заметил, что чтение мыслей дается мне все проще и проще. Видимо, дело было в росте способностей Лу из-за участившихся упоминаний и обращений к богине.
Виконт смутился, но быстро взял себя в руки, неприязненно посмотрел на меня, мол, я за ним подглядываю.
— Ты думаешь настолько громко, что хоть уши затыкай, — парировал я, заставляя смущаться уже гвардейца, — так что нечего на меня зыркать.
— Я говорил, что твой план — тупейшая тупость, — начал виконт, но я перебил его жестом.
Да знаю я, что тупость. Лу знатно присела мне на уши после того, как смогла отвлечься от Энжи и уловила мое состояние и мысли. Сначала она, конечно, позудела, потом прокатила по мне волну покоя, что отогнало захлестывающую меня ярость, ну а потом взялась в полный рост. Короче, аргументы богини были настолько убийственными, а тон — ледяным, что пришлось согласиться: никого я потрошить не буду. Потому что тупо. А не тупо — повесить эту гирю на шею короля, раз уж ему так нужен целый и невредимый менталист. И пусть его люди сторожат «стратегический» проект с играми лото вместе с работающими на нем бардами, раз уж на то пошло. Тем более, пока нет храмов, то и Фотен не может ничего предъявлять на тему моих аппетитов и запросов — пока король только молол языком да позвал меня во дворец, посулив морковку в виде персонального дворянства, которое мне сейчас — как собаке пятая лапа.
Через полчаса нас проводили в отдельный зал с накрытым столом — время было уже ближе к четырем, и мой желудок недвусмысленно намекал, что можно бы и поесть.
Буквально минут через пять в комнату вошел переодетый в «домашнее» Кай Фотен. На короле был простой голубой камзол — в цветах правящего рода — с едва заметной золотой вышивкой. Король жестом указал мне на стул, сам же опустился в массивное кресло. Орвист остался стоять чуть в стороне.
— Знаешь, прекрасный подарок, — беседа была приватная, так что молодой король сам наколол кусок прожаренной свинины на трехзубую серебряную вилку, и положил на тарелку.
Я дождался, когда монарх закончит, после чего повторил его действия: немного мяса, чуть потушенных овощей, плеснул из отдельного кувшина вина.
— Мне он стоил четыре «короля», Ваше Величество. Конечно он должен быть прекрасным, — не таясь назвал я Каю сумму.
Король только хмыкнул и, ловко орудуя ножом, отрезал себе кусок мяса, который сразу же отправил в рот. Я чувствовал, что Кай устал не меньше моего и сейчас просто наслаждался едой. Как здраво расценил монарх, скрываться от менталиста или своего верного гвардейца — как-то глупо, так что сейчас он с удовольствием поглощал хорошо прожаренное на углях мясо.
Я последовал его примеру и тоже, используя вилку и нож, стал разделывать свой кусок.
— Тебя обучали этикету? — король удивленно поднял бровь, наблюдая, как я аккуратно держу в руках столовые приборы, опустив локти со стола.
Я даже не нашелся, что ответить, потому что о моем реальном происхождении Фотену знать точно не обязательно.
— Знаете, с разными людьми приходилось в последние месяцы общаться, Ваше Величество. Пришлось быстро учиться, — выкрутился я, но Фотен, очевидно, мне не поверил.
Потому что слишком натурально и привычно получалось у меня правильно сидеть, аккуратно орудовать вилкой, не ставя локти на стол, держать в правой руке нож для мяса. Такое легкое поведение вбивается в человека годами. Это я прочитал в эмоциях короля, которые сейчас были достаточно сильны. Или это я стал чувствительнее?
«Ну-ну, пожил бы ты с моей маман, тоже бы в любой ситуации брал нож и вилку в нужную руку», — подумал я, отправляя в рот очередной кусок мяса.
Утолив первый голод, монарх пригласил к столу Орвиста. Гвардеец, коротко поклонившись, сел рядом со мной, и с предлагающего жеста монарха наполнил свой кубок. Пришло время доклада, точнее, моей публичной порки на тему плана с гильдией воров. Орвист же меня заложил и не поморщился, конечно король уже в курсе.
— Я знаю, о чем мы будем говорить, так что давайте к сути, а потом обсудим вопросы дворянства, — наигрубейше встрял я, обозначая, что тянуть незачем.
Фотен со смесью иронии и удивления повел бровью, после чего заговорил:
— Как верный слуга престола, виконт де Гранж…
— Сдал меня и мой план с потрохами в канцелярию Вашего Величества, — продолжил я за короля.
— Чем оказал вам большую услугу…
— И при этом загнал в серьезные долги перед престолом, — закончил я.
Фотен немного удивился, но быстро уловил ход моих мыслей.
— Ах, вот как вы на это смотрите, господин Тинт. Ну что вы, людям стоит доверять, — Кай Фотен горько усмехнулся, он-то никому толком верить не мог, — во всяком случае, доверять своему королю.
— Знаете, после обстоятельств знакомства с Гареном… Как-то тяжеловато, откровенно говоря.
— О, очень понимаю. Поэтому мое вмешательство сейчас, скажем так, ответный примирительный подарок, в качестве уплаты долга за… Подвал и, скажем, за эту прелестную шкатулку. Примите, господин менталист?
Глаза короля сверкнули, он ждал моего ответа и внимательно следил за реакцией.
— Ваше величество, вы слишком громко думаете, — сбил я спесь с короля, — я даже намеренно с трудом могу оградиться от вас.
Оп! Удар! Глаза короля сначала расширились от удивления, а потом сузились, но вдруг он резко успокоился, поток его мыслей на самом деле стал тише.
«Фига у клерийского монарха с выдержкой», — мысленно присвистнул я.
Мне для такого фокуса надо было приподнимать ментальные барьеры, которых Кай Фотен, очевидно, был лишен и иметь не мог. Но король был магом Льда — школы, которая требует серьезной концентрации.
Чем больше я узнавал от Лу о метафизике местной магии, тем больше убеждался, что законы физики тут такие же, как и в моем родном мире, ну или очень похожи.
Любая стихийная магия опиралась на два столпа: сила самого мага и, собственно, стихия. То есть магу воды или его подвидам для работы требовалась влага, магам воздуха — воздушное пространство, а магам земли — эта самая земля в прямой досягаемости. Так, ни один маг воды
