специальная пляжная одежда на верёвочках, состоящая из чашек для груди и коротких трусиков. Остальное напоказ, чтобы радовать глаз. Откровенность купальника определяет характер девушки.
Мужчины синхронно вобрали побольше воздуха в легкие. Их взгляды плотоядно засветились.
Кажется, они захотели на Землю.
Я еле сдержалась, чтобы не прыснуть со смеху. Ох уж эти мужчины! Сами вогнали в жесткие рамки местных девушек, и теперь удивляются.
— Марго, милая, не стоит такое обсуждать за столом со свободными мужчинами, — попытался сгладить пикантный диалог Лау и рукой приобнял за плечи. — Тебя могут неправильно понять.
— Не беспокойтесь, Ваше Высочество, — с заметно помутневшим взглядом ответил инквизитор. — Мы не позволим себе двусмысленные намеки в сторону вашей фаворитки.
— Я не фаворитка, — прошипела в ответ, с вызовом уставившись на инквизитора.
— Вот как, — улыбнулся симпатичный блондин, удивленно задрав бровь. — Но раз невеста кронпринца уже сидит на своем месте, тогда кто же вы?
Как выяснилось, никто. И оно к лучшему.
Не хочу принца. Не хочу жить во дворце. Не хочу вообще тут находиться.
— Она моя возлюбленная, Гидеон, — Лау развернул мое лицо к себе и без спроса прилюдно впился в губы.
Гидеон одобрительно хмыкнул, а Шарлотта повторно ткнула в бок кронпринца.
Это все показуха, не иначе.
Разве сделал бы кронпринц так, не окажись рядом конкурентов? Так бы и разговаривал со своей «невестой» под предлогом этикета.
Но на людях я не стала закатывать истерику или выяснять отношения. И спокойно дождалась окончания теперь уже противного поцелуя.
— Я хочу есть, — заявила всем сидящим рядом и полностью погрузилась вниманием в принесенное содержимое на тарелках.
Глава 28
Рафаэл Оттобэль Браул
Как только король объявил о начале танцев, он, по традиции, первым направился в центр зала со своей королевой. Фаворитка короля проводила пару завистливым взглядом.
Как только пара закружилась в танце, со своих мест поднялись многие подуставшие гости. Они тоже желали поскорее размяться. Поэтому в ожидании косятся на Его Величество. Ведь присоединиться к танцу могут только после него. Кронпринц заметил эту напряженную паузу и виновато посмотрел на Маргариту.
Кажется, он не сказал ей ничего про принятые нормы и традиции правящей династии. Печально. Но я догадывался, что так оно и будет.
Как по мне, ради дорогого человека можно наплевать на высосанные из пальца нормы. Тем более, если видишь, что это сильно обижает.
— Дай угадаю, — поняла Маргарита намерения кронпринца раньше, чем он успел открыть рот. — Этикет обязывает тебя первый танец подарить не мне?
Кронпринц глубоко вздыхает, что только подтверждает ее догадки.
— Почему ты сразу не сказал, что меня здесь ждет? — потеряла терпение Маргарита.
— Ты бы тогда не пошла, — пожимает плечами кронпринц, словно происходящее обыденное дело. — Но я подумал, что к середине вечера ты успокоишься и поймешь меня. До тех пор, пока Шарлотта в статусе моей невесты, я обязан уделять ей первостепенное внимание. Таковы правила для дворцового люда. Не я их придумал.
Не он их придумал, но соблюдать будет всегда. И Шарлотта с ним останется навсегда.
Надеюсь, Маргарита не купится на его обещания быть у него единственной. Такому не суждено сбыться.
— Делай, как считаешь нужным, — махнула рукой девушка.
Я с интересом жду ответной реакции кронпринца. Маргарита тоже.
Мальтерлау замешкался. Но ненадолго.
В итоге он встал и, взяв довольную Шарлотту под локоть, направился к центру зала. Король одарил эту пару одобрительным взглядом, после чего едва заметно усмехнулся, посмотрев в сторону Маргариты.
Она это заметила, но особого значения не придала. Девушка устало откинулась спиной на стул и двумя руками потерла виски.
— Наверное, неприятно видеть дорогого человека в чужой компании и при этом оставаться бессильным, — не удерживаюсь от комментария. — Я вас понимаю. Сам подобное прочувствовал.
— Вы? — в сердцах удивился инквизитор, выпучив на меня глаза. — Человек, которого три раза звали на должность верховного инквизитора, склонен к ревности и любви?
— Ничто людское мне не чуждо. Не понимаю, почему все вокруг считают меня таким зверем.
— Потому что еще ни одна академия не отличалась такой высокой дисциплиной и успеваемостью, — отвечает Гидеон. — Даже сейчас, только скажите королю, что вы готовы стать инквизитором, он быстро сместит меня с должности.
— Я уже устал повторять, что не соглашусь на эту должность.
— Помню. Ваше призвание в обучении молодежи. Их наказывать вам куда интереснее. Слышал, они вас боятся даже больше, чем меня, — хохотнул инквизитор, но резко смолк, посмотрев в сторону Маргариты.
Я повернулся следом. Из носа девушки медленно закапала кровь.
— Боже, донна Маргарита, что с вами? — ужаснулся Гидеон.
— Не стоит беспокоиться по этому поводу, дан Гидеон, — скомканно произносит девушка и зажимает нос белым платком.
А я знаю, что с ней.
У Маргариты снова ломка. Странно, ведь сколько раз приходилось заставать ее с кронпринцем. Особенно последний впечатался в памяти. Когда Мальтерлау стоял голый посередине комнаты в лечебном крыле.
Но тогда почему у нее ломка? Может у них разладились отношения и давно ничего не было?
Я отставил бокал в сторону и серьезно посмотрел на эту очаровательную девушку.
— Вам нужно на свежий воздух, донна Маргарита. Позвольте, я вас провожу.
— Тогда я непременно иду с вами, — вмешивается Гидеон и первым встает из-за стола, чтобы поскорее первым подать Маргарите руку.
Инквизитор даром время не теряет. Особенно, если дело касается привлекательных девушек.
Это он еще не в курсе, что перед ним настоящий суккуб, по праву бесподобный в сексуальных утехах.
Пугает меня то, что Гидеону не отказывают. Уж не знаю, внутренний шарм это или магия, но он всегда добиваться той девушки, какую захочет. И Марго, как назло, сейчас посматривает на него с долей женского интереса.
Эх, оставить бы инквизитора сидеть здесь от греха подальше. Жаль, что я не имею право это сделать.
— Как пожелаете, — миролюбиво реагирую я, а сам с недовольством сверлю руку Гидеона на Маргарите.
Втроем мы покинули наполненный музыкой зал и вышли в сад. Вокруг мгновенно стало тише. И дышать стало проще.
— Ой! — вскрикнула Марго, едва подняла свой взгляд к небу. — Уже смеркается. И ведь никто не предупредил, что уже так поздно. Как нам теперь добираться до академии?
— Разве вы не знали, что все приглашенные
