Значит, вспомнила?
— К сожалению, — не стала отрицать. — Вы намеренно сняли блок с моей памяти. Зачем вы это сделали?
— Потому что вы запали мне в душу, Маргарита. Я постоянно думаю о вас. Никогда прежде мои мысли так плотно не занимал один человек.
— А как же Ксеньяна?
— Вы тогда не дали мне договорить. Ксеньяна давно обозначила, что никаких взаимных чувств быть не может. Я не сторонник свободных отношений, но всё-таки согласился. Затем Ксеньяна перестала приходить. Я узнал, что она просто ушла к другому. На этом всё кончилось. Мы уже четыре месяца не встречались. Так что в момент, когда я был с вами, меня правда с ней ничего уже не связывало. То, что Ксеньяна устроила в кабинете, удивило меня не меньше, чем вас.
— Почему тогда вы не сказали это сразу? Почему сейчас?
— А разве вы меня выслушали? Маргарита, я никогда прежде не испытывал подобных чувств. И мне сложно про это говорить. От меня не дождешься романтичных, берущих за душу, речей. И я не превращусь по щелчку пальцев в нежного мужчину как кронпринц. Я далек от этого, — не без усилия выдавил из себя ректор. — Но мои действия должны говорить за себя. Разве вы не заметили, что я в любой ситуации прихожу к вам на помощь? Что я всегда рядом? Думаете, такое отношение полагается каждому адепту?
— Я не знаю, что вам на это ответить, дан Рафаэл, — смутилась его признанию. — Я уже с Лау.
— Чем вас так зацепил кронпринц? Что в нем лучше? — взбаламутился ректор. — Его влияние? Деньги? Власть?
— Ничего из этого. Он просто надежный, спокойный и обходительный. И с первого дня со мной искренен и откровенен.
— Марго, — впервые за долгое время назвал меня ректор сокращенным именем. — Кого вы этим обманываете? Разве ваш суккуб согласен на вычурную нежность? И на вечно спокойную обстановку?
Я обиженно закусила губу. Откуда он знает, что меня выводит из себя чрезмерная нежность со стороны Лау?
Да, мне хочет страсти и огня. Мне хочется больше эмоциональности. Но ведь это можно побороть. Или нет?
— Молчите? — усмехнулся Рафаэл. — Сами вдумайтесь, нас снова притянуло. Хотя на вашей памяти стоял мощный блок. Так что мы подходим друг к другу, хотите вы это признать или нет. Я вас так просто не отпущу. Не теперь, когда я лично во всем убедился.
— Вы не просто тиран. Вы самоуверенный деспот!
— Пусть так, — согласился Рафаэл и вновь приблизился к моему лицу, обдавая горячим дыханием. — Есть ли у меня шанс, Марго?
— Мне нужно обо всем этом подумать, — отвернулась раньше, чем он успел добраться до моих губ. — Я не хочу давать надежды одновременно двум мужчинам. Это неправильно. Может я и суккуб в душе, но честь имею.
Суккуб внутри горестно взвыл. Лично суккуб не против от наличия сразу двух мужчин. И подал сигналы ломки.
Если вдуматься, то всякий раз ломка начинается после общения с ректором.
— В таком случае жду от вас ответа завтра во дворце. Уверен, вы туда идете со своим кронпринцем, — скривился ректор на последнем слове. — Но вы еще даже не догадываетесь, что на самом деле представляет из себя кронпринц.
Глава 27
Суккубовская ломка сыграла свою роль. Так что во дворец я нарядилась не просто обворожительно, а сексуально. В ход пошло самое дорогостоящее платье, купленное на Земле. Черное винтажное кружево с телесными вставками, создающее впечатление, что грудь едва прикрыта. Приталенная ткань струится до пола. Глубокий разрез на бедре оставляет место фантазиям.
Плюс высокие каблуки, распущенные волосы и роскошное ожерелье. Я даже сняла защитный браслет, подаренный Лау, и единственное золотое колечко, чтобы придать образу лаконичности.
Алетта помогла застегнуть молнию на спине и подкрасить глаза. А после наказала доложить всё самое интересное, чем поделятся в высшем обществе.
Довольная собой, она ушла по своим делам, прихватив Перса, чтобы кот не скучал в одиночестве.
Даже догадываюсь, в какой комнате ее ждут «дела».
— Ох… — только и вырвалось у Лау, едва он зашел за мной.
Я восприняла его шок за комплимент. Честно признаться, он и сам выглядит исключительно. Длинный белый камзол перетянут поясом с настоящим золотом. Из-под камзола видны дорогие манжеты. На плечах бархатный плащ цвета алой крови.
— Выглядишь как самый настоящий принц, — улыбнулась ему в попытке вывести из оцепенения.
— А твой наряд сегодня покорит многих мужчин. Мне нужно быть предельно внимательным, чтобы тебя не выкрали, — шутит Лау, но с неясным напряжением в голосе. — А если честно, я прежде не видел подобного образа. В следующий раз заранее позабочусь о платье по нашей местной моде.
— Тебе не нравится?
Я ведь выложила за это платье недурную сумму! И сидит оно изумительно. Его словно по мне сшили.
— Твой образ на грани приличия и пристойности.
— Спасибо, это называется сексуальность. И всё тут прилично, раз ничего компрометирующего не видно.
Я уперла руки в бока и недовольно уставилась на кронпринца. Лау понял, что назревает конфликт. Поэтому быстренько свернул поднятую тему и повел меня к заказанному экипажу.
Тем не менее, я всю дорогу до столицы дулась и смотрела в окно.
— Приехали, дорогая моя, — подал голос Лау в завершении поездки.
Он вышел первым и галантно подал мне руку.
Мы оказались у громоздких ворот, ведущих к белоснежному дворцу. Всё вокруг усыпано яркими цветами и фонтанами. И пока любовалась, не сразу заметила ожидающую нас служанку.
— Прошу за мной, Ваше Высочество, — вышла она вперед, едва на нее обратили внимание.
Быстрым шагом девушка направилась ко дворцу.
Она привела нас в большой гостевой зал, усеянный роскошными статуями и позолоченными лепнинами на стенах. Внутри расположен огромный круглый стол с небольшим пьедесталом для короля, столы для гостей на уровень ниже и балкон для живой музыки. Всё остальное пространство отведено для танцев.
— Сын мой, рад видеть тебя, — подошел крепкий мужчина с увесистой короной на голове в сопровождении семьи.
Внешность Лау и его отца крайне схожа. Отличие лишь в возрасте и взгляде. И этот королевский взгляд, в упор направленный на меня, не предвещает хорошего.
— Ваше Величество, — поклонился кронпринц отцу, — разрешите представить мою девушку, донна Маргарита Войкова. Землянка.
Я
