стеной, так как вероятность сбора осадных машин со стороны континента была выше, чем если бы их тащили кораблями для осады города — атаки с моря всегда заканчивались обширными и кровавыми штурмами.
Стена доков упиралась в боковые форты, которые опирались на прибрежные скалы, а стена верхнего города изворачивалась полумесяцем и примыкала к укреплениям цитадели. Конечно, этот рубеж перестраивали каждые десять лет — город рос вширь, но это только разгоняло строительный сегмент в столице, обеспечивая обращаемость огромных денежных масс среди населения. Ведь за перенос стены всегда платили те, кому это было интересно, при минимальной поддержке казны.
Я вовсю готовился к походу во дворец — визит в гильдию воров было решено отложить на завтра. Со мной в комнате была Лу, беззастенчиво наблюдая за моими сборами. А чего она не видела? Кто-то же ухаживал за мной после ранения в бок, так что богиню я не стеснялся, хотя внутренне был немного напряжен.
— Как вообще, наша задумка с лото, помогает собрать паству? — решил я завести «светскую» беседу, чтобы молчание не было таким тяжелым.
— Знаешь, да, помогает. Я чувствую, как меня стали чаще упоминать и мои силы, которых меня лишила Матерь, возвращаются, — ответила богиня. — Смотри.
Богиня приняла сосредоточенный вид, и я почувствовал, как меня окатило знакомой волной покоя и умиротворения, хотя Лу сидела сейчас в другом конце комнаты. Раньше ей для такого фокуса требовалось прикоснуться ко мне.
— Ого. Неплохо, значит, мы на верном пути.
В ответ я получил согласный кивок.
Ну что же, отлично. Если даже простое упоминание Лу в городской молве в контексте персонажа азартной игры так повысило ее возможности, то моя сделка с королем закроет один из пунктов моего божественного задания.
— Значит, строительство храмов вырвет тебя из забвения, так? Надо будет найти жреца и мое задание будет окончено, да?
Лу задумалась, я продолжил одеваться. Было видно, что я поставил богине сложный вопрос, и сейчас она решала, что именно мне ответить. Так ничего и не дождавшись, я закончил собираться, подхватил подарок для короля и отправился на назначенную аудиенцию.
В зале, полном людей, было сложно дышать от духоты и запаха пота. О вентиляции тут не слышали, так что как только я нырнул в месиво пестро разодетых просителей, то в полной мере ощутил, что я — в средневековье. Нет, бани в столице были, а у аристократов — еще и большие купальни, высеченные в камне, но сейчас я был в обществе купцов, мелких дворян, мастеров и прочих жителей «среднего» пояса Пите. А эти люди зачастую банными процедурами пренебрегали, предпочитая тратить свое время на что-то более, по их мнению, полезное.
Стараясь дышать ртом и не слишком широко открывать глаза, я ждал своей очереди на аудиенцию.
Кай Фотен Первый сидел на высоком троне, который стоял на возвышении в самом конце зала. Приказчик громко называл имена тех, кто пойдет на поклон к монарху следующим. Как и ожидалось, промариновали мою тушку почти до самого конца — очевидно, рожей не вышел — так что после мелких аристократов и безземельных дворян, коих тут было неприлично много, последовали купцы, а только потом — простолюдины типа меня.
Когда подошла моя очередь, я постарался оправдать ожидания небольшой публики, состоявшей из десятка человек, что еще стояли в зале и ждали своей очереди, и подошел к подножью помоста, на котором стоял трон.
— Ваше Величество, — я согнул спину так, будто бы пытался сложиться вдвое, как и другие простолюдины до меня. — По Вашему и Вашей канцелярии приказанию, Антон Тинт прибыл.
Кай только дернул пальцем в сторону распорядителя, и тяжелую шкатулку которую я все это время продержал в руках, у меня мигом забрал один из гвардейцев. После проверки содержимого — вдруг там что оскорбительное или отравленный самострел, кто его знает — страж Его Величества передал подарок распорядителю, который уже и представил комплект лото под ясные очи монарха.
«И смотрит же так, будто говна в шкатулку положил вместо произведения искусства», — подумал я, удивляясь метаморфозе, которой подвергся молодой король на публике.
Ей богу, если бы не общался с ним с глазу на глаз, подумал бы, что он первостатейный тупой говнюк. А так — просто говнюк, но умный и изворотливый, с такими говнюками дружить бывает полезно.
— Что это? — царственно протянул Фотен, указывая взглядом на содержимое шкатулки.
— Согласно письму из канцелярии, меня вызвали, так как Ваше Величество проявили интерес касательно новой забавы, набирающей популярность в верхней части славного града Пите. Я, организатор этой забавы, взял на себя смелость придумать и заказать изготовление комплекта для самостоятельной игры в узком кругу, достойного Его Величества.
Дальше я как можно более витиевато описал содержимое коробки, указав, что подобный предмет был изготовлен в единственном экземпляре и более такого на всей Таллерии даже и близко нет.
«Че ж ты меня, скотина, в конец списка поставил? Такая бы реклама могла получиться», — нелестно думал я о короле и своем месте в очереди на поклон.
С другой стороны, слухи разлетятся и разговоры о новой игре в узком кругу пойдут быстро. Я не мог привлечь знать к своим массовым розыгрышам, но мог устроить им поставки игровых комплектов для подобного времяпрепровождения. Товар, конечно, штучный, но что мешает сделать его баснословно дорогим? А если кто-то будет делать сам — так высмеивать жлоба, что решил сэкономить и заказал «паленку». Как продвигать товар за счет чужих понтов я знал отлично.
Наконец-то аудиенция закончилась. Король сказал пару слов, что желает услышать об игре подробнее, после чего меня под завистливые взгляды оставшихся просителей препроводили в отдельное помещение, где меня уже ждал Орвист.
Одет он сейчас был как обычный горожанин, так что мог сойти за гвардейца, который не догулял свое увольнение и побыстрее вернулся к объекту своего обожания — монарху.
Посидели, помолчали.
— Ты ему все рассказал.
Мне даже не надо было спрашивать. Орвист думал настолько громко, что мне бы пришлось поднимать ментальные барьеры, чтобы оградиться от этого роя мыслей на тему того, что за мой вопрос с гильдией воров уже взялась королевская канцелярия. Вообще, в последнее время я
