в вопросах управления кланом, разберемся уже на ходу, когда придет время – к счастью, отец наш еще вполне здоров, – пожал плечами я. – Но одно могу сказать точно: я сделаю все, чтобы в ближайшие пять лет наш клан стал известен не только в столице, но и во всей стране. В этом ты угадала, сейчас я провинциал, но планы у меня самые амбициозные. И ты должна учитывать, что те, кому придется потесниться из-за роста моего клана, сидеть сложа руки не станут. Будет очень опасно!
– Сказанного вполне достаточно! – сказала Джоан нервно, и я понимал, почему она нервничает. Она, лицо королевской крови, набивается в мой клан, а я ее всячески сдерживаю. – Я желаю стать частью твоего клана!
Но все же спешить я тоже не мог – не все еще было сказано.
– Я могу принять тебя, это честь для меня и моего клана! – сказал я. – Но есть одно важное условие!
– Адские демоны, да я на все готова! – с досадой сказала Джоан, перебив меня. – Мои деньги, мое поместье около столицы, мои старинные книги – я войду в клан не побирушкой, а внесу все свои активы!
– На твои активы я никак не претендую, все же ты однажды выйдешь замуж, и тебе нужно приданое, – покачал головой я. – Нет, я просто хотел попросить ни слова не говорить твоему отцу о вступлении в мой клан до тех пор, пока я не разрешу тебе. У меня есть для этого очень серьезные основания.
– Только и всего-то? – облегченно выдохнула Джоан. – Конечно, я согласна! Диктуй слова клятвы!
Я покачал головой, наткнувшись на такой энтузиазм, но деваться было некуда – и я принялся диктовать:
– Я, Джоан, дочь герцога Картана, прошу принять меня в клан Горуса, сына Яниса. Обязуюсь не предавать клан и подчинять свои интересы интересам клана, делать все, чтобы прославить клан! Пусть мою клятву скрепят боги этого мира!
Джоан встала со стула, как и я, и принялась повторять за мной слово в слово. Когда она закончила, я тоже принес клятву:
– Я, Эйсон, сын Горуса, от лица отца клянусь защищать интересы Джоан, дочери герцога Картана, как члена нашего клана, принять в клан ее мужа и найти ему достойное дело в клане. Пусть мою клятву скрепят боги этого мира!
Все, с этого момента мы стали членами одного клана. Джоан сияла, как солнце в погожий день, я все еще был озадачен. Еще больше я обалдел, когда она сразу после принесения мной клятвы бросилась обнимать меня со словами:
– Ну все, теперь ты от меня никуда не денешься!
Правда, объятия были совсем не такими, как у Зейлы, – меня так обнимала Эрли.
– Какие будут указания, мастер? – вытянулась она передо мной, дурашливо отдавая честь. – Что я сегодня могу сделать для моего клана?
– Ну, думаю, для начала нужно сегодня вечером, сразу после занятий, встретиться здесь с Эрли, Корнелом и Тивадаром и рассказать им, что в нашем клане пополнение! Прикажи кормилице накрыть на стол – будем праздновать это важное событие!
– Есть, мастер, будет сделано! – снова вытянулась в струнку девушка. Ей это шло – грудь выпирала сильнее, и солдат из нее получался очень задорный. И, кстати, я вспомнил то, что меня давно уже интересовало:
– А покажи-ка мне, соклановец, как ты выглядишь не под действием этого артефакта, что меняет твою внешность!
– Ну вот, опять! – охнула Джоан. – Откуда ты знаешь про артефакт? Мне его король подарил, и об этом знает всего несколько десятков человек из высшего общества!
– Не только из него, – покачал я головой. Джоан, как многие молодые аристократы, забывала о том, что на любом королевском приеме короля окружает, помимо высокопоставленных аристократов, еще множество людей – слуги, охрана и чиновники. Хотя интересно, Аргелио был на этом приеме как член Королевского корпуса стражей или как влиятельный граф?
Из-за моей просьбы девушка застеснялась, аж покраснела! Впервые видел ее такой, и даже испугался – мало ли, у нее проблемы с внешним видом, а я наступил на больную мозоль! Но тут же она сказала:
– Ладно, подожди тогда здесь, не могу же я принять настоящий вид в этом страшном платье!
И после этих слов резво ускакала на второй этаж, оставив меня внизу.
Я что-то разнервничался от всего произошедшего: Джоан – девушка, конечно, взбалмошная! Так что налил себе сока из графина и взял булочку поаппетитнее. Потом еще одну, потому что Джоан так и не появилась. После третьей забеспокоился и крикнул:
– С тобой там все в порядке? А то скоро уже третья пара, так и опоздаем!
– Сейчас! – крикнула Джоан.
И таки через две минуты действительно появилась. Сначала на винтовой лестнице появились ножки – значительно длиннее и более рельефные, чем прежде, затем красивые, очень аппетитной формы бедра и тонкая талия, затем высокая грудь, которая так и просилась в руки, а затем я увидел и лицо. Серость кожи куда-то пропала, как и прежние диспропорции, – лицо выглядело идеально, с таким смело можно идти в королевский дворец на бал. И его прекрасно оттеняли черные волосы, ставшие из безжизненных наполненными силой и энергией.
– Адские демоны! – только и сказал я. – Да ты красотка! Даже можно сказать – красотка из красоток!
– А разве ты много видел страшненьких графинь в семнадцать лет? – Джоан не преминула трезво проанализировать мое эмоциональное высказывание, вместо того чтобы порадоваться моему искреннему восторгу.
– Эх, даже жаль, что тебе нужно снова превращаться! – неподдельно опечалился я, и Джоан покраснела. Ну надо же! Не совсем она и заучка, и ей приятно, когда хвалят ее внешность!
Но часы неумолимо тикали, и Джоан поспешно убежала наверх, снова превращаться в скромную зубрилу.
Из башни мы выбирались шустро, слишком много времени занимают все эти превращения и переодевания, а до учебного корпуса вообще бежали. Опаздывать на лекцию к профессору Лофтику категорически не хотелось. Уж он найдет способ пресечь опоздания со стороны нерадивых студентов новыми экзотическими способами! На прошлой неделе, к примеру, две опоздавших болтушки были отправлены мыть клетки за монстрами в местный зоопарк. Вернулись они прямо на следующую пару, чтобы не опоздать и на нее, и несло от них так, что все поспешно разбежались по другим рядам, – одежда пропиталась специфическими запахами. Эрли потом сказала, что они так и не смогли ее отстирать, пришлось выбросить. Фух, успели в самый последний момент!
Вечером мы пригласили моих родственников к Джоан, как и договаривались. Стол был празднично накрыт, интриги я не раскрывал до конца, несмотря на множество вопросов любопытной Эрли. Со всей своей энергией она пыталась понять, в чем причина нашего неожиданного собрания. Последний из вопросов был задан громким шепотом, так, что услышали абсолютно все, уже когда мы садились за роскошно накрытый стол:
– Так это точно не объявление о вашей помолвке?
Глаза Джоан изумленно распахнулись, и она зарделась, а Тивадар, который в этот момент садился, чуть не промахнулся мимо стула. Корнел, к счастью, уже сидел за столом, но к несчастью, в нарушение всякого этикета, уже налил себе вина и пригубил его, когда это услышал. Так что он просто подавился. Пока мы его спасали, стуча по спине, эффект от слов Эрли немного спал, и не дав ей озвучить очередную гипотезу, я поспешно сказал:
– Джоан сегодня решила войти в наш клан! Это мы и отмечаем, больше ничего!
Ну, братья думали, что удивились в прошлый раз, но в этот раз пришлось удивляться по-настоящему. Эрли тоже замерла, так и не успев сесть. Мертвую тишину поспешила нарушить сама Джоан:
– Так что я очень рада, ведь вы все теперь будете мне почти родственниками, учитывая, что весь мой род в вашем, ой, нашем клане – это всего лишь я сама! Всегда мечтала о братьях и сестрах!
Мы до этого обсуждали, стоит ли Джоан показываться в своем настоящем облике. Мне было все равно – сказал, пусть делает, как сама захочет. Она решила, что
