13 августа 1941 года К.Т. Мазуров, бывший в то время секретарем Брестского обкома комсомола, а в будущем член Политбюро ЦК КПСС, вместе секретарем ЦК комсомола Белоруссии В.М. Зимяниным имели короткую встречу с генералом Петровским. По воспоминаниям Мазурова, Леонид Григорьевич выглядел в этот день, как всегда, бодро и уверенно. Они имели непродолжительную беседу. Мазуров и Зимянин планировали задержаться на несколько дней в 63-м корпусе, но Петровский в категоричной форме потребовал, чтобы они возвращались в Гомель.
Вечером 13 августа в штаб армии ушла разведывательная сводка штаба корпуса по состоянию на 22 часа, в которой отмечалось:
«1. Противник в прежнем составе (167, 255 и 267 пд) занимает прежние позиции. На правом фланге корпуса активности не проявлял, ведя редкий минометный и оружейный огонь. Одновременно сосредотачивает 99 ПД в районе ХУТОРА ГРАФСКИЕ, Колхоз им. ЖДАНОВА, ПАПОРТНОЕ, СТРЕШИН.
К 18.00 13.8.41 г. противник (до полка пехоты) переправился на восточный берег р. ДНЕПР в районах: ЗАТОН, СТРЕШИН.
...5. На участке ЗАТОН, СТРЕШИН противник 12.8.41 г. переправился на вост. берег р. ДНЕПР и с утра 13.8.41 г. начал наступление, овладев к исходу дня СКЕПНЯ 1-я, СКЕПНЯ 2-я...»{94}
Надо отмстить, что восстановить в точности ход боевых действий в полосе обороны 63-го стрелкового корпуса, особенно последних дней, крайне сложно. Причин несколько.
Во-первых: отчетных документов штаба 63-го ск очень мало, а после 14 августа 1941 года их нет вообще. Это вполне объяснимо: в тех условиях, в которых находился корпус, их не могло и быть, а все, что имелось, как и положено в такой обстановке, было уничтожено.
Во-вторых: крайне мало сохранилось документов этого периода и в делах оперативного отдела штаба 21-й армии. О чем можно вести речь, если журнал боевых действий армии за период с 13 по 28 августа 1941 года вообще не заполнен. Совсем необъяснимый факт. Как правило, даже если обстановка была очень сложной и не позволяла вести отчетные документы, то позднее все события, происшедшие за это время, восстанавливались «задним числом» на основе оперативных сводок подчиненных соединений и приказов и распоряжений, отданных командующим и штабом армии, а иногда и по памяти.
Одним из документов, на основе которого можно еще хоть как-то проследить развитие событий в полосе обороны 63-го ск в период с 14 по 17 августа, является журнал боевых действий Центрального фронта, который, увы, не всегда детализирует обстановку в полосе боевых действий каждого из корпусов. Вследствие чего приходится состыковывать все имеющиеся сведения о боевых действиях корпуса, зачастую противоречащие друг другу, почерпнутые из разных источников, в первую очередь из рассказов оставшихся в живых участников тех событий.
Полковник в отставке Г.П. Кулешов в своей статье «На Днепровском рубеже» так описывает события того периода времени:
«Утром 14 августа, т.е. еще до того, как противник полностью окружил корпус, командующий фронтом приказал Петровскому начать отход на рубеж Столпня, Городец, Черная Вирня, Жлобин[37]. Генерал Петровский отдал предварительное боевое распоряжение на отход дивизий па восточный берег Днепра. Для предотвращения возможного удара с тыла 307-му сп 61-й сд было приказано занять оборону в тылу корпуса фронтом на восток на рубеже Столпня, Городец. В районе Боратино (юго-западнее Жлобина) сосредотачивался выведенный в резерв 437-й сп 154-й сд с задачей контратаковать противника, который наступал на левый фланг корпуса и занял уже населенные пункты Четверня и Скепня. Направление южнее Скепня было совершенно открыто, и штаб корпуса не имел данных о том, как складывается там обстановка...»{95}
Но и здесь вкралась неточность, на деле все было совсем иначе. Написанное Г.П. Кулешовым вполне устраивало цензуру и официальную историографию, но абсолютно не соответствовало действительности. По мнению автора, Георгия Петровича просто вылудили так написать.
Между тем события в полосе боевых действий 21-й армии в тот день развертывались крайне неблагоприятно для наших войск. Соседние корпуса, справа — 67-й ск и слева — 66-й ск, не выдержав сильного удара превосходящих сил противника, начали отходить. И только 63-й стрелковый корпус продолжал оборонять занимаемый рубеж.
Особенно сложным было положение 67-го ск генерал-майора Н.К. Галицкого, сражавшегося правее. Оказавшись на направлении главного удара основной группировки противника, соединения и части корпуса, потеряв управление, с тяжелыми боями отходили, а некоторые просто бежали в южном направлении. К исходу дня многие подразделения корпуса перестали существовать. По оценке оперативных работников штаба фронта, выезжавших в войска, корпуса как боевой единицы к исходу 14 августа не существовало. Подобное состояние дел в полосе 67-го ск самым отрицательным образом сказалось на положении соединений 63-го стрелкового корпуса, которые уже через несколько часов оказались в окружении.
Осознавая всю опасность складывавшейся обстановки, командующий Центральным фронтом послал на усиление 67-му стрелковому корпусу отряд политбойцов[38], численностью около тысячи человек. Отряд, которым командовал подполковник Маневич, получил приказ — выдвинуться на рубеж: Красное, Костюковка, Еремино и не допустить дальнейшего развития наступления противника на гомельском направлении{96}. Однако выполнить поставленную задачу ему не удалось. Обстановка в полосе обороны 21-й армии продолжала резко ухудшаться.
ГЛАВА 13
В ОГНЕННОМ КОЛЬЦЕ
С рассветом 14 августа вражеская пехота при поддержке танков перешла в наступление в полосе 63-го ск и прорвала оборону на участке 154-й сд генерал-майора Фоканова. В это же время его авиация разбомбила переправы в районе Жлобина. Развивая свой успех, противник перебросил в этот район часть своих резервов с тем, чтобы отрезать 63-й корпус от главных сил армии, а затем развить наступление на Гомель.
Из журнала боевых действий Центрального фронта:
«14.8.1941 г.
...3. В связи с отходом центра и правого фланга 21 А части 63 СК, оборонявшие РОГАЧЕВСКО-ЖЛОБИНСКИЙ плацдарм, оказались под угрозой окружения. Учитывая всю рискованность дальнейшего нахождения корпуса западнее линии РОГАЙЕВ, ЖЛОБИН, Военный совет фронта по директиве ставки приказал Комкору-63 Генерал-лейтенанту ПЕТРОВСКОМУ скрытно отвести корпус, нанося удар пр-ку в направлении ГОРОДЕЦ, СТРЕШИН. Примкнуть флангом к левому флангу 21 А и левым — к правому флангу 3 А»{97}.
Это распоряжение пришло в штаб корпуса слишком поздно. Уже в первой половине дня, за несколько часов до получения разрешения на отход, отдельные части и подразделения корпуса, не выдержав натиска вражеской пехоты и танков, начали несанкционированно оставлять занимаемые позиции, бросая тяжелое вооружение и технику.
Из отчета о действиях армий Центрального фронта в этот период:
«...Отход этот никем не планировался и поэтому протекал в довольно неорганизованном виде. Глубокий охват правого фланга корпуса и угроза прорыва коммуникаций привели к потере управления войсками со стороны командира корпуса.
61 СД постепенно начала откатываться на юг и юго-восток. Таким образом, удар в направлении ГОРОДЕЦ, СТРЕШИН не мог состояться из-за стихийности отхода частей и потери управления...»{98}
Положение 63-го стрелкового корпуса в значительной степени осложнялось еще и тем, что около 10 часов утра связь между штабом корпуса и штабом армии оказалась прерванной. Противник овладел населенным пунктом Чечерск, юго-западнее которого располагался штаб 21-й армии.
Штаб 21-й армии не только потерял связь с войсками, но и в течение нескольких часов был вынужден вести бой с превосходящими силами противника, которые обошли его с трех сторон. Только к исходу дня, понеся большие потери, штаб армии, а также ряд армейских частей и подразделений, располагавшихся вместе со штабом, смогли отойти в юго-восточном направлении и выйти в район расположения главных сил армии.
В ходе боя погибли начальник отделения укомплектования армии полковой комиссар Хабибуллин, помощник начальника 1-го отдела капитан Головин, начальник одного из отделений отдела укомплектования интендант 3-го ранга Мосоулин, командир батальона охраны капитан Жиряков, помощник командира батальона капитан Федоров и многие другие командиры и красноармейцы. В этот критический момент непосредственное руководство боевыми действиями 21-й армии взял на себя командующий фронтом генерал-лейтенант М.Г. Ефремов, который вместе с членом Военного совета П.К. Пономаренко и группой офицеров оперативного отдела штаба немедленно выехал в армию.
Генералу Л.Г. Петровскому пришлось организовывать и вести боевые действия, не имея сведений о положении на соседних участках фронта и составе противостоящей группировки противника, в полной изоляции от главных сил армии.
