Добрый день, Ирина Христафоровна! Прошу простить, что без предупреждения, но Елена сообщила, что мой визит в этот час не создаст неудобств. Прибыл пригасить вашу дочь на Императорский Бал по случаю празднования Нового года.
Признаюсь, посетила меня подленькая мыслишка, что как здорово было бы, если бы хозяйка дома просто захлопнула дверь перед моим носом, позволив мне просто отдохнуть в кругу семьи оставшиеся до праздника дни.
Увы, мечтам было сбыться не суждено.
— Прошу вас... Николай Александрович. — Предложила хозяйка, отступая внутрь дома.
Сбегать было поздно, а потому пришлось сделать шаг вперед.
— Это вам, Ирина Христафоровна. — Слегка склонил голову я, вручая первый букет.
Женщина приняла цветы как-то легко и естественно. Благодарно кивнув, она только и ответила:
— Спасибо, очень приятно осознавать, что нынешнее поколение не утратило вкуса к прекрасному!
Это заявление вкупе с несколько раздраженно дернувшимся уголком рта заставило меня задуматься. Ведь я вовсе не чувствовал, что негатив направлен в мою сторону. Так что же произошло?
— Букет для дочери вы можете пока положить сюда. — Указала мама блондинки (кстати, вполне себе брюнетка) на вполне подходящее для этих целей трюмо.
Зимнее пальто и шарф я повесил на самостоятельно обнаруженную (успех!) вешалку. А вот обувь снимать не полагалось. Плетение на входном коврике уже достаточно очистило ее для того, чтобы я мог пройтись по первому этажу совсем немаленького дома без опаски запачкать начищенные до блеска полы. Снять обувь придется только если меня когда пригласят подняться на второй "личный" этаж. Но это явно не сегодня.
Справившись с разоблачением себя любимого, вновь подхватил в руки букет.
— Проходите, Николай Александрович! — Предложила Ирина Христафоровна, сделав жест рукой в сторону зала.
"А, вот оно что!", — легко расшифровал я странную тень, что посетила лицо хозяйки дома в момент рассуждений о чувстве прекрасного!
Первым делом, стоило мне вступить в зал, взгляд натыкался на два огромных... Нет, не так! ДВЕ огромных вязанки цветов, от которых даже у меня настолько зарябило в глазах, что я не сразу заметил Терскую-младшую, что в тёмно-зелёном платье была довольно таки мила.
— Елена Олеговна! — Кратко поклонился я, как то приписывали правила этикета. — Чудесно выглядите.
Правда, не удержался, и в ответ на абсолютно "неуставную" в данный момент усмешку девушки, добавил:
— Правда, Лен, иногда тебе стоит радовать нас выходом в платье! — С этими словами я вручил ей цветы. — Они тебе идут куда больше форменного комбинезона.
— Увы, Николай Александрович, — вдохнув аромат цветов, возразила девушка. — Не придуман еще такой шлемофон, что пошел бы, например, к этому платью. Прекрасный букет!..
От этого заявления перекосило еще одного присутствующего персонажа, которого я пока просто отметил своим вниманием, не присматриваясь к деталям. А уж как ему не понравился следующий переход на куда более фамильярный стиль общения:
— Сам выбирал?
— Доверился профессионалам! — Поднял я палец в известном жесте Очень Мудрого Кролика.
Негромкий смех старшей и младшей Терских растекся по залу.
— Мудро! — Вместо дочери дипломатично ответила Ирина Христафоровна.
А вот моя боевая подруга сдерживаться не собиралась, пройдя по самой грани прямого оскорбления:
— Согласна! Не стыдно не уметь, но иметь мудрость обратиться за помощью. Куда хуже было бы продемонстрировать ужасный вкус и отсутствие чувства меры.
Матушка на дочку посмотрела строго... Но возражать не стала. Отчего кое-кого присутствующего буквально перекосила.
"Не умеет держать ни лица, ни удара!", — сделал я вывод про себя, наконец-то осмотрев, очевидно, того самого кандидата на компанию Лены во время бала. Ничего примечательного в нем, с моей точки зрения, не было. Полноват, аляповат, очевидно богат, но вкусом обделен начисто. Мои букеты стоили вряд ли дешевле его вязанок, но смотрелись не в пример приличнее. А уж это открытое презрение, что сейчас демонстрируется мне лично... Типичный представитель новой формации молодежи империи. По счастью, таких пока еще не слишком много... Я надеюсь!
Я задумался. Попытка припомнить, скрывался ли хоть раз за оценкой "хороший мальчик из приличной семьи" не конченный мудак, с моей точки зрения, я припомнить не мог. Но, повторюсь, это лично мои наблюдения. Возможно, я и не объективен.
— Гончаров, Данила Петрович, — представила мне второго гостя хозяйка дома. — Студент Торгового колледжа. Прибыл с приглашением на бал для моей дочери.
И вновь пухляш не сдерживает раздражения на собственном лице. Ишь какая "снежинка"!
— Очень приятно, Данила Петрович, — слегка киваю я, но лицо держу, ведь чужая невоспитанность вовсе не повод демонстрировать свою . — Меньшиков Николай Александрович. Кадет Железнодорожной Академии. Прибыл с той же целью!
Возможно, я бы и не сказал дальнейших слов, если бы гримаса "мальчика" в момент упоминания Академии не превратилась бы из кислой в откровенно презрительную.
— ... В давние времена наш маленький спор решился бы дуэлью, — негромко заключил я, с удовольствием наблюдая за тем как мрачнеет верно оценивший свои шансы Гончаров — не так глуп оказался Данила Петрович. — Однако в наш просвещенный век предложим сделать окончательный выбор даме. Вы не возражаете?
Возможно, возражал. Даже наверняка. Вот только логическая вилка "дуэль — решает девушка" не оставила ему выбора.
— Конечно... Николай Александрович, — кисло протянул он. — Пусть решает девушка!
Вот ведь проблема всех "интеллигентных хороших мальчиков из правильных семей". Ну никакого умения решать вопросы и вести переговоры самостоятельно! А, главное, нести за них потом ответственность. А это, на мой взгляд, недостаток. И недостаток существенный. Родные могут помочь много в каких ситуациях. Проблема в том, что с по-настоящему серьезными проблемами ты сталкиваешься всегда один на один. То есть, для того, чтобы Род стер встретившегося на темной алее обидчика в порошок, эту встречу, как минимум, нужно пережить. И сделать это самостоятельно. Вот в этот миг и начинается большинство сложностей.
А вообще, Род Гончаровых мне знаком. Именно Данилу Петровича счастья лицезреть не имел, но все же... Сильно сомневаюсь, что "торговики" вытянут против "производственников" Меньшиковых. У нас, к счастью, эпоха Изобилия, когда "живущие на процент" могли себе позволить немыслимые вольности, пока не вернулась.
— Прошу принять мои глубокие сожаления, — склонила голову Лена, словно бы действительно сожалея об отказе, которым должна вознаградить одного из нас. — Но господин Меньшиков испросил согласия быть его парой на этом балу много раньше. И согласие мое получил. Сегодня он пришел лишь просить благословения матушки моей...
"Вот все хорошо,
