Легуж тут же вскочил на ноги:
— О принцессе? Закрой дверь! Чего ты там стоишь? Иди сюда, чтобы мы могли поговорить как следует. Тише, тише, не ори. Быстро выкладывай — что за новости?
Шнурштык в очередной раз рассудил верно, положившись на свое чутье. Он закрыл дверь кабинета и поспешил встать рядом с лордом, после чего, нагнувшись к нему, произнес шепотом:
— Наш шпион при дворе короля прислал сообщение о том, что сейчас известно очень незначительному количеству людей. Принцесса Мистая исчезла. Король и королева повсюду ищут ее.
— Ну и ну, — пробормотал Легуж, уже начиная анализировать открывающиеся перед ним возможности.
— Если бы вы нашли ее, милорд… — начал было Шнурштык.
— Да, в этом случае король Заземелья оказался бы передо мной в таком долгу, которым нельзя пренебречь, верно? — закончил предложение Легуж. Он так широко улыбнулся, что на мгновение стал неотличим от лягушки-переростка. — Да, да.
Лорд твердо опустил руку на тощее плечо своего писца.
— Ты должен отыскать ее, Шнурштык. — Его пальцы сжались, а глаза сузились. — Прежде, чем это сумеет сделать кто-то другой.
Шнурштык согласно кивнул, мысленно вздрогнув при виде этой жуткой улыбки.
— Как пожелаете, мой лорд, — выдавил он и поспешил покинуть комнату.
Глава 12
ЛИБИРИС
Утверждения, что все не так плохо, как кажется, или что хорошо там, где нас нет, или что после черной полосы непременно следует белая, увы, совершенно неверны. Это те вещи, в которые мы очень хотим верить, но, по сути, они олицетворяют собой неоправдавшиеся надежды. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, когда Мистая и ее спутники наконец взобрались на вершину последнего холма по дороге, ведущей в Либирис, принцесса обнаружила, что все ее страхи были далеко не напрасны.
— О нет, — выдохнула она как можно тише, чтобы остальные ничего не услышали, и с трудом сглотнула, пытаясь избавиться от внезапно возникшего кома в горле.
Либирис больше всего походил на место из очень неприятного кошмара. Он возвышался над темнеющей линией горизонта, соревнуясь по зловещему виду с замком графа Дракулы: мрачная постройка из серого, тусклого камня, открытая всем ветрам; штукатурка местами потрескалась, местами осыпалась, все ставни закрыты, ни в одном окне не видно света, а парапеты украшены наконечниками пик и обрамлены колючей проволокой. Башни устремлялись ввысь, словно надеясь проделать дыру в небесах, а тяжелые, окованные железом деревянные двери, прекрасно видимые с холма, где стояла Мистая, были заперты на огромный замок и перекрыты кованой решеткой, не оставляя ни малейших сомнений в том, как здесь относятся к незваным гостям. Если это здание изначально действительно планировалось как библиотека, подумалось девушке, то у архитекторов были довольно оригинальные методы продемонстрировать его предназначение. Либирис выглядел так, словно был построен с намерением отпугивать посетителей, а не привлекать их.
Переведя взгляд с древних, осыпающихся стен на окружающую замок территорию, принцесса с ужасом сообразила, что он отбрасывает тени во всех направлениях. Она бы ни за что не поверила, что подобное возможно, если бы сама не увидела. Либирис со всех сторон был окружен лесом, таким же темным, непроходимым и мрачным, деревья казались безжизненными и больше всего напоминали скелеты, их ветви были странно скрючены, а земля усыпана обломками сучьев и костями. Мистае пришлось как следует приглядеться, чтобы убедиться в наличии последних. Нет, она действительно видела кости — некоторые были собраны в маленькие кучки, словно ветер сгонял их, как листья. Растения с неприятными острыми листьями и колючий кустарник наполняли прогалины между растрескавшимися, почерневшими стволами, и пахло здесь не свежей зеленью, а гнилью и сыростью.
Все это внезапно напомнило принцессе рассказы советника о том, как выглядел замок Чистейшее Серебро, погибавший от тлена, до прибытия ее отца в Заземелье. Как странно…
— Пошли отсюда домой, — сразу же предложил Пьянчужка и невольно попятился.
Ей очень хотелось принять предложение кыш-гнома и сбежать без оглядки. Но вместо этого Мистая повернулась к Дирку с Лесной Опушки, который спокойно сидел рядом с ней, старательно вылизывая лапы и умываясь.
— Это что, на самом деле Либирис?
— Да, это он. — Изумрудные глаза ярко блеснули. — Возможно, принцесса, тебе бы хотелось поддержать кыш-гнома и последовать его совету?
Мистая нахмурилась. Она могла спокойно пообщаться с котом, поскольку ее надоедливые спутники всю дорогу старались держаться от него как можно дальше. Ни Пьянчужка, ни Щелчок не рисковали подходить к странному зверю после вчерашней ночи ближе чем на десять ярдов. Очевидно, поддавшись то ли жадности, то ли голоду, они попытались поймать Дирка — скорее всего с намерением освежевать его на месте. Их попытка провалилась с треском. Мистая не знала, что именно случилось, поскольку в это время крепко спала. Ее разбудила вспышка яркого света, и принцесса с удивлением увидела, как кыш-гномы с воплями улепетывают куда-то в темноту. Сегодня, вернувшись оттуда, куда они сбежали, Пьянчужка и Щелчок, пряча обожженные пальцы и покрытые сажей лица, старались держаться как можно дальше от Дирка с Лесной Опушки.
— А если бы я решила уйти отсюда и направиться в другое место, ты бы присоединился ко мне? — нервно уточнила Мистая у кота.
— Нет. У меня здесь есть одно дело, которым необходимо заняться.
— Дело? Какое еще дело?
— Боюсь, это касается только меня. — Тон его голоса поменялся, став почти оскорбительным. — Коты никогда не обсуждают свои личные дела с людьми, даже с принцессами. Кот никогда ничего не объясняет и ни за что не просит прощения. Кот никогда не оправдывается и ничего не доказывает. Ты можешь только принять кота таким, каков он на самом деле, и не ожидать ничего, помимо удовольствия от его общества. В нашем случае ты должна остаться в Либирисе, если хочешь и впредь наслаждаться моей компанией.
Мистае совершенно не хотелось оставаться в жуткой библиотеке, равно как и наслаждаться компанией мохнатого мерзавца, но выбора у нее не было, поскольку цель осталась прежней — отыскать место, где родители до нее не доберутся. Если сейчас она оставит Дирка, то окажется без защиты, которую обеспечивало его присутствие. Отец быстро найдет непокорную дочь — особенно если Мистая начнет действовать безрассудно.
— А что ты вчера ночью сделал с гномами? — спросила она, меняя тему. Подумав, девушка добавила: — Если, конечно, ты не против подобных вопросов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
