Корабль Джошуа затонул не первым и не последним. Но в глубине души засела гадкая мысль, похожая на одну из тех крошечных заноз, которые могли годами оставаться в пальце.
Кир внимательным взглядом следил за малейшим изменением выражения её лица. Вдруг он глубоко вздохнул, внезапно оттолкнулся от умывальника и принялся расхаживать по комнате, но не задумчиво, а как лев в клетке.
Меррит наблюдала за ним с возрастающим замешательством. Он расстроился за неё? Или, как Джошуа, глубоко разочаровался?
Нет… Судя по тому, как яростно Кир провёл рукой по волосам, по усилившемуся румянцу, хмурому взгляду и дёргающейся мышце на стиснутой челюсти…
— Ты сердишься? — озадаченно спросила она. — На меня?
Глава 26
В течение многих лет утро Себастьяна начиналось с водных процедур, которые не только поддерживали его тело в хорошей форме, но и придавали спокойствия и бодрости духа в самом начале дня. Летом он предпочитал плавать в бухте, но в холодные месяцы единственным вариантом оставался бассейн. В курортном городке, славившемся своими лечебными и оздоровительными ваннами, не составило труда найти подрядчиков, которые установили бассейн с морской водой в одном из крыльев особняка Шаллонов.
Сама чаша была размером тридцать на шестьдесят футов, по периметру её окружали платформа из сосны и пол, выложенный замысловатой мозаичной плиткой. Для подогрева воды под бассейном проходили трубы из кухни, а регулируемые отверстия в стеклянной крыше использовались для вентиляции. Вдоль стен тянулись ряды витражных окон из белого, зелёного и синего стекла, которые пропускали свет, сохраняя при этом уединение. Для удобства семьи и гостей, помимо всего прочего, здесь располагались уборные, душевые кабины и зоны отдыха с обитой плетёной мебелью.
Себастьян разделся и бросил вещи на ближайший шезлонг. Он нырнул без брызг и принялся технично плавать кролем от одного бортика до противоположного. Монотонные действия прояснили разум, и вскоре Себастьян сосредоточился только на постоянном движении сквозь водную гладь.
После двадцати минут напряжённого плавания мышцы горели огнём. Он вылез из воды, тяжело дыша, и пошёл к стопке полотенец на столе. Энергично вытираясь, он мельком заметил кого-то на другом конце бассейна. Себастьян замер при виде светло-рыжих волос, розовых щёк, округлившихся голубых глаз… и роскошной женской фигуры в модном шерстяном платье в полоску. Каждая клеточка тела заискрилась от прилива радости.
— Эви? — хрипло спросил он, испугавшись, что она ему привиделась.
Она взглянула на воду и невинно заметила:
— Ты так усердно плавал, я решила, что за тобой гонится ак-кула.
С трудом сосредоточившись, Себастьян небрежно ответил:
— Ты же прекрасно знаешь, милая, — он обернул полотенце вокруг талии и заткнул за пояс свободный край, — я и есть акула.
Он направился к жене без видимой спешки, но постепенно ускорил шаг. Себастьян так пылко схватил Эви в объятия, что её ноги едва не оторвались от пола. Она ахнула, вцепилась в плечи Себастьяна и, улыбаясь, потянулась к его губам.
Он крепко расцеловал жену, упиваясь её вкусом и близостью, а в конце вызывающе укусил за нижнюю губу.
— Эви, красавица моя, ты не забыла привезти с собой наших детей?
— Не забыла. Айво отправился на поиски Аякса.
Себастьян выгнул бровь.
— Меня затмила собака?
Губы Эви дрогнули.
— Я сказала детям, что сначала хочу увидеться с тобой наедине. Серафина обрадовалась, что сможет переодеться и прилечь вздремнуть. — Она обхватила ладонями бугрящиеся бицепсы и одобрительно проворковала: — Если ты продолжишь тренироваться в том же духе, придётся перешивать рубашки.
— Что ещё мне оставалось делать, — мрачно проговорил Себастьян. — С тех пор, как ты меня бросила, я мучился в аду воздержания.
— Бросила? — удивлённо переспросила она.
Он сурово глянул на Эви.
— Ты исчезла посреди ночи.
— Было утро, — запротестовала она.
— Не сказав ни слова о том, куда направляешься.
— Ты же сам занимался б-билетами!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— У меня даже не было возможности попрощаться.
— Была, — возразила Эви. — Ты прощался два часа, я чуть не опоздала на поезд.
Себастьян заглушил смех, уткнувшись в её блестящие локоны.
— О, да. Это я помню. — Он откинул с лица жены несколько рыжих прядей и поцеловал Эви в лоб, но вдруг резко отстранился. Нахмурившись, Себастьян провёл по её лбу и носу пальцем и осмотрел его на предмет остатков косметики. Чисто.
— Что случилось с твоими веснушками? — резко спросил он. — Где они?
Жена выглядела чрезвычайно довольной собой.
— Мы с Сильвией были на приёме у знаменитого парижского косметолога. Она дала мне с-специальный крем для лица.
Её слова потрясли Себастьяна до глубины души.
— Ты же знаешь, как я любил твои веснушки.
— К лету они появятся снова.
— Это международное оскорбление. Я подам официальную жалобу в посольство. Может начаться война, Эви. — Он взял её лицо в ладони и осторожно наклонил под разными углами, кожа на нём была ровного кремового оттенка. — Посмотри, что они с тобой сделали, — проворчал Себастьян.
Голубые глаза Эви весело сверкнули.
— Возможно, парочка всё-таки осталась, — призналась она.
— Где?
— Позже можешь сам их поискать, — чопорно заявила она.
— Мне нужны доказательства. Покажи сейчас. — Он потянул её к обитому шезлонгу, Эви, сопротивляясь, захихикала.
— Не здесь! — воскликнула она и отвлекла его, прижавшись губами к его рту. После долгого, сладостного поцелуя Эви отстранилась и посмотрела Себастьяну в глаза. — Расскажи, что произошло, пока меня не было, — мягко попросила она. — Я решила вернуться на несколько дней пораньше, прочитав твоё последнее письмо. Мне показалось, что-то случилось.
— Я же так тщательно подбирал слова, чёрт возьми.
— Поэтому я и догадалась.
На его лице появилась печальная усмешка. Он притянул жену поближе и уткнулся носом в её волосы.
— Эви, — тихо проговорил он ей на ухо, — я нашёл его.
Кого Себастьян имел в виду, объяснять не требовалось. Эви посмотрела на него в изумлении.
— Точнее, — продолжил Себастьян, — он сам меня нашёл. Прожил здесь две недели и уехал сегодня, как раз перед вашим приездом. Не удивлюсь, если ваши кареты проехали мимо друг друга.
— Как чудесно! — лучезарно улыбаясь, воскликнула Эви. — Я так… — Она замолчала, на её лице появилось странное выражение. — Подожди. Его зовут Макрей?
— Да. — Себастьян вопросительно посмотрел на жену.
— Когда наш экипаж добрался до дома, — объяснила она, — мы увидели несущегося по подъездной аллее мужчину. Он подбежал к входной двери и исчез внутри. К тому моменту, как мы вошли в главный холл, его уже и след простыл. Но дворецкий сказал, что это твой гость — шотландский джентльмен по имени Макрей.
— Кир Макрей, — рассеянно проговорил Себастьян, обдумывая услышанное. — Должно быть, он вернулся. Полагаю, он отправился на поиски Меррит.
— Нашей Меррит? — пришла в замешательство Эви. — Она здесь? Откуда она знает мистера Макрея?
Себастьян улыбнулся.
— Нам многое предстоит обсудить, любимая. — Он намеренно потянул за концы кружевной шали, которая была заправлена в корсаж платья. — Но сначала, вернёмся к веснушкам…
Глава 27
Кир продолжал молча мерить комнату шагами.
— Прекрати, пожалуйста, расхаживать туда-сюда, — смущённо проговорила Меррит. — Давай присядем и поговорим…
— Не сейчас, у меня вся бирса стоит дыбом, — пробормотал Кир.
— Бирса?
— Типа жёсткого ворса дикого кабана, из которого делают щётки.
— А, щетина. Ты имеешь в виду, что ощетинился. Но… ты же не винишь меня за бесплодие, правда? — Она потрясённо на него уставилась. — Это несправедливо, Кир.
Он в гневе подскочил к Меррит и схватил за плечи, словно намереваясь её встряхнуть. Но сдержался. Кир открыл рот, собираясь что-то сказать, закрыл и попытался снова.
