ногами появились узкие ступени. Впереди горела яркая лампа. К ней мы и повернули, в сторону моей комнаты. И только сейчас понял, что Анкретт, все это время, шла со мной, видимо провожая. Ее халат трепыхался в такт шагам, и возникало ощущение, словно она слегка дрожит от холода. Я увидел часть ее лица — скулы, глаза и даже несколько прядей волос, упавших на лоб. Она казалась мне совсем другой. Приближаясь все ближе к комнате, я размышлял о том, чем занять это свободное время. Раз спать еще рано, то можно составить план на завтра, а также составить расписание тренировок. Точно, тренировки. Я должен научиться использовать сверхсилу. Чтобы не попасть впросак при ошибке. Но правда в том, что за это время сила никак не проявлялась сама по себе. Может это уже прошло? Я никак не мог в это поверить. За все время я даже ни разу не подумал об этом. Все это время мои мысли были о недавно произошедших событий. В том числе и о родителях. Я замедлил шаг, но после остановился. Конечно это не осталось незамеченным. Анкретт чуть врезалась в мою спину.
— Что случилось?
Обойдя меня, Анкретт стала передо мной, чтобы заглянуть мне в глаза. Я смотрел в пол. Мне не нравилось ее внимание. Не придумав ничего, посмотрел ей в лицо. Просто хотел, наконец, рассмотреть ее.
— Со мной все в порядке.
Анкретт сделала вид, что поверила моему вранью. Возможно, просто от смущения. А может, из-за того, какое напряжение витало в воздухе. Наступила тишина. Казалось, она ни к чему не приведет. Что делать дальше? Может просто развернуться и уйти. Меня никто не будет искать. Уж по крайней мере, неделю точно. Мое будущее перестало существовать. Наверно все же стоило развернуться, но что-то мне не давало это сделать. Напоследок, перед своей комнаты, она коснулась моего плеча, сказав:
— Все будет хорошо.
Я посмотрел на нее. Под моим взглядом она поежилась. У меня сдавило сердце, ибо эта печаль была искренней. Сразу захотелось куда-нибудь спрятаться от этого непонятного чувства. Сделав глубокий вдох, для храбрости, я попытался повторить её жест. Моя рука легла ей на плечо. Её кожа была такой мягкой и теплой. От нее веяло чистотой и свежестью. Всего секунду я думал, как это странно, прикосновение к человеку. Пока не осознавал, зачем так поступил. Собрав остатки храбрости в кулак, наклонил голову и прижался губами к ней. Сначала её губы оставались неподвижными. Потом она вздрогнула и подняла руки, прошептав:
— Не надо.
Теперь я понял, что насколько это было глупо. Поэтому я отстранился, пытаясь хоть как-то подобрать слова. Ничего подходящего не приходило в голову. Вернуться в свою комнату? Глупо. Притвориться мертвым? Еще глупее. Ее щеки казались мне слишком розовые. Почему она ничего не говорит? Что сделать мне? Дать себе по голове за это? Она наконец-то улыбнулась. Пусть только на секунду, за которую я успел мысленно проклясть себя за то, во что превратился. Если я ничего больше не скажу, меня поймут неправильно. Ведь даже несмотря на то что я поцеловал её, это был совсем не поцелуй, которым он должен быть. Возникло ощущение холода между нами. Но со стороны она выглядела невозмутимо. Даже действий никаких не последовало. Нужно ли было что-то сказать или стоять так до самого утра? Скажу.
— Я не должен был.
И после этого я зашел к себе и закрыл дверь на ключ. Какой же я идиот. Что со мной не так? Почему в такие моменты я не могу взять себя в руки? Оставалось просто надеяться, при первой же возможности, придумать хороший способ избежать последующих разговор об этом. Одни проблемы от меня. Вынув ключ из замка, бросил его на пол. Он упал, издав звук, напоминавший удар гонга. Подойдя к окну, увидел, какую глубокую тень отбрасывает наше здание на внутренний двор. Тени, падавшие от домов, были огромными. Как только я принял это как факт, ко мне пришло понимание того, мои проблемы просто ничто по сравнению, что ждет меня впереди. Но почему мои глаза начинают слезиться? Поиск родителей, предательство клана, убийство босса Ксемара, сверхсила, Анкретт, Сандо. Сейчас бы перечислять то, из-за чего моя жизнь уже не будет такой, какой было до этого. Я резко ударил кулаками по доске, которой заменяла подоконник. Конечно же конструкция развалилась. Я почувствовал как что-то тянется по моим рукам, делая их еще сильнее. Вместо того чтобы отпрянуть от места, где я стоял, опустился на колени и стал ждать. Через минуту все прекратилось. На моих руках остались лишь несколько ссадин. Время шло, ничего не происходило. Становилось ясно, дальше ждать я просто не в силах, поэтому я позволил этой силе выйти из меня. Пространство вокруг стало тягучим. Я почувствовал, как по щекам что-то стекает, но я не обращал на это внимание. Некоторые предметы поднялись в воздух. Я сильнее надавил на себя, и к этим предметам присоединились вещи покрупнее. Комната как будто взлетела, но без меня. Я контролировал все, что было в радиусе моей досягаемости. И тут же я ослабил свой пыл, и вещи стали падать на пол. Последний предмет, который упал передо мной, была кассета. Кассета… Я тут же внезапно поднялся на ноги, из-за чего голова тут же резко закружилась и я вот-вот могу упасть в беспамятство. Стал пытаться вернуться в свои мысли, которые у меня до того были расплывчатыми. Каждая мысль приобретала объем, присущий определенному предмету, частоте звука и ощущениям. Теперь было легче сосредоточиться, причем чем дольше я пытался, тем проще мне становилось. Но я смог устоять на ногах, а после вспомнить, что это за кассета. Награда за задание от Ксемара. Кассета на которой будет информация о моих родителях. То, ради чего я предал Ксемара и клан. И после чего пошла череда случайных событий, из-за которых я сейчас нахожусь здесь. Которые, возможно, спасут мне жизнь. Или же, наоборот, превратят её в ад. Но может моя жизнь уже превратилась в ад? Потому что мысли стали настолько запутанными, такими противоречивыми, какими я никогда не мог их раньше представить. Сердце сжалось. Страх был так силён, настолько оглушал, что я совершенно забыл про его причину. Нельзя бояться своей судьбы. Это мой самый страшный враг. Нет ничего важнее моей судьбы. Я должен узнать, какая информация хранится на кассете. Любой ценой.
Глава 17
Прошлое.
Маленький мальчик был в незнакомой для
