древнерусских женщин. Рукопись XIV века отмечает: «Мокоши не явно [тайно] молятся, да… призывая идоломолиц-баб, то же творят не токмо худые люди, но и богатых мужей жены»[504].
Описаний тайных ритуалов в поучениях, естественно, нет – лишь некоторые намеки, зато какие! «И Мокошь чтут, и ручной блуд весьма почитают»[505]. Эхо намеков на неприличное поведение почитательниц Мокоши сохранилось до сих пор. Например, в подмосковных говорах «гулящую» женщину называют мокосья[506]. В Череповецкой губернии Мокоша, «принявъ видъ нечистаго духа женскаго пола», живет «въ каждой избе в “куте”»[507]. Древнерусское «мокшить» – значит «колдовать», а «мокоша», «мокуша» – «ворожащая женщина», «знахарка»[508].
Некоторые ученые предполагают, что Мокошь и есть Мать Сыра Земля. А после принятия христианства она слилась со святой Параскевой Пятницей.
Но главное: Мокошь тоже меняла пол, как и Перун. Во всяком случае исследователи XVIII–XIX веков, ссылаясь на церковные поучения XV–XVII веков, утверждают: Мокош (Могош), Макеш, Могошъ – это бог, мужчина. То же отмечает в своем словаре Владимир Даль:
Макеш, Мокош муж. недоброе русское (мордовское?), языческое божество, о котором память осталась в пословице: Бог не макеш, чем-нибудь да потешит[509].
Мокош есть и у других славянских народов: например, у чехов божество влаги мужского рода – Mokos; ему молились и приносили жертвы во время засухи[510].
Мы уже отмечали, что исследователи находят своеобразный «змеиный след» в культах Перуна и Велеса. Но оказывается, что и матушка Мокошь причастна к таинственной расе богов-змей. В Тверской области были обнаружены предания о летающем огненном уже, огневом змее, которого называют Мокуш (Мокаш). Показательно, что похожим образом зовут летающего дракона (змея) и литовцы – smakas[511].
Бабья вера
В 40-х годах XIX века уже упомянутый филолог Измаил Срезневский писал:
О богинях славянских имеем различные свидетельства, начиная с VI века. О нимфах, обожаемых славянами, упоминает Прокопий. У Масуди читаем, что против главного идола, находившегося в одном из храмов славянских, стоял другой, изображавший деву. Ибн Фадлан упоминает о женах и дочерях русского бога. Титмар говорит в одном месте своей хроники о богине Лютичей, а в другом об изображениях богинь в храме Ретрском[512].
И далее приводил имена славянских богинь – в основном, как мы уже отмечали, по германским источникам и относящихся к полабско-балтийским славянам.
А что же Русь? Странная ситуация складывается в древнерусском язычестве: документы, написанные в более близкий к языческому времени период, почти совсем не упоминают богинь. Исключение, пожалуй, только таинственные роженицы, «берегыни» да не менее таинственная Артемида, которой якобы поклонялись наши предки. Мокошь, как мы узнали, часто воспринимали как бога, а не богиню. А вот полабский бог Триглав благодаря зарубежным и отечественным исследователям стал «Тригла или Триглава», причем «богиня Славенская, истуканъ ее имелъ три лица, и была она то же, что “Зевана”»[513].
Вообще стараниями деятелей XV–XIX веков общеславянский пантеон (на деле несуществовавший) обогатился огромным количеством богинь[514]. В него были включены не только полабско-балтийские божества из германских источников, но и чешские «богини» из фальсифицированных глоссов Вацерада[515]. Можно ли в таких условиях попытаться восстановить женскую часть древней веры?
Мать всего сущего
Между католической и православной церковью много отличий, но главное для нас сейчас то, что католики почитают Деву Марию именно как Деву, Мадонну, а православные видят в ней прежде всего Матерь Божью, Богоматерь, Богородицу, Заступницу.
Мать в русском сознании – величайшая святыня, которую нельзя свергнуть, поэтому в образе Богородицы сохранились черты древних женских божеств-матерей. Об этом свидетельствует отношение прежде всего женщин к иконам с ее изображением. Каждая икона воспринимается как отдельная божественная сущность. Крестьяне часто обращались к священникам с просьбой отслужить молебен «трем Божьим матушкам: Скорбящей, Казанской и Боголюбовской»[516].
Византийская икона XIII века.
The Metropolitan Museum of Art
В Касимовском уезде Рязанской губернии в начале ХХ века была записана «бабья молитва», где перечисляются месточтимые иконы как отдельные Богородицы:
Матушка Пресвятая Богородица гырацкая (городская – Касимовская), Пятцкая (с. Пет), Лымавская (с. Лом), Тамбовская, Казанская, Рязанская, Перьинская (с. Перво), Шоснинская (с. Шостье), Битьинская (с. Бетино), съединитесь, сыберитесь, утишитя все скорбя и болезни[517].
Рассказывают в рязанских селах и такую быличку:
Собралась баба на ярмарку – огурцы продавать. Зашла перед этим в церковь, помолилась Божьим Матушкам: Владимирской, Елецкой, Скорбящинской, Федоровской, даже Домостроительнице помолилась, чтоб торговля спорилась. Свечки поставила. А муж ее торопит – быстрее да быстрее. Ругается. Ну а ей еще осталось Казанской помолиться да свечку поставить. А мужик пуще ярится. Что ж делать, оставила все, поехали. Только за околицу – тут страшенная туча налезла, буря поднялась, гроза, дождь с градом, лошадь испугалась – и телегу в канаву опрокинула. Сидят баба с мужиком в канаве под дождем, огурцы в грязи тонут. А тут идет по дороге женщина высокая, вроде как даже знакомая. Подошла:
– Что, Кланька, пожадничала свечку-то?
Тут Кланька поняла, что это сама Казанская Божья Мать осерчала на нее[518].
В русском народном православии Богородица вообще – покровительница женщин, рожениц, защитница от бед. Считается, что у русского народа Богородица воспринималась не только как Матерь Божия, но и как всеобщая мать, и в этом отношении, считают ученые, ее образ сливается с образом Матери Сырой Земли. Однако в этнографических материалах – и прежде всего в духовных стихах – постоянно упоминаются три матери человека: Божья, Матерь Сыра Земля и та, что в муках родила. Скорее всего, функции и образы Божьей Матери и Матери Сырой Земли все-таки не совпадали, хотя между ними и женщиной-матерью есть явное сродство. Различия же между двумя образами в том, что Богородица больше занимается душами человеческими, а Мать Сыра Земля кормит, то есть заботится о телесной сущности, о жизни человека и страдает от деятельности людей.
Богородица предстает как защитница и заступница грешного рода перед Богом. Она приходит к умирающим, особенно к праведникам:
…Сойдет с небес Пресвятая Богородица,
Возьмет душу на руцы,
Вознесет в Царствие Небесное…[519]
Часто она воспринимается как владычица этого Царствия. На молитвы, обращенные к Богу, отвечает она, как, например, в вариантах стиха об Алексее:
О раб Мой, Божий человече!
За чем ты ко Мне, Мой раб, приходишь,
Какой милости у Меня просишь?[520]
И по большому счету она всеобщая мать – мать богов и людей[521]. Уже знакомые нам предания о сотворении мира братьями Богом и Сатаниилом не просто подразумевают наличие у них матери – они прямо говорят
