было плевать. Не в глобальном смысле, начни кто-то стирать эльфов с лица земли, первородный как-то вмешаться попробует. Но на войны эльфов между собой, как и на разборки между разными государствами, первородному было плевать. Свобода воли и самоопределение своего будущего. Это же, примерно, касалось и богов-покровителей. Какому-нибудь Сдоранусу, богу-кузнецу, важен сам процесс кузнечного дела, и он с одинаковой охотой будет покровительствовать кузнецам двух воюющих друг с другом королевств. И эти боги-покровители с радостью помогут нашим соседям освоить какие-нибудь технологии, что пока есть только у меня. Если смертные молиться будут прилежно, конечно же.
Всего скорее и все телодвижения Светлых Отцов — это именно воля самих смертных, а не желания Безмолвной. Только мне от этого не легче, если боги решат сыграть за другую сторону конфликта.
Закончив с этой работой, я приступил к одному важному делу. Делу, откладываемому уже недели три.
Когда-то давно, ещё после первой трансформации, у меня в башне появились весёлые паучки. С тех пор они преспокойно жили в специально отведённом им месте, как домашние питомцы. Ну, не как собаки или кошки, скорее как змеи в террариуме. Они никому не мешали, да об их существовании даже знали далеко не все жители крепости, так что всё было спокойно. Я иногда заглядывал к ним, чисто покормить и приласкать, и всё было в порядке, но… Крепость опять перестраивается, а в обозримом по моим меркам будущем проводку будем прокладывать, так что паучков давно пора куда-нибудь переселить.
— Ты наконец-то избавишься от этих тварей? — спросила заставшая меня за этим делом Тайра.
— Если не вдаваться в подробности, то — да, — киваю. — С вашей точки зрения, я от них избавляюсь.
— Слава всем богам.
— Зря ты так думаешь. Благодаря им в нашей крепости не было никаких паразитов, ни насекомых, ни крыс, ничего, чистота и порядок. А теперь придётся как-то со всем этим бороться.
Бывшая королева мне не поверила.
— Не смеши меня, Арантир. У тебя давно всё подготовлено, ты просто не хотел избавляться от этих пауков.
Каюсь, грешен.
— Ты меня по делу искала?
— Да, по делу. Очень хочется ругаться, только воспитание и сдерживает. Мне не со швейной фабрикой пришлось работать, а руководство города воспитывать. Половину этих кретинов хочется казнить.
Мы вышли из башни на обширный балкон. Паучки просто уползли своим ходом, направляемые мной в своё новое убежище. Придётся приглядывать, чтобы не расплодились слишком сильно. Большая популяция станет опасна для моих людей и нелюдей.
— Сдержалась?
— Да. Но две трети чинуш подлежат замене в первую очередь. Принципиально неспособны понять, что воровать больше нельзя. До последнего подмигивали мне, исподволь спрашивая, а как теперь добро к рукам прилипать будет. Я им три раза по кругу объяснила, что с работающей фабрики можно больше получить, чем любым воровством. Кивают, улыбаются вежливо, и тут же шёпотом: это всё замечательно, но как настоящие дела вести будем. Ур-р-р! — в конце Тайра не выдержала и всё же зарычала.
Да, правда жизни, не всех физически можно перевоспитать.
— Наблюдателя поставила?
— Конечно!
— Ну вот, естественным путём всех и заменим.
Схема примитивна и проста. Они будут воровать, мы поймаем одного, самого наглого, и показательно казним. Остальные на время успокоятся, потом снова начнут воровать. Снова поймаем и так по кругу. Ничего другого не остаётся.
— Я боюсь представить, что бы вскрылось, устрой мой отец проверку таким же путём, как устроил ты.
— Ничего, Тайра. Королевство держалось на том, что одним было позволено воровать, а потом из своего кармана оплачивать пожелания государя. Система не идеальная, но ничего лучше люди не придумали. Забудь, лучше посмотри, какой прекрасный день.
Глава 27
— Его Величество Йозеф Второй настоятельно советует вам прекратить любое сообщение с Проклятым Королём, прекратить все поставки оружия и товаров. Только так у вас появится шанс избежать гнева Его Величества и отвести от себя угрозу полного уничтожения, — закончил посол свою речь.
Отсрочки закончились. То, что мне сейчас объявили, по факту ультиматум. Последняя попытка ослабить нас через дипломатические каналы до начала настоящей резни.
Нет, наши соседи идиотами вовсе не были. Всё это время, все прошедшие месяцы, на нас давили. В первую очередь, конечно, на Алана. Вампира пытались убедить, купить, убить. Алан вдохновенно убеждался, с радостью продавался, только убивать себя не давал. А заодно с усердием готовился к войне. Сложнее всего было с собственными дворянами, те тоже охотно убеждались и продавались. Только если Алан отлично понимал, что гости из-за рубежа придут и всю местную аристократию гарантированно помножат на ноль, его вассалы это понимать отказывались. Вампир собрал верных людей и обучал их пользоваться нашим оружием. Пока по нашим прикидкам у него хватит сил и на разборки с предателями, и на отбиться от первой волны противников извне.
Видимо, недоброжелатели поняли, что мы их дурим, выигрывая время. Всем стало ясно, что пора вводить войска. Ультиматумы были, вероятно, последней попыткой. Все отлично понимали, что ничего не получится, но почему бы не попробовать. Собственно, никаких размышлений на тему ультиматума у меня и не было, всё и так понятно, мобилизация и начало военных действий. Размышлял я о другом.
— Что ответит Лорд Предела?
Вот же привязалось прозвище.
— Я размышляю, стоит вам снять голову с плеч, засолить и в таком виде отправить вашему королю. Или просто пинком выставить за стену.
Посол нахмурился.
— Как вы смеете⁈ Вы понимаете, что с вами сделают после такой выходки?
Киваю.
— Прекрасно понимаю. Ничего.
Хочется ответить красивым жестом. А отрубленная голова — жест красивый. Но, к сожалению, нельзя. Посол никаких законов не нарушал. Формально. Даже не оскорблял меня ничем. А я всерьёз взялся создавать новое общество, в котором будут действовать, руководствуясь разумом, а не эмоциями. И если хочу требовать разумности и взвешенности от своих людей — сам обязан соответствовать.
Нет, оправдать
