумбурным, но она следила не за словами. В эмоциях землянки сияло тепло, доверие, искренняя любовь, когда она говорила о Тхорне. Такие чувства не появляются с бухты-барахты. Теперь ей верилось, что он действительно многое для нее сделал. Правда, Асхелека не понимала, что Лиска имела в виду, когда говорила, что было тяжело учиться: во время занятий с Тхорном она не испытывала никакой особой тяжести, лишь нарастающий интерес. Он действительно был хорошим учителем, который легко объясняет и показывает, и у нее многое получалось с первого раза. Если эти занятия прервутся на год, по правде, это будет для нее трагедией — она прекрасно понимала, что такого учителя больше взять негде.
— Он говорил тебе, что у меня заблокирована память? — глухо спросила она, и по тому, как Лиска нахмурилась, поняла: не говорил.
— Но это же… не о нем, — растерянно пробормотала Лиска.
— Не о нем, но… просто я не знаю, что делать, — обхватив себя руками, призналась Асхелека. — Я чувствую себя больной.
— Послушай, но… тебе в любом случае еще нет шестнадцати. Твой день рождения — напомни, когда?
— Через четыре месяца.
— У тебя еще четыре месяца, чтобы все обдумать, — кивнула Лиска. — Пока ты соглашаешься только передать ему пре-сезариат.
— Но это же не игрушки. Раз он предложил помолвку, значит, он настроен серьезно, — возразила она, сама не веря в то, что произносила. Тхорн эс-Зарка, самый завидный жених планеты — настроен серьезно — по отношению к ней?
— Но даже помолвка не налагает на тебя обязательства вступить в слияние, — упрямо спорила землянка. — Люди все равно, бывает, отказываются.
