— Я люблю тебя и всегда буду с тобой. Теперь ты никогда не почувствуешь себя одинокой.
Ее охватила радостная дрожь, настолько потрясли ее слова Маршалла. Она отдавала ему себя с таким самозабвением, что он не мог не ответить ей тем же.
Когда Рени проснулась, Маршалл давно уехал, и постель там, где он лежал, уже успела остыть. Он уходил бесшумно, боясь побеспокоить ее. Рени потянулась и стала оглядывать комнату. Сразу видно, здесь жил холостяк: шкафчик, письменный стол, на стенах только книги и ружья.
Так ему было удобно. Интересно, что думала об этом Элизабет? Дорри говорила, она не была счастлива. Странно, ведь она находилась рядом с человеком, которого любила. Выбросив Элизабет из головы, Рени встала и нашла в шкафу вещи для верховой езды. Оделась, подняла волосы вверх, завязала лентой и пошла на кухню завтракать.
Луиза как раз упаковывала ленч для пикника.
— Доброе утро, — сказала она.
— Доброе утро, Луиза. Давно уехали мужчины?
— Да. Скоро, наверное, вернутся. Пэки и мистер Маршалл выехали с рассветом. — Она поставила перед Рени чашку горячего чая и печенье.
Рени поблагодарила ее, отпивая глоток.
— Что-нибудь еще?
— Нет, не сейчас. Судя по такому большому свертку, приготовленному для пикника, боюсь, вообще не останется места для ужина.
— Желаю хорошо провести время. Так славно, что мистер Маршалл опять счастлив.
— А что же раньше?
— Нет, мисс Рени, он давно не был так счастлив, как теперь.
— Постараюсь, чтобы это состояние продлилось как можно дольше.
— Вот и хорошо, — обрадовалась Луиза.
Рени заставила себя сдержаться и не задавать больше никаких вопросов. Вскоре они услышали стук копыт перед домом.
— Вернулись! — Рени выбежала навстречу.
Маршалл уже вошел в дом.
— Доброе утро! — Она нежно поцеловала мужа.
— Давно встала? — Они, обнявшись, поднимались наверх.
— Примерно полчаса назад. Спасибо, что дал мне подольше поспать. Мне так этого не хватало.
Серьезное лицо Рени удивило Маршалла, и он еще крепче прижал ее к себе.
— Луиза уже приготовила нам ленч.
— Отлично. Я проголодался как волк, он-то мне и поможет не умереть.
Они вошли в спальню. Маршалл возле умывальника снял рубашку.
— Поедем, как только умоюсь.
— Чудесно. Сейчас принесу чистую рубашку. — Открыв шкаф, Рени спросила: — Что же вы выяснили?
— Мы шли за ними следом на север вплоть до оврага, пока не потеряли их из виду.
Рени подала ему рубашку.
— Думаешь, мы будем в безопасности?
— Надеюсь. Это уединенное место. Мало кто знает о нем. Если кто-то и подойдет, мы услышим.
— Здорово!
— Пойдем!
Это было его любимое место в Сидархилле. Тихое, на берегу кристально чистой речки с песчаным дном. Постелив одеяло на зеленом склоне, Рени оглядела окрестности. Маршалл подошел сзади и обнял за плечи.
— Самое уютное место. — Он откинул ее волосы в сторону и потерся носом о шею. — Ты видела водопад?
— Нет, а где?
Он приблизился к берегу и показал вверх по течению. Рени смогла разглядеть маленький водопадик примерно в пятидесяти метрах.
— Какая красота! — воскликнула она.
— Там можно и купаться.
— Верх блаженства!
Они вернулись и сели на одеяло.
— С тобой любое место покажется раем, — сказал он, обнимая ее.
— А вы романтик, мистер Уэстлейк. Мне что, надо сопротивляться ?
— Нет. — Он начал расстегивать пуговицы на ее блузке.
— Маршалл, прямо здесь?
— Почему бы и нет? Я специально выбрал это тихое место. — Он продолжал раздевать ее. — Распусти волосы. Для меня, пожалуйста.
Рени вынула ленточку, и пышные пряди упали на плечи. Маршалл сдернул блузку и посмотрел на нее.
— Я хочу любить тебя вот так, при солнечном свете. — Он дотронулся рукой до ее волос. — Какая ты красивая!
Она улыбнулась.
— Чудесное тихое место.
— Ты слишком не расслабляйся, а то, чего доброго, заснешь на мне.
— И не подумаю. Я все утро ждала тебя, и теперь, когда ты рядом, не собираюсь терять время попусту. — Она притянула его к себе, и его рубаха коснулась ее нежных сосков. — Ты возбуждаешь меня.
— Как ты думаешь, а что чувствую я? — Маршалл поцеловал ее в шею.
— Полагаю, то же самое, — ответила она ласково.
Маршалл освободил ее от юбки и прижался к ней, но одежда мешала ему насладиться сполна.
— Я сейчас разденусь.
Рени скользнула под него. Ей нравилось чувствовать его готовность к любви. Маршалл улыбался и губами медленно ласкал ее тело.
— Мне нравится это место все больше и больше, — сказала она.
Их губы разомкнулись, и она помогла ему раздеться.
— Может быть, даже больше, чем кабинет.
— Думаю, нам не придется выбирать. В январе здесь бывает очень холодно.
Она страстно прижала его к себе.
— Я могу согреть тебя.
Он осыпал ее поцелуями, и вот они уже слились в единое целое, и он выпустил в нее живительное семя.
Они молча лежали рядом. Да и не нужно было никаких слов. Маршалл смотрел на жену влюбленными глазами. Щеки ее пылали, спутанные волосы разметались во все стороны.
Маршалл закрыл глаза.
— Отдохнем еще немного.
— Вставай, я хочу есть! — сказала она решительно и стала распаковывать еду, приготовленную для них Луизой.
Заметив, что сидит совершенно голая среди леса, Рени потянулась за блузкой, но Маршалл схватил ее за руку.
— Не надо. Ты мне нравишься в таком виде, — попросил он.
— А если кто-нибудь увидит?
— Не волнуйся, если что, мы услышим шаги.
— Хорошо, — неохотно согласилась она и, оглянувшись по сторонам, пошла раскладывать еду.
— Выпьешь вина?
— Луиза все предусмотрела. — Он приподнялся на локте и взял у Рени бокал.
— Ты действительно не голоден? Я вовсе не желаю, чтобы ты умер с голоду.
— Боже правый, у меня скоро не останется никаких сил после наших игрищ.
— Тогда подкрепись как следует. Мне бы не хотелось иметь слабого мужа.
Они хорошенько поели, сдобрив трапезу вином, и наслаждались покоем.
— Теперь полежи немного, — предложил он, когда с едой было покончено.
— С удовольствием. Я так объелась.
— Не похоже. — Маршалл положил руку ей на бедро и притянул к себе.
Она для приличия чуть-чуть посопротивлялась, а затем сдалась, уютно устроившись у него на плече.
— Из тебя получается удобная подушка. Я хотела сказать тебе об этом раньше.
— Ты можешь поспать на мне в любой момент, как только пожелаешь.
— Спасибо, — прошептала Рени, закрывая глаза. — Ловлю тебя на слове.
— Вот и прекрасно. — И Маршалл тоже закрыл глаза.
— Они выехали одни и направились к югу от дома.
— Ты уверен?
