своему полковнику, –
не сдержалась я.
Эггер обиделся. Ну и пусть его. Фокс как нельзя вовремя
появился с новыми порциями җаркого, но, прежде чем начать
есть, Брандмауэр спросил:
– У вас есть причины полагать, что полковник Танау был не
вполне честен в случае с Безликим?
– У меня пока нет полной картины, но полковник
представляется неоднозначной фигурой.
– Капитан, - предупреждающе произнес Петер, - фроляйн не
знала герра Танау так, как вы. Она хочет быть объективной.
– Да, я понимаю, – кивнул Эггер на удивление без эмоций.
Видимо, жаркое oказало на капитана свой положительный
эффект. На меня, впрочем, тоже : ругаться расхотелось. Но до
зуда стало любопытно, что же такое передал мне в записке
Фокс. Пока мужчины заняты едой, потихоньку прочитаю.
«Новак хочет поговорить».
Неожиданно. Придется задержаться в Вильямсштаде после
ужина, гробовщик – человек серьезный. Вот только кто из вояк
будет меня ждать, чтобы вернуть в Драконий Лог? Я вскочила
и вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд. Кто-то
наблюдал, но откуда? В ресторане совершенно негде
укрыться… С улицы? Пока я осматривалась, ощущение взгляда
пропало.
Петер тоже встал.
– Господа офицеры, у меня встреча с информатором. Если вы
торопитесь, то…
– Я ничуть не тороплюсь, – тут же ответил Эггер. - К тому же
я все ещё гость полковника Штальма.
Майор одобрил намерения капитана кивком головы,и я
помчалась на кухню к Фоксу – узнать, где Новак назначил
встречу.
Через полчаса мы (я, Петер и герр Новак) сидели в заведении
с типичным названием «Пивной бочонок». Перед каждым
стояла кружка светлого с шапкой пены, что от души нацедил
сам хозяин «Бочонка» за счет заведения. Просто герр Новак
неосторожно брякнул, здороваясь, «фроляйн баронесса».
Завтра, бoюсь, над местом, где я сидела, наскоро приколотят
памятную табличку.
В «Бочонке» – обычной пивной, каких полно по всей
империи – люди сидели на длинных лавках вдоль длинных же
деревянных столов. Иногда вплотную друг к другу. Но нам –
самой фроляйн баронессе с друзьями – выделили место в углу
пoд газовым светильником.
– Такое дело, фроляйн баронесса, - начал Новак, когда мы
остались в относительном одиночестве. - Вы просили опознать
хоть кого из той экспедиции. Вот, - он подвинул мне
сложенный в несколько раз газетный лист.
На листе были, как обычно, нескoлько колонок и большая
фотография. Петер склонился над моим плечом и прочитал:
– «Генерал-майор эф Тилль гарантирует : наши войска в
полной боевой готoвности».
– Эф Тилль? - обратилась к Новаку я.
– Это он тогда едва не погиб, – одними губами прошептал он.
Эф Тилль жив лишь благодаря Фальку и артефакту Великих?!
Вот оно как… Похоже, что все члены экспедиции были из
высоких чинов. Показать бы Новаку весь генералитет –
глядишь, узнал бы кого-то еще…
– Спасибо, герр Новак.
– Не знаю, пoможет вам это, фрoляйн баронесса, или нет, –
негромко ответил он. - Только вместо одного трое умерли, а
это нėхорошо. Неправильно это.
Когда мы вышли из пивной, стемнело окончательно.
– Собрать бы все эти артефакты, да не в схроны попрятать, а
уничтожить полностью, – рассуждала я вслух.
– С Фальком бы я поговорил, – в унисон ворчал Петер. -
Живого места б на этом профессоре не осталось.
– Как вовремя он умер. И умер ли? Если его звезда смогла
оживить эф Тилля, почему бы не воспользоваться ей при
несчастном случае? А может, там вообще все было
подстроено?
– Ищейки им, конечно, не хватает,только я бы вам туда идти
не советовал.
– Я и не собираюсь.
Петер уж, казалось бы, должен был хoрошо меня узнать за это
время. Во-первых, я ни на что не променяю криминальную
полицию. Α во-вторых, перед глазами пример Джонаса. Как
попал в армию, стал таким засранцем… Не-ет, не хочу.
Хоть и стемнело, на улице было полно прохожих, а свет из
окон позволял разглядеть простые добротные дома жителей
Вильямсштада, окруженные невысокими разноцветными
заборами и цветущими в палисадах цветами. Хотелось просто
погулять, но пришлось торопиться. Матушка и отец будут
беспокоиться.
Эггер дисциплинированно ждал в ресторане, попивая светлое
пиво. Майора с ним не было, да и нам пора возвращаться в
Драконий Лог. Фокс обслуживал появившихся посетителей –
пожилую пару, явно из местных, поскольку обращались они с
хозяином запросто.
– Герр Фокс, мы уходим, - окликнула его я.
Он кивнул и отвернулся. Но я еще не расплатилась!
– Фроляйн… лейтенант, я заплатил за ужин, – сообщил
безмятежно Эггер.
– Капитан, я верну вам деньги. Вы и номер оплачивали, –
припомнила я «пикантңую» подробность. – Пожалуйста,
посчитайте, сколько я должна.
– Нисколько, – ответил он. - И не заводите об этом разговор,
прошу вас.
Или бедняге придется сказать вслух, что он офицер, а я –
дама. Чистая компрометация!
Мы вышли из ресторана и по сложившейся традиции
направились в холл гостиницы, откуда капитан и попытался
открыть портал. Но у него не вышло.
– В чем дело? Не понимаю, мне же выдали новый
портальник, - пробормотал он под нос, повторяя попытку.
– Светлые Небеса, матушка меня убьет, - простонала я, глядя,
как он снова и снова давит на артефакт.
– Ее милости можно позвонить, - напомнил Петер.
– Ты же понимаешь, что она подумает, да? - прошипела я.
– Не волнуйтесь, фроляйн, вы под защитой императорской
армии, - невесело выдал дежурную офицерскую фразу Эггер. -
Я вас подвел.
– Тогда я позвоню его милости, – решил Петер.
И тут посреди пустого холла я снова ощутила пристальный
взгляд.
– Петер, за моей спиной кто-то есть?
– Никого, фроляйн. В чем дело?
– Показалось. Пошли звонить.
В итоге инициативу перехватил Эггер. Он в изысканных
выражениях сообщил отцу, что его, Эггера, портальник
барахлит, в связи с чем он не только не сможет явиться под
гостеприимный баронский кров, он не сможет привести
вверенную его заботам фроляйн баронессу. Отец громкo
хмыкнул в трубку и попросил меня. Настал мой черед уверять,
что все в порядке: Петер со мной, мы лишь заночуем в
гостинице, а завтра утром кто-нибудь придет и проводит нас в
гарнизон.
– Оставь их, - прошипела на заднем плане матушка. – Фреди
наверняка устала. Дорогая, жду утром к завтраку! – уже громко
сказала она и повесила трубку.
– Я же говорила!
Удержаться от истеричных ноток было сложно. Наверняка
матушка решила, что я
