– Ты и я, нас ведь тянет друг к другу.
– Это был просто поцелуй, ничего более.
– Кассандра…
В его устах ее имя прозвучало нежно и одновременно с укором:
– Ты же знаешь это не так, и все же пытаешься этому противиться.
Она вздрогнула и прибегла к единственному остававшемуся у нее аргументу – долгу:
– У меня есть обязанности, ответственность.
И чувства, о Боже, чувства настолько сильные, что она боялась, что они собьют ее с пути, которым ей следует идти, чтобы спасти Акору. Чувства… они росли с каждым ее вздохом.
– Ты ведь не помолвлена.
Он что, расспрашивал кого-то о ней? Она была удивлена, и в то же время ей было весьма приятно это услышать. И все же она не могла допустить, чтобы эти искушающие, коварные ощущения завладели ею.
– Ты никогда не задумывался, может быть, в том, что между нами произошло, виновен ты, а не я?
– Нет, – честно признался он, весьма удивленный.
– То, что я видела… не имеет никакого значения. Дороги будущего неизвестны нам. В данный момент значение имеет лишь жизнь Атрея.
Она подсознательно ждала от него обычных слов поддержки, но ведь это был Ройс, лорд Хоук, и ей не следовало об этом забывать.
– Конечно, выздоровление Атрея имеет огромное значение, однако нельзя ставить его превыше всего. Выживет он или умрет, Акора должна быть спасена.
– Ты англичанин и говоришь это?
Его глаза вспыхнули. Она увидела в них всю гордость и силу мужчины, передававшуюся из поколения в поколение.
– Англичанин еще не синоним слова «враг», что бы ты там ни видела и во что бы ты ни верила. Позволь напомнить тебе, Атридис, ты тоже наполовину англичанка.
Да, он прав. Она сама была частью той алой твари, которую она видела, пришедшей с огнем и смертью. И она очень любила своего отца, англичанина.
– Пойдем, – сказал Ройс и протянул ей руку, – твои родители будут рады, если ты к ним присоединишься.
Она пошла вместе с ним, крепко прижавшись и ощущая тепло его тела, и вновь стояла у постели брата, слушая тихие разговоры и разделяя бездонные страхи родных. Она опустилась на колени, чтобы помолиться, и поднялась полная решимости.
Атрей может выжить, а может умереть.
Но Акора будет спасена.
– Созовите совет, – приказала она. Она знала, что нужно сделать.
В воздухе витал запах ладана. Кассандра видела, как дым тонкими струйками поднимался в вечернее небо. В огромном дворе было очень тихо. Несмотря на то что здесь, в единственном достаточно просторном для этого месте, собрались тысячи людей, не было слышно даже шепота.
Молитвы подходили к концу. Вскоре тела унесут, и все разойдутся. В городе было тихо и спокойно. Аресты бунтарей происходили очень быстро. Марселлус заверил ее, что все подозреваемые к ночи будут в тюрьме, прежде чем люди попробуют самостоятельно что-то предпринять. По крайней мере удастся избежать самосуда.
Она посмотрела в ту сторону, где стояла ее мать. Федра валилась с ног от усталости, однако держалась очень собранно. Она не покидала сына с того самого момента, как его принесли во дворец. Джоанна была рядом с ней. Она встретилась с Кассандрой глазами, взгляд ее был омрачен тревогой. Они, конечно, не говорили об этом, но обе мечтали, чтобы здесь был Алекс, однако он в этот момент находился далеко. Ройс стоял чуть позади Кассандры. Она его не видела, но знала, что он там, и это придавало ей сил.
Священник и жрицы почти закончили. С последними словами молитвы о надежде, о покаянии, о вечной жизни ударили в гонг. Эхо, порожденное этим звуком, было мягким, но довольно продолжительным.
Ритуал подошел к концу. Кассандра подождала, пока почетные караулы подняли всех погибших и друг за другом прошли сквозь молчаливую толпу на улицу. Некоторых отнесут на холмы позади Илиуса. Оттуда умершие отправятся на небеса. Других – на корабли, ожидавшие в гавани; им тоже предстояло скорое путешествие по небесной дороге, по которой каждому суждено пройти.
Когда вынесли последние тела, Кассандра повернулась и пошла обратно во дворец. Под защитой прохладных, дававших тень стен она почувствовала некоторое облегчение. Она слегка опустила плечи, но помнила о том, что ей нельзя было показывать свою усталость. За ней по-прежнему наблюдало слишком много глаз.
Пришли советники, всего их было пятеро. Обычно в совет входило шесть человек, но после прошлогоднего предательства и исчезновения Дейлоса Атрей не хотел его заменять. Из пяти трое были преданными людьми. Кассандра знала, что на них можно положиться и выработать правильное решение. Они были потрясены случившимся, но хотели помочь ей всем, чем могли. С остальными двумя дело обстояло сложнее.
В этот момент Меллинос поймал ее взгляд и горестно склонил голову. Ему было почти шестьдесят лет, он был весьма озабочен своей внешностью и считал себя хранителем акорских добродетелей и традиций. Хотя он и не высказывался открыто против намерения Атрея провести реформы, но при каждом удобном случае делал замечания.
Еще был Троицус, очень осторожный и подверженный влиянию обстоятельств человек. Он был моложе Меллиноса, но выглядел старше своих лет из-за обвисшего подбородка и вечно нахмуренных бровей. В прошлом году Дейлос и одна из дочерей Троицуса хотели пожениться, но из этого так ничего и не вышло, и Троицус, несомненно, был этому очень рад. Ни его, ни Меллиноса не смогли ни в чем уличить, как Дейлоса, однако это совсем не означало, что взгляды их изменились.
Могла ли она доверять им обоим? Когда несколькими днями раньше она встретилась с советниками и заявила о своем намерении взять на себя обязанности брата до его выздоровления, никто не возражал. Однако в истории Акоры такого еще не случалось. Уже один этот факт мог настроить против нее Меллиноса. Что же касается Троицуса, она просто не могла представить, что он мог выкинуть.
Один из них или оба могут предать ее. Это, впрочем, вполне ее устраивало.
Покушение на жизнь Атрея оказалось неудачным, не только потому, что он выжил, но и потому, что она заняла чёткую позицию между изменниками и хаосом, который они пытались создать. Сделав это открыто и официально, она сама стала мишенью.
И чтобы достичь своей цели, заговорщикам придется раскрыть карты.
Она не смогла предвидеть опасность, угрожавшую Атрею, а вместе с ним и всей Акоре. Но теперь она не допустит ошибки. Кто бы ни были эти предатели, она выманит их из укрытия и покарает.
В этом она была абсолютно уверена.
Однако чтобы добиться успеха, необходимо сделать так, чтобы ни один другой человек из ее ближайшего окружения не смог разгадать ее намерения. К этим людям относилась Джоанна и ее родители, ведь по вполне понятным причинам они бы страшно испугались за нее. Но в первую очередь это касалось Ройса. С ним было труднее всего. Его сила могла бы ей очень помочь, но ведь он так много подмечал, сразу все понимал!
