Может быть, теперь уже поздно что-либо предпринимать? Уж очень жуткой была опухоль. Он мог получить смертельное отравление. Никто не знал, что за зверье на него напало.
Но что можно сделать? У него нет при себе никаких медикаментов.
Одна из собак посмотрела на него и заметила его страдания и беспомощность. И тут же неслышно подбежала к нему.
Сев перед ним, собака принялась вылизывать его рану.
«Господи, — с безнадежным весельем подумал Натаниель. — Не ядовит ли язык этого адского пса?»
А пес продолжал вылизывать его рану своим шершавым, влажным языком. Глаза Натаниеля были полны слез, он едва сдерживал плач.
— Спасибо, — прошептал он, — Спасибо, друг! Ты не представляешь себе, что означает твоя забота для одинокого человека!
Тенгель Злой прокомментировал эту сцену в издевательских, презрительных выражениях, на что Натаниель не стал отвечать.
Натаниелю ужасно хотелось прижаться к длинношерстному боку адского пса и немного погреться.
Если только этот пес мог согреть его! Ведь язык, которым он вылизывал его рану, был ледяным. Но ничто никогда не согревало его так!
13
Натаниель давно уже слышал низкие, приглушенные, вибрирующие звуки, исходящие от земли. Подобно Хейке, он улавливал в них близость смерти.
«Я знаю, что ты здесь, Смерть, — думал он. — И что ты пришла за мной. Но дай мне пожить еще несколько минут! Дай мне выполнить мою задачу, насколько это позволяют мне мои способности. После этого ты можешь забрать меня с собой».
Эллен! Душа его наполнилась глубокой скорбью. Как хотелось ему теперь покинуть это жуткое место и отправиться к Эллен, чтобы снова прикоснуться к ней, сказать ей все то, что он никогда не осмеливался ей говорить.
Но это невозможно. Ведь для того, чтобы она и все остальные могли жить дальше в чистом и прекрасном мире, он должен сражаться с чудовищем до последней капли крови.
Силы его катастрофически быстро убывали. Адский пес вернулся на свое место, рана на руке уже не так болела. Но ужасающий удар, который Тенгель Злой нанес Натаниелю, а также ядовитые испарения разрушили его организм.
Только душа его оставалась нетронутой. И именно силами своей души он должен вести последнюю в своей жизни борьбу.
Он снова мысленно вернулся к Тейносуке… Тува рассказала ему: в одном их своих превращений она была маленькою японкой. Сестрой матери Тейносуке.
Его мать с плачем рассказывала, что он перебрался в страну его отца, в бескрайние степи, после того, как сделал ребенка одной девушке из дворца японского императора.
Ничто не свидетельствовало о добросердечии в характере Тейносуке. Плача по своему сыну, мать одновременно проклинала его. «Все-таки он мой сын», — говорила она. И создавалось впечатление, что она любит его в силу своего материнского долга. Но разве мать не будет любить своего сына, даже если ей что-то не нравится в нем?
Нет, ни о какой слабости здесь не говорилось.
Рассказ Тувы отпадал.
Теперь собственные впечатления Натаниеля. Он мысленно проследил путь Тейносуке через Маньчжурские степи.
Как и в рассказе Тувы, он выделил лишь самые важные моменты.
Он попал в степную юрту в самый разгар церемонии. Должен был быть зачат ребенок, предназначенный исключительно для злодейства. Родителями его станут японский колдун Тейносуке и шаманка из монгольского племени.
Натаниель не присутствовал при самом акте зачатия, он отказался это делать. Но он запомнил улыбку родителей перед началом акта.
Была ли это улыбка любви?
Он не решился бы утверждать это. Эти двое понимали друг друга, у них была общая цель, возможно, им было хорошо вместе. Но любовь… Нет, этих людей радовали только жуткие эксперименты. Зачать ребенка с помощью всей известной на земле черной магии, в присутствии злого духа!
Нет. Никакой любви здесь не было и в помине. Никакой нежности, никакой слабости.
И Натаниель мысленно переместился на несколько лет вперед. Он стал свидетелем того, как Тейносуке ударил ногой своего сына Тан-гиля и как двухлетний мальчик убил своего отца, ударив его ножом в горло.
Вряд ли это можно было бы назвать любовной сценой.
Мать его кричала и бранилась, но горевала ли она о своем муже, Тейносуке? На этот вопрос Натаниель не мог дать ответа.
Таким образом, Тейносуке не был слабым звеном в цепи. Оставалась теперь только его мать, а о ней Натаниель знал лишь то, что Тан-гиль убил и ее, когда она стала ему не нужна.
Слишком мало было у него об этом сведений. Слишком мало!
Оставалось рассмотреть теперь историю, рассказанную Руне.
Очнувшись от своих мыслей, Натаниель обнаружил, что Тенгель Злой собирается сделать очередную пакость.
Негодяю не разрешено было шевелиться под угрозой нападения адских псов. Но он использовал другие методы…
К своему ужасу Натаниель увидел, что Тан-гиль превращает животных в ничто: их контуры стали расплывчатыми, сквозь них можно было уже смотреть.
Натаниель не хотел терять их, ни за что на свете! Они были его товарищами, они охраняли его.
Ему предстояло помериться силами со злым колдуном!
И это при его-то нынешней слабости!
Сделав несколько глубоких вдохов, он очистил свой мозг от всех остальных мыслей, сконцентрировал свои усилия на одном: противостоять колдовству Тенгеля и вернуть все на прежнее место.
Тенгель Злой заметил это. Заметил, что в его мысли вклинились какие-то другие заклинания. Он чувствовал такое сопротивление, что был не в состоянии сосредоточиться.
Он был настолько захвачен врасплох, что силуэты собак сразу стали более четкими. И Натаниель не собирался допускать, чтобы они снова стали еле заметными.
Это был настоящий поединок.
Но Тан-гиль был силен. Как ни старался Натаниель, он ничего не мог поделать с тем, что контуры собак становились все более и более расплывчатыми.
И тут он наконец понял, что ему следует делать.
В магии и колдовстве Тенгель превосходил его — по крайней мере, когда дело касалось черной магии. Именно с черной магией Натаниель и должен был покончить. «Ты хочешь причинить им зло, — подумал он. — Вид у этих зверей из преисподней ужасен, но я все равно люблю их. Я чувствую к ним глубокую нежность, я их самый лучший друг».
И снова он убедился в том, как много значит его человечность. Враждебность Тан-гиля по отношению к животным, его холодная злоба не могли противостоять добросердечию Натаниеля. Несмотря на то, что Тан-гиль орал и злобно выплевывал все новые и новые заклинания, животные снова стали видимыми. Они были полны силы и гнева по отношению к коротышке-злодею.
Тенгель был в такой ярости из-за своего проигрыша, что снова швырнул молнию в Натаниеля. Удар был очень сильным. Натаниель думал, что умрет, он задыхался, он весь скрючился от невыносимой боли в груди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
