– Дакар! Останови ее! – Шлепая по полу, дракончик убегал от меня, прикрывая лапами пятую точку. Я не сдавалась, твердо уверенная, что в этот раз он заслужил наказание, а раз магию использовать нельзя – придется лупить.
– А зачем мне ее останавливать? – безмятежно поинтересовался ректор, сложив руки на груди. За разворачивающейся картиной он явно наблюдал с удовольствием.
– Юна, не бей меня! Я тебе расскажу, что за секретный чай был у ректора! Странно, что ты сама не поняла, до того как пролила его.
И хотя я поняла, что дракончик нагло отвлекает мое внимание, все же задержалась у стола, где стояла кружка с остатками чая на дне. Подхватив ее, поднесла к носу, принюхиваясь. Шета притормозил и остановился рядом.
– И глотни заодно, – нагло посоветовал он, – тебе сейчас не помешает.
Но вместо дракончика я уставилась на ректора.
– Успокаивающий чай? – недоверчиво спросила у него я. Подобных трав у нас дома было предостаточно, странно, что я действительно не поняла это сразу. Запах был легким и ненавязчивым, но если принюхаться, легко можно было различить, помимо прочего, наличие трав, используемых для успокоения нервов.
Рука Адена Дакара взметнулась вверх, оттягивая ворот и расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.
– Да, – все же ответил он мне.
– У него их много, травок этих, – наябедничал Шета.
И мне в который раз стало жутко стыдно. Не из-за нас ли ректор стал попивать успокаивающий чаек? Осторожно поставив кружку на место, я опустила глаза.
– Извините, – пробормотала я, оставляя книгу на столе.
– Думаете, я пью это из-за вас?
Я подняла глаза, снова посмотрев на мужчину. Неудивительно, что он так часто был спокоен и уравновешен, только вот на лице его не было и тени смущения.
Довольный Шета оставался в углу кабинета, считая, что совершил очередную шалость, но на деле лишь натолкнул меня на интересную мысль.
– Возможно, не только из-за меня, – начала я, но, передумав, прикусила язык, не уверенная, стоит ли говорить дальше.
– Из-за чего же еще? – Покидая свое место, ректор приблизился ко мне, неотрывно глядя в глаза, и сразу вспомнились все его трюки, отчего мурашки прошлись по телу.
– В кружке не только успокаивающие травы, – неуверенно заметила я, опустив глаза и рассматривая кружку. На дне оставалось немного чая, который уже успел остыть.
Ректор молчал; он стоял передо мной и, засунув руки в карманы, словно ждал моего вердикта.
– И у вас явно большое количество стихий, – продолжала я, подбирая слова, – для контроля над которыми требуется светлая голова. Я права?
И набравшись смелости, снова посмотрела на Дакара, при этом остановив свой взгляд на скулах мужчины и не решаясь взглянуть прямо в глаза.
– Думаю, на сегодня мы закончим и продолжим наши занятия завтра, можете потренироваться сами в своей комнате.
Более прямого способа уйти от ответа просто не существовало, и, кивнув на прощанье, я покинула класс, уверенная, что молчание тоже приравнивается к ответу.
Глава четырнадцатая
Утро началось с невозможного происшествия, хотя казалось, все и так было хуже некуда. Но стоило мне оказаться в холле на перемене после первого утреннего занятия, как я убедилась, что моя фортуна еще недостаточно поиздевалась надо мной. На пороге холла, опираясь на свою трость, стояла не кто иная, как бабушка ректора Дакара. Прежде чем она заметила меня среди остальных адептов, я резко свернула вправо и нырнула за колонну. Айлин, удивленная моим маневром, замешкалась, а потом подошла и спросила шепотом:
– Ты чего? Исара увидела?
– Тш-ш, за колонну! – схватив подругу, я утащила ее подальше от глаз гиперактивной бабули.
– Что такое?
– Там на входе стоит древняя бабуля с тростью? – решила сначала уточнить я, прежде чем впадать в окончательную панику.
Айлин потянулась, чтобы выглянуть из нашего укрытия.
– Ага, оглядывается. Я ее раньше тут не видела… ай, ты что!
Схватив девушку, я затащила ее обратно, чтобы она не привлекла к нам излишнего внимания.
– Не высовывайся!
– А кто она такая? Ты ее знаешь?
– Да, на балу встречались.
– А чего мы прячемся тогда?
– Мм… скажем так, она очень своеобразная бабуся – как вцепится, так не отпустит. Я ее боюсь!
– Ого, мне теперь даже любопытно, пойду познакомлюсь.
И прежде чем я успела остановить подругу, она выскочила из-за колонны и целенаправленно пошла к старушке, движимая любопытством.
Спрятав лицо в ладонях, я застонала, прислоняясь к колонне. Показываться ей на глаза я точно была не готова, эта бабуля не лучше Шеты!
Снова выглянув из-за колонны и убедившись, что бабуля пока занята, я быстро направилась к лестнице, потому как единственная мысль, пришедшая в мою голову, кроме бегства, была о том, что стоит предупредить ректора. Что-то мне подсказывало, что о своем визите она забыла его предупредить.
Так быстро, как только могла, я взлетела по лестнице вверх и решила для начала поискать Дакара в кабинете. Хоть бабуля и шустрая, но с тростью она вряд ли быстро преодолеет лестницу, а значит, у меня была фора.
В дверь кабинета ректора Дакара я не постучала, а забарабанила, чувствуя усиливающуюся панику. Услышав глухое «войдите», толкнула ее и влетела внутрь.
– Там бабуля! – выпалила я с порога и, только переступив его, увидела, что ректор был не один. Перед столом, удивленно уставившись на меня, стоял Гутор.
– Бабуля? – недоуменно воззрился на меня ректор, явно не понимая, о чем идет речь.
При Гуторе мой словарный запас был резко ограничен, но выбирать не приходилось.
– Бабуля! – Я экспрессивно замахала руками, вспоминая, как звали бабушку ректора.
Дакар нахмурился, все еще не понимая, о чем речь, а Гутор так вообще уставился на меня как на сумасшедшую.
– Бабуля Августа! – победно махнула я рукой, наконец-то вспомнив имя.
И ректор мгновенно вскочил со своего стула, чуть не опрокинув его.
– Бабуля? – вскрикнул он.
– Да! – с жаром подтвердила я.
Гутор смотрел на нас с нескрываемым ужасом.
– Так… – Ректор запустил руку в волосы, взъерошив их, и в глазах его появилось отсутствующее выражение. – Так, без паники.
– А что случилось? – тут же озаботился Гутор, понимая, что на вверенную ему территорию надвигается какая-то невиданная катастрофа.
– Идите на свои занятия, бабулю я возьму на себя, – сказал Дакар, поспешно выходя из-за стола. – А с вами, – ректор посмотрел на Гутора, – с вам мы решим все вечером, когда я освобожусь.
Мужчина кивнул, так и не получив ответа на свой вопрос, и, как и я, повернулся к выходу. Но стоило мне приоткрыть дверь, как я увидела идущую со стороны лестницы Айлин, следом за которой показалась трость, и… захлопнула дверь, прежде чем на горизонте замаячила ее обладательница.
– Поздно, – жалобно всхлипнула я, оборачиваясь к мужчинам.
– Что – поздно? – недоуменно спросил у меня Гутор, не понимая, почему мы не можем покинуть кабинет.
– Там бабуля, – оповестила я ректора, ткнув пальцем в дверь и тут же отбегая от нее. – Телепортируйте меня! Куда-нибудь подальше!
– Думаете, она не заметит, что я только что открывал телепорт? Да она еще и по следу пройдет! – Ректор ругнулся, оглядывая кабинет и лишь на секунду задержав свой взгляд на столе. Ну уж нет! Второй раз я прятаться таким образом не собираюсь. Я посмотрела на завхоза, все еще остававшегося с нами.
– Мы ее отвлечем. Гутор!
– Гутор? – Ректор оживился. – Точно! Гутор, вы сейчас выйдете и скажете бабуле, что я дал вам указания и телепортировался из кабинета в учебный класс.
– Какой еще бабуле?
Но завхоза уже подхватили под руку, подталкивая к двери.
– Вы поймете, – успокоил его Дакар, – старая почтенная женщина с тростью. Я телепортировался в учебный класс, вы не помните, в какой…
После чего завхоза бесцеремонно толкнули к двери, и ему не оставалось ничего иного, кроме как выйти наружу. Судя по приглушенным голосам, с достопочтенной женщиной он столкнулся практически сразу.
– Быстрее! – Ректор подошел ко мне, беря за руку и открывая телепорт, после чего меня захватило уже знакомое чувство.
Вопреки нашей традиции, оказались мы не в спальне Дакара, а в пустующем учебном классе, расположенном относительно близко от кабинета ректора.
– Ну а теперь, – бодро заявил мужчина, оправляя костюм, – вы – на занятие, а я к бабуле.
– А можно вопрос? – не удержалась я, пока ректор еще не выбежал из кабинета. Мужчина остановился, ожидая продолжения.
– А почему ее все бабулей зовут?
