А в записке Элент извиняется потому, что он был согласен с той аристократкой и намекнул мне, что я… хм… девушка легкого поведения.
Я старалась изложить эту историю так, как будто не произошло ничего значительного, всего лишь недопонимание. Только когда Баво опять начал звереть, до меня дошло, что в последней части рассказа допущена здоро-овая такая ошибка.
– Он тебя домогался? – прорычал принц.
– Да нет же, нет! – в легкой панике я огляделась и уперла ему ладонь в грудь, пытаясь подтолкнуть к креслу. – Ты вообще лучше присядь…
Он ни на волосок с места не сдвинулся. У меня возникло ощущение, что я пытаюсь толкнуть гору.
– Тогда что – Элент называл тебя шлюхой? – продолжил рычал Баво.
«Фьёрт меня побери…» – мысленно поморщилась я и уже вслух призналась:
– Да не обзывался он, успокойся. Он считает меня обычной пустоголовой вертихвосткой, которая ищет выгоду, соблазняя мужчин, и беспокоится, что я задурю тебе голову. А я брякнула, что у меня нет других заколок. Он еще меня со своей сестрой познакомил, и мы вместе думали, какую заколку мне подобрать, чтобы не опозориться сегодня на ужине. Леди Илэйн беспокоилась и предлагала свои украшения. Наверное, это она и прислала, а Элент вложил записку.
Напряженные плечи Баво расслабились. Я сразу перестала чувствовать себя так, как будто стою рядом со скалой. Вдобавок готовой вот-вот на меня обрушиться…
Еще несколько мгновений принц хмуро меня разглядывал, но наконец-то успокоился и сел в кресло. Сам взял одну из чашек и налил уже остывшего чая.
– Я же просил предупредить меня, если тебе что-то понадобится или тебя кто-то обидит, – сухо произнес он.
– Вот я тебя и предупреждаю. Тебя не было во дворце, да и не хотелось тебя тревожить из-за таких мелочей, как заколки.
– В следующий раз уж будь так мила, потревожь, – Баво бросил на меня косой взгляд. – А то не успели объявить о нашей помолвке, а ко мне уже бегут сломя голову жаловаться, что моя невеста уединяется с моим лучшим другом.
Глава 18.2
– Кто это был? Этот человек явно не добра тебе желает.
– Неважно, – отмахнулся он.
– Важно! – я села рядом с тоже налила себе чая. – Слушай, не понимаю, почему тебе плевать на то, что тебя пытаются убить и что о тебе говорят остальные, но допустим, это черта твоего характера и с этим уже ничего не поделаешь. Но ты же будущий король, нельзя такие вещи оставлять без внимания. Не можешь заняться сам – найди другого, кто будет этим заниматься.
– Фьёртовы копыта, ты как мои родители, – Баво с тяжелым вздохом откинулся на спинку кресла и махом, словно чарку вина, опрокинул в себя содержимое чашки. – И кому ты предлагаешь заняться этим… я даже не знаю чем. Следить за моей репутацией? Выслушивать все сплетни?
– В Ханассе эту работу выполняет начальник тайной стражи.
– А еще в Ханассе есть рабство, – он вытянул ноги и сложил на груди руки. – В Греладе так не заведено и никогда заведено не будет.
Разговор заходил куда-то не туда. Я тряхнула головой. Зря я вообще вспомнила Ханассу – это же туда сбежали обе его первые невесты.
– Рабство здесь ни при чем. Если не хочешь нанимать человека, который будет о тебе беспокоиться, позволь твоим друзьям этим заняться. Например, мне.
– Тебе, – медленно и очень выразительно произнес Баво.
Я гордо вскинула подбородок.
– Я твоя невеста или нет? Кто еще о тебе должен волноваться?
Он не ответил. Не знал, видимо. А может, дар речи потерял от моей наглости.
– В общем, слушай, – я отодвинула чашки и уперлась локтями в стол, приблизив лицо к Баво. – Если ты не даешь мне выполнить обещание Церестину и проследить за тем, как ты выполняешь ритуал, позволь хоть как-то тебе помочь. Ты, например, помнишь девушку по имени Шайла Видлен, которую к тебе подсылала мать? У нее появился любовник по имени Арлан Цереш…
– Знаю я уже о Цереше, – неожиданно выдал он.
Теперь пришел мой через опешить.
– И ты ничего не делаешь?
– Ты хочешь, чтобы я каждого встречного-поперечного казнил по первому подозрению? – принц приподнял бровь.
– Так найди того, кто отыщет доказательства его виновности! – воскликнула я.
Он покачал головой.
– Искали уже. Ничего не нашли. Если получится поймать его с поличным – это другое дело. Если доказательств не будет, а я с ним что-нибудь сделаю, меня обвинят в том, что я избавляюсь от соперника из-за зависти или обиды. Цереша быстро превратят в мученика, меня обзовут угнетателем – и здравствуй, мятеж. Пока этот пес лает – он всего лишь лающий пес. Понимаешь?
Я кивнула.
– Так тебе, выходит, вовсе не плевать на то, что происходит вокруг.
– Ну почему, – Баво усмехнулся. – Плевать по большей части. Но о некоторых вещах мне зудят прямо уши так часто, что поневоле задумаешься.
Он помолчал.
– А ты, значит, не флиртовала с Элентом, а искала убийцу.
– Вроде того, – я вернула ему такую же усмешку. – Если не поженимся, буду просить тебя о посте начальника тайной стражи.
– Учитывая, что ты вызнала о Цереше за полдня, только-только приехав в другой город, еще и имея всего пару слуг в помощниках, пост уже у тебя в кармане, – пробормотал Баво. Он с непонятным выражением качнул головой и поднялся. – Проклятье, Нэри. Как у тебя так получается, что я прихожу к тебе с чем-то одним, а в итоге забываю об этом и ухожу с совсем другими мыслями и настроением?
– Ты меня тоже постоянно удивляешь, поверь, – улыбнулась я.
Баво вдруг скривился, и улыбка слетела с моих губ, а руки похолодели от страха.
– Тебе плохо? – подскочила я. – В чае был яд?!
На лице принца все еще отражалось страдание, но он засмеялся через боль.
– Спину защемило.
Я возмущенно запыхтела – ну зачем меня так пугать! – и подошла к Баво поближе.
– Дай посмотрю.
Он увернулся с поразительной ловкостью для человека с больной спиной.
– Не надо. Само пройдет.
Но я уже стояла рядом и пристально его оглядывала.
Когда принц вскочил, камзол распахнулся, и стало видно, что вся рубашка под
