они только на растерянную Марту, которая не решилась сама пожарить им яичницу.
– Вы, я вижу, успели провести расследование.
– Поболтал с ребятами. Кстати, оба коммивояжера уже покинули город. Они остановились тут лишь проездом на выходные, услышав о целебных свойствах местного источника. Шериф их допросил и отпустил.
– Я сам первый раз вышел из отеля в начале девятого, но не застал никого внизу. Не обратил на это внимания, решив, что это обычная практика для «Прескотт Инн».
– Если мисс Прескотт собиралась приготовить постояльцу завтрак к половине девятого, она вряд ли пошла бы к источнику позже семи утра. Идти туда от гостинцы минут двадцать ее шагом, столько же обратно. И Клаудии нужно было время, чтобы пожарить яйца и блинчики, выдавить сок и заварить свежий кофе. Не думаю, что она стала бы задерживаться даже ради скандала с Джессопом, рискуя вызвать недовольство гостя. И, кстати, коронер говорит, что вначале мисс Прескотт ударили чем-то тяжелым по голове. Потом ее пнули в живот, так, что остались кровоподтеки. Наконец причиной смерти стало удушение.
– Удушение? Не утопление?
– Нет, коронер заявил это совершенно отчетливо. Хотя тело Клаудии Прескотт и было погружено в воду, все признаки явно указывают на удушение. Петехиальные разрывы, синяки вокруг шеи, повреждение гортани. И в легких не было воды. То есть, хотя ее и удерживали в ручье, горло сдавили так сильно, что у бедняжки не было возможности сделать вдох.
– Удушение было произведено руками?
– Нет, судя по следу, каким-то тонким шнуром. Но орудие убийства на этот раз не найдено. Шериф и его люди подумали вначале, что имеет место несчастный случай. Будто Клаудия каким-то образом скатилась в ручей, ударилась головой о камень и утонула. Но коронер сразу заявил, что травмы головы и живота не соответствуют случайному падению.
– Черт возьми, – Монти стукнул деревянной рукой о столешницу. – Избиение, удары ногами, а потом удушение. Похоже, мы имеем дело с одним modus operandi35. И вряд ли за убийством мисс Прескотт стоит какой-то чужак. Это житель Колдуотера.
Глава 36
– В городе более пяти тысяч жителей, – качая головой, заявил Хопи. – Как вычислить виновного? Впрочем, около половины из них мы можем сразу вычеркнуть. Все, кто работают на предприятиях Темблтона, выезжают из дома не позже половины восьмого. Можем даже исключить больше, например, тех, кто работает в Тринидаде. Лавки и магазины в центре тоже открываются рано, местечко, как вы заметили, достаточно пуританское.
– Тут как раз и может помочь старый Джессоп. Он мог что-то видеть. Ведь все, кто идут к источнику, проходят мимо его фермы и амбара.
– Джессоп как раз в последние годы не утруждает себя ранними вставаниями. Если только не перебрал с вечера и не проснулся, мучимый жаждой, которая заставила бы его потащиться пить воду из ручья. Ну или делать гадости у источника. Правда, никто так и не доказал, что это он. Может, дети так балуются, кто знает. Ничего не стоит им туда добежать по дороге в школу. Кстати, придется вас разочаровать. К источнику можно пройти не только по тропинке, но и тут через рощу. Сейчас я найду карту.
Хопи снова закопался в грудах макулатуры.
– Вот, смотрите. Здесь остался участок не вырубленного леса, который почти примыкает к черте города. Там тоже течет ручей, но местами он такой мелкий и узкий, что через него легко перебраться. А с этой стороны можно выйти к источнику.
– Это нам ни капли не помогает, – грустно вздохнул Монти. – Только доказывает, что мы имеем дело с местным жителем.
– Сам городок довольно небольшой, – отметил я, изучая карту.
– Это только центральная часть и порт. Много людей живут на собственных фермах в округе.
– А Темблтоны?
– Естественно, их особняка нет на карте. Видите, вот эту дорогу к югу? Она ведет к побережью, там такой выступающий в залив кусок суши, который напоминает полуостров. Его так и называют просто Мыс. Там имение Темблтонов. А с другой стороны дом Лиделофов.
– О, так они соседи?
– Богатеи отхватили себе самый живописный участок, чего вы хотели. Но с тех пор, как старуха отдала богу душу, Темблтон остался единственным обитателем Мыса. Ее наследники наезжают лишь изредка. Я слышал, они давно хотят продать дом и участок. Но желающих что-то не находится. Или они заломили слишком большую цену. Абель Темблтон тоже делал предложение. Но ему они ни за что не продадут.
– Почему?
– Какая-то давняя семейная вражда, – усмехнулся Хопи. – Вроде бы еще Амос Темблтон где-то надул с акциями покойного мужа Лавинии Лиделоф. А потом уже сам Абель купил у вдовы за бесценок кусок леса, который присоединил к своему бизнесу. С тех пор ни она, ни ее дети слышат не хотят имени Темблтона. Думаю, сыновья Лавинии были бы рады продать материнский особняк под строительство какого-то шумного отеля, чтобы Абелю небо показалось в овчинку. Но пока репутация Колдуотера не способствует развитию туризма, а Темблтон крепко держит городской совет в кармане.
– Умно.
– А что это за кривая улочка? – спросил Монти, забравший у меня карту. – Весь город построен как будто по линейке, а вот эта улица, проходящая недалеко от центра за церковным садом какой-то странной изогнутой формы? Еще и название такое – Салвэйшн Элли, аллея Спасения. Еще одно старинное предание? Или это как-то связано с высокой религиозностью горожан?
– А, здесь просто раньше протекал ручей. Город изначально строился вокруг него. Когда первые рыбаки, высадившиеся в Колдуотере в 1868 году, обнаружили в бухте источник пресной воды, они назвали речушку Салвэйшн Спринг. Но потом ручей стал пересыхать, и русло отвели подальше от города. А чтобы не перестраивать дома, ручей просто закопали, разравняли и насыпали дорогу, которую назвали Салвэйшн Элли. То есть ее вначале хотели назвать тупиком Спасения, видите, улица никуда не продолжается, там дальше пустошь и нет проезда к бухте. Но потом решили, что «тупик» звучит не слишком оптимистично в сочетании со «спасением», ни так, ни эдак. В итоге название просто сократили36.
Монти продолжал водить пальцем по карте. Я подозревал, что вскоре он начнет разбираться в географии Колдуотера намного лучше меня.
– В «Прескотт Инн» тоже есть карта города, – сказал я. – Надеюсь, что отель не закрылся из-за смерти владелицы, и Марта сможет выделить нам пару номеров. Нам стоит продумать, что делать дальше.
– Вы можете остановиться у меня, – гостеприимно предложил Хопи.
Я не представлял себе, что творится в остальных комнатах дома старого журналиста, но не стремился это выяснить. Мы с
