на розоватых пятнах, что отчетливо выделялись на нежной коже. Чародейка невольно усмехнулась своим мыслям, но воздержалась от замечаний.
– Пойдем вниз, приведем тебя в порядок, – сказала она, поднимая с пола масляный фонарь.
Гвин послушно побрела за тетушкой вниз, туда, где уже вовсю кипел чайник. Адептка придвинула к столу оба стула с высокими спинками и присела на край одного из них, наблюдая за Керикой. Та без лишней суеты водрузила фонарь на середину стола, сняла чайник с огня с помощью свернутого полотенца и разлила по чашкам ароматный отвар.
Воздух насытился тугим ароматом жареных орехов и жженого табака, терпким и навязчивым настолько, что Гвин с недоверием приподняла бровь.
Керика вылила в одну из чашечек содержимое узкого матового пузырька, отчего отвар приобрел насыщенный черный цвет. Затем секунду подумала и опрокинула другой пузырек. Придвинула чашку племяннице.
– Пей. Ты должна выглядеть отдохнувшей и бодрой, а не…
Мастер над рунами выразительно поджала губы, усаживаясь напротив Гвин.
– Пей, говорю. И нечего так на меня смотреть. – Керика отправила в рот кусочек сыра.
Гвинейн тяжело вздохнула, подвигая к себе чашку. Она наклонилась, чтобы не брать в руки горячий предмет, и отхлебнула крошечный глоток. Отвар оказался горьковатым, но вполне приятным на вкус. К тому же добавленные в него зелья немного остудили его. Поэтому Гвин все-таки взяла чашку и сделала еще один глоток побольше, уже без опаски.
– Недурно, – заметила она, причмокивая губами в попытке разобрать состав. Ни одного знакомого ингредиента. – Что-то из твоих южных странствий? У меня потом хвост не вырастет?
– Нет, – невозмутимо ответила Керика. – У тебя ничего. А вот у Кевендила точно вырастут рога.
Гвин поперхнулась. Закашлялась, отводя глаза. Чуть не опрокинула содержимое чашки на свое красивое платье.
Чародейка неторопливо съела еще один кусочек сыра, дожидаясь, пока племянница немного справится с эмоциями. И лишь когда Гвин наконец соизволила одарить ее хитрым взглядом, пряча улыбку за несчастной чашкой, откинулась на спинку стула и негромко спросила:
– Могу я узнать, где ты провела эту ночь, что тебя никто отыскать так и не сумел?
– В сокровищнице, – без тени лукавства ответила племянница.
– Вот оно что, – задумчиво протянула Керика. – Занималась сложными подсчетами на благо королевства, стало быть.
– Именно. Глаз толком не сомкнула.
– А Норлан, значит, тебе в этом самоотверженно помогал?
– О да. Несколько раз даже.
– И как он, хорош в бухгалтерии?
– Неподражаем. – Гвин демонстративно закатила глаза.
– По тебе видно, на самом деле. Постарайся не улыбаться так широко, когда спустимся к завтраку. Не то чтобы твой отец не ценил сложную математику, но ваше внезапное счетоводство сведет его с ума.
– Приложу все усилия. – Адептка торопливо допила совсем уж остывший отвар и отставила чашку в сторону. – Предстоит неприятное объяснение.
– Ничего не предстоит. – Керика фыркнула и встала с места, чтобы взять с подноса маленький пузатый пузырек. – Скажи спасибо своей тетушке. Она у тебя дар небес и большая мастерица оберегать твою бедовую головушку. – Чародейка откупорила рыхлую пробку и достала пальцем немного желеобразной мази персикового цвета. – Ну-ка, иди сюда, красавица. Уберем все обличающие обстоятельства.
Гвин послушно подставила лицо, позволяя тете легкими касаниями нанести бальзам на щеки и нос. Целительное вещество слегка пощипывало кожу и приятно пахло фруктами.
– Проблемы ласк бородатых мужчин и их щетины, – проворчала Керика, растирая остатки мази между ладонями. – Но к завтраку даже следов не останется. Что-нибудь еще нужно… исправить?
Тетушка окинула Гвин придирчивым взглядом.
– Нет. – Адептка мысленно благословила свое платье за его длинные узкие рукава. Говорить о том, что внезапно лишилась всех рун, она не решилась, поэтому сменила тему на более уместную: – Папа сильно сердился?
– Я убедила всех, что ты испытываешь глубокие личные переживания. – Керика вновь опустилась на стул. – Потому якобы дала тебе выпить успокаивающий отвар, из-за которого ты уснула. И никому не позволила тебя беспокоить. Даже Авериусу. Пришлось сказать, что буду ночевать в твоей комнате. Поспать, правда, почти не дали. Все время кто-то норовил заглянуть и полюбопытствовать, как ты. Даже Бариан лично приходил. Но всех переплюнула твоя додельная служанка. То поднос с кухни принесет, то теплую грелку. То просто елейным голоском спросит, не нужно ли чего. Так и норовила сунуть нос внутрь. Хитрая особа.
– Но ты была непреклонна. – Адептка с благодарностью улыбнулась тетушке.
– Верно, – подтвердила чародейка. – Хоть и дьявольски рисковала.
– Спасибо. – Гвин постаралась вложить в одно слово всю ту признательность, которую сейчас испытывала.
Керика Гарана коротко кивнула и придвинула к племяннице тарелку с сыром и печеньем. Чародейка тоже умолчала о многом. Например, о том, как она боялась, что племянница воспользовалась всеобщим замешательством и действительно нашла способ сбежать со своим колдуном. Ее успокаивало лишь то, что стражники у ворот горячо заверяли, что никто замка не покидал. Впрочем, если верить брату, когда речь шла об импери, нельзя оставаться полностью уверенным.
– А что насчет Ивроса? – осторожно осведомилась Гвин, которая жевала маленький кусочек печенья. – К его отсутствию как отнеслись?
– Как к дару небес. – Керика вдруг засмеялась. – Мужчины отчего-то решили, что он где-то в одиночку переживает вашу ссору. Этим Мейхартам твой Иврос хуже бельма на глазу. А как по мне, он неплохой человек.
– Лучший. – Гвин тотчас прикусила язык.
В этот миг она сама себе показалась наивной влюбленной дурочкой, которая растворилась в новом увлечении, позабыв обо всем на свете. Но только поделать ничего не могла – настолько сильным оказалось затопившее ее чувство.
Вместо нового ироничного замечания тетушка лишь вздохнула. Вероятно, вспомнила себя в возрасте Гвин. Или попросту понимала, что ни один довод рассудка не будет услышан человеком, который столь поглощен своим объектом страсти.
– А где сокровищница? – внезапно спросила чародейка. – В подвале, полагаю?
– Именно.
– Забавно. – Керика усмехнулась. – ВарДейк туда спускался по приказу Авериуса, хоть люди короля и сказали, что там никого нет. Но Крис заявил, что ни тебя, ни твоего ретивого счетовода не нашел. Вот ведь шельма.
Гвин невольно залилась краской при мысли, что Крисмер мог их с Ивросом слышать. Но в душе искренне поблагодарила адепта за то, что он не открыл отцу правду. Да и уединения не нарушил. Если, разумеется, добрался до механической двери и понял, что к чему. Возможно, Крис дулся на архимага, что тот бросал его в глуши, а сам возвращался в столицу. Либо их общая старая история сказывалась. И ВарДейк попросту не захотел причинять ей снова уже однажды пережитую боль.
– Так это ты устроила вчерашний катаклизм, я правильно поняла? – тихо спросила тетушка и потянулась за очередным кусочком сыра.
Гвинейн неопределенно пожала плечами.
– Вероятно,
