и не дать им довести до конца свои замыслы. Но мне кажется, что будет лучше, если все подробности вы услышите из уст отца. Кто виноват мы уже знаем, теперь следует решить, что делать. А пока преждевременное разглашение может привести к непредсказуемым последствиям. Лучше всего, если вы, ваше Святейшество под благовидным предлогом отправитесь, к примеру, в Троицкий монастырь, а по пути посетите Учебный Воздухоплавательный отряд, который находится поблизости от бывшей деревни городок. Там как раз собираются освятить полковой храм Святого пророка Илии. Решение должны принять только вожди, коим Божию волею вручена власть светская и духовная.
— Ты прав, сын мой, — ответил старик после краткого размышления. Твой Великий пращур, Император Пётр Алексеевич, однажды сказал так: промедление — смерти подобно. Мне надобно не более часа на сборы, тем более что действительно собирался завтра поутру отправиться в Троицу. В путь, сын мой!
— Так может быть, отче, не стоит столь торопиться? — с сомнением в голосе спросил Сандро. — Столь резкое изменение планов, может вызвать появление нежелательных слухов и привлечь внимание недоброжелателей.
— Резонно, сын мой, весьма резонно. А если мы сделаем так… — но договорить патриарху не дали.
Внезапно в дверь постучали и после получения разрешения, в кабинет зашел секретарь, а за ним, чуть приотстав дабы соблюсти этикет, подпоручик гренадерского роста, также облачённый в мундир морского пехотинца. Симон (в миру Никифор), который уже устал удивляться неожиданно совпавшим визитам высокопоставленных особ, почтительно доложил:
— Ваше Святейшество, Ваше императорское величество! Его Высокопреподобие протопресвитер военного и морского духовенства Александр просит принять его по делам неотложным.
— Кстати, очень кстати, — мельком глянув на Сандро, ФЕОГНОСТ не мог не заметить на его лице довольную улыбку, и чуть заметный кивок, адресованные не только секретарю, но и подпоручику. — Не гоже заставлять отца Александра долго ждать, проси. И пока мы втроем не закончим беседу, более никого не пускать.
Александр Алексеевич, хотя и выглядел истощенным и уставшим, тем не менее двигался легко, так что в кабинет он вошел бодрым шагом. После надлежащих приветствий, которые по единодушному требованию Патриарха и Великого Князя были сведены до минимума, он занял место за столом. Дабы соблюсти законы гостеприимства и традиции России-матушки, перед серьёзным разговором следовало преломить хлеб, да и зимняя январская погода весьма способствовала чаепитию. Небольшой самовар, испускающий из трубы струйку ароматного дымка, фарфоровый заварник, источающий одуряющий запах Иван-чая и блюдо с пирогами с постной начинкой. Насладившись вкуснейшей сдобой и запив эти шедевры искусного монастырского пекаря терпким, сладким напитком, все трое практически одновременно перевернули свои чашки вверх дном. Сей знак на Руси означал, что чаепитие закончено и можно переходить к делу. А далее начался совет, председательство в котором возложил на себя Патриарх.
Дабы упростить процесс решили обойтись от титулований с перечислением святейшеств, высочеств и высокопреподобий. Оба пастыря обращались к Сандро: «сын мой», а он соответственно ответствовал: «отче». Вынесенный единогласно вердикт гласил: Сандро немедленно убывает в воздухоплавательный отряд. Через два дня туда же пребывает протопресвитер Александр, дабы провести обряд освящения полкового храма, коей следует провести в среду, восьмого января. А сам Патриарх, как это и планировалось отправляется в Троицу, но неожиданно меняет маршрут и принимает решение посетить с пастырским визитом православных воинов. Дальнейшие действия следует оговорить лично с Императором Михаилом Николаевичем. В общем, как подытожил Сандро, вызвав улыбки на лицах обоих пастырей: «план-война покажет».
Кстати, о датах. Как оказалось, возможных вариантов было не так уж и много. Оба святых отца оседлав любимых коней прочли Великому Князю небольшую лекцию со знанием дела с превеликим удовольствием перечисляя те дни, кода проводить вышеупомянутый обряд категорически запрещено. Если кратко, то воскресенья Пятидесятницы, а также в те воскресенья, в которые случаются праздники Господские, Богородичные и полиелейных святых были табу для освящения, «занеже (в сии дни) в стихирах и в канонах бывает великое утеснение». Александр Михайлович внимательно выслушай сей ликбез, старательно сохраняя на лице выражение почтительного внимания. К счастью, почтенные иерархи не владели искусством чтения мыслей, в противном случае они бы услышали примерно следующее: да-с, как у них всё запущено. Как жалко, что Владимир Ильич был убеждённым атеистом. В противном случае, он заколебался бы выбирать дату октябрьского восстания и глядишь, без революции обошлись бы.
[1] плепорция, -и, ж. порция, норма (чаще о выпивке)
Глава девятнадцатая
Что делать, если знаешь, кто виноват?
Глава девятнадцатая
Что делать, если знаешь, кто виноват?
Подмосковье. Хотьково. Безымянный полустанок
3 января 1890 года
Всякий человек, начинающий новое дело, непременно столкнется с тремя видами врагов. Первые думают, что вам следует заняться чем-нибудь прямо противоположным. Вторые сами хотят устроить что-то в том же роде и считают вас вором, укравшим их идею. Они ждут не дождутся вашего падения, чтобы постараться повторить ваши действия. И, наконец, третьи — это огромная масса людей, которые сами не делают ничего, а потому враждебно относятся ко всякому нововведению и к любой оригинальной идее.
(Бернар Вербер)
ЕИВ Михаил Николаевич Романов
До военной базы авиаотряда в Хотьково я добирался в режиме инкогнито. Нет, извините, что спешу, буду рассказывать по очередности событий. Поезд остановился на какой-то маленькой станции, названия которой я, естественно, не запомнил. Даже не станция, так, полустанок. Одинокая избушка смотрителя, навес, долженствующий изображать перрон, которого, как такового не существовало. Кривые осины и мерзнущие на пронзительном ветру березы — зимний пейзаж в этих краях довольно унылый. Только белоснежное покрывало снега вносило в это всё какой-то сказочный колорит. Ага! Тройка, дед Мороз, пьяная в дупль Снегурочка… Ладно, это чуток из другого времени. Интересно, чего это мы тут застряли?
Причина открылась на удивление быстро — эту стремительную фигуру в заячьем тулупе я узнал бы из многих. На наше свидание Сандро прибыл тоже инкогнито. Его сопровождал только один человек — ординарец или охранник, кто его разберет? На адъютанта не похож — нет в нём привычного самотопам[1] лоска. А вот плавность движений, внимательный взгляд исподлобья, готовность действовать — это присутствует. Ставлю пятерку против гривенника, что это всё-таки
