и понял, что такой путь не ведет к истине, которую он ищет. Тогда он и нашел уединенное место на берегу реки в местности Гая. Сев под дерево, он дал себе слово не сходить с этого места, пока не разгадает тайну жизни и смерти. Он погрузился в созерцание. И только после этого перед его внутренним взором прошли и его прошлая, настоящая и будущая жизни, и жизни всех живых существ. Потом ему и открылась высшая истина – Дхарма. С этого момента он и стал Буддхой. Вернее сказать, стал Буддой. Это означает осененный истиной, просветленный знанием, уразумевший истину. Дерево, под которым он сидел, называют деревом Бодхи, что значит дерево просветления. Тогда ему было уже тридцать пять лет. Недалеко от города Бенарес он произнес свою первую проповедь. После этого он странствовал и по другим городам. У него появились ученики. Они и стали звать его Буддой. Со временем их стало много, и они стали создавать Сангхи, общины. Почти сорок пять лет он делал это. А умер он в местечке Кушинагар, когда ему было уже восемьдесят лет. Он жил странно и также странно покинул этот мир. Однажды, находясь со своими учениками в гостях у бедного кузнеца по имени Чунда, он вдруг заметил, что тот собирается угощать их несвежим мясом и, не желая, чтобы его спутники пострадали от такой пищи, попросил хозяина дома отдать всю еду ему. Чунда так и сделал. Съев мясо, он отравился и скончался. Вот так и прожил Шакьямуни. Знаешь, что означает прозвище Шакьямуни? Отшельник из племени шакьев. Ты не устала слушать?
– Нет, что ты, Радха! Это так интересно! Ты так хорошо рассказываешь! Говори еще. Прошу тебя, – восторженно смотря ему в глаза, нежно погладив его по щеке, попросила Мира.
– Ну хорошо. Слушай дальше. Уже немного осталось. Так вот, Будда чаще всего говорил о двух главных крайностях, которые мешают людям встать на путь спасения. Первая из них – это жизнь, погруженная в желания, связанные с мирскими наслаждениями. Он считал, что это жизнь низкая, темная, заурядная, не благая и бесполезная. Вторая – это жизнь, проведенная в самоистязании. Он считал, что и эта жизнь не благая и бесполезная. Он говорил, что во время просветления он постиг срединный путь, путь, способствующий пониманию, ведущий к умиротворению, к высшему знанию, к просветлению, к нирване, что означает освобождение. Когда он умер, его тело было сожжено на погребальном костре, а его прах был разделен между восемью последователями его учения. Они все предали земле его прах в разных местах. Над этими местами были воздвигнуты ступы, надгробия. Его смерть все считают паринирваной, великой нирваной, а значит великим освобождением. А еще поговаривают, что один из его учеников вытащил из погребального костра его зуб, и теперь он находится в храме города Канди на острове Шри-Ланка. Вот это все, что я знаю о Будде, о Гуатаме, о Сиддхартхе, о Шакьямуни, – Радха замолчал, о чем-то задумавшись.
– Какая удивительная жизнь. Даже не верится. Он ведь мог стать царем после своего отца. У него была семья. Был сын. А он взял и все это отверг ради постижения истины. Странно все это как-то. Мне, наверное, никогда не понять всего этого. Как он мог увидеть жизнь всех живых существ? – смотря на звезды, тихо произнесла Мира.
– Говорят, что он перерождался пятьсот пятьдесят раз. Я не помню, в кого и сколько раз, но помню, что пятьдесят восемь раз он был царем и тринадцать раз торговцем. Рождение в семье царя было его последним рождением. Знаешь, что означает имя Сиддхартха? Тот, кто достиг цели, – Радха вновь замолчал и тоже посмотрел на звезды.
– А от чего он освободился? Я не очень поняла, – взглянув ему в лицо, вдруг спросила Мира.
– Он считал, что жизнь – это зло, а жить значит страдать. Поэтому, как он учил, каждый должен стремиться к тому, чтобы после смерти не возрождаться в другом живом существе, поскольку это означало бы новую жизнь, а значит, и новые страдания. Вот. Нирвана – это состояние, при котором сам человек и есть поступок. А поступок в свою очередь является следствием желания. Значит, как учил Будда, путь к нирване – это уничтожение всякого желания, отказ от мира и всех привязанностей к жизни. Вот он и освободился от зла, а значит, от жизни, и вместе с ней от страданий и всяких желаний. Кстати, день его смерти считается днем возникновения буддизма. Может, я в его учениях чего-то не понял, но мне кажется, что суть их в этом, – Радха ответил на вопрос и завершил свой рассказ о Будде.
– Как ты все это помнишь и понимаешь? Я слушала тебя и старалась все запомнить, но в голове все запуталось. Ты не обижайся на меня, но я не смогу все это пересказать, если ты вдруг спросишь меня, – виновато улыбаясь, Мира погладила его по руке, которую держала в своих ладонях все это время.
– Не переживай. Это всего лишь рассказ. Хорошо, что ты попросила меня сделать это. Я ведь давно не вспоминал о нем. Когда рассказываешь о чем-то кому-то, то невольно проверяешь свою память. Это полезно. А тебе, Мира, если ты сама хочешь, нужно запомнить только одно. То, что Будда тринадцать раз перерождался в торговца, а наши с тобой деды и отцы тоже торговцы, – Радха рассмеялся.
– Да, вот это я запомнила. Потому что мне это понравилось больше всего, – Мира тоже залилась задорным смехом.
– Какая ты у меня все-таки смешная! – Радха повернулся к ней, посмотрел ей в глаза и прижал ее к себе.
– А ты у меня самый умный и самый-самый добрый на всем свете, – Мира ласково обвила его шею руками и крепко прильнула к нему, прижавшись щекой к его щеке.
Почувствовав ее упругое и жаркое тело, понюхав ее волосы, от которых исходил тонкий аромат, Радха тут же ощутил сильное желание обладать ею и, порывисто вскочив на ноги, легко, словно пушинку, подкинув ее на руки, очень быстро зашагал в сторону дома.
– Не спеши так, Радха. Не торопись же. Упадешь ведь, – тихо смеясь, Мира шептала ему в самое ухо.
* * *
– Самые удобные караванные дороги к селевкидам идут через Боланский проход на Арахосию и через Хайберский в долину реки Кабул. Но эти два пути гораздо южнее. На северо-западе от нас расположены горные цепи Гиндукуша. На севере великие и неприступные Гималаи. На юге тоже горы. Они тянутся до берегов Аравийского
