Эйтан, зло сверкая глазами, двинулся вперёд, оттолкнув с дороги второе «летающее» кресло. Несчастный предмет меблировки врезался в стенку и, тихонько загудев, упал на пол, однако Змей даже не обратил внимание на такую мелочь. Он остановился напротив меня и тихо проговорил низким, холодным голосом:
— Итак, я не буду сейчас разбирать, какая ты идиотка. Только один вопрос: ты понимаешь, что едва не умерла?
— Да, Ваше Высочество, — отозвалась я негромко.
— Отлично. Ну и ради чего, позволь узнать?
Я внимательно посмотрела на него и твёрдо сказала:
— Простите, что доставила Вам неприятности — я не хотела. Мне казалось, что лихорадка придёт ночью, но в этот раз процесс проходил очень быстро: может быть, из-за синяков и ослабленного организма. Простите, что Вам пришлось возиться со мной.
Кажется, мои слова только разозлили принца ещё больше, но тон его был неестественно спокойным, когда он проговорил:
— Отвечай на заданный вопрос. Зачем? И не делай вид, будто не понимаешь, о чём я.
Отпираться дальше было бессмысленно, потому я пожала плечами и спокойно признала:
— Чтобы почувствовать себя живой.
Ярость схлынула с его лица, оставив там странное выражение — не понять.
— И ты считаешь, что одно мгновение может стоить здоровья, а то и жизни?
Я только улыбнулась:
— Бывают мгновения, которые стоят всего. Встретить закат, возможно, последний в жизни, вместе с человеком, который может стать Императором, но все равно смеётся с тобою вместе; под чужим обличьем, под открытым солнцем, не пряча лицо за плащом, глядя на огни Тальи… Оно того стоит, мой принц. Однозначно.
Стало тихо. Губы Эйтана изогнулись в странной усмешке, острой и понимающей. Не говоря ни слова, он медленно шагнул вперёд, и я вдруг очень остро почувствовала темноту, плещущуюся вокруг нас. Маленькие фонарики, парящие под потолком, неспособны были полностью разогнать её, бросая на лицо и одежду принца странные отсветы. Его наряд тихо шелестел, когда, не говоря ни слова, Змей шёл вперёд, не сводя с меня глаз. Остановившись за моим креслом, он вдруг положил руки мне на плечи и медленно, осторожно провёл пальцами от обнаженной ключицы вверх по шее, вызвав в моём теле странную дрожь. Я вдруг как-то очень остро ощутила его запах, резкий и терпкий; дыхание участилось, а сердце накрыло болезненное, безнадёжное осознание: я бы отдала все на свете, чтобы провести с ним несколько ночей, стать ненадолго не муэти, а обычной, желанной женщиной…
Он резко убрал руки, развернулся и направился к выходу. Уже на пороге Наследник обернулся и тихо заметил:
— Чтобы чувствовать себя живой, не обязательно смотреть в глаза смерти, девочка. Есть другие способы; чуть позже я их тебе покажу. Пока — отдыхай.
Дверь захлопнулась, оставив меня в одиночестве. Впрочем, это не тяготило: у меня появилось достаточно пищи для размышлений.
Глава 13 Купальни Ящерицы
Люди, не имеющие недостатков, имеют очень мало достоинств.
А. Линкольн
Утро пришло ко мне вместе с привлекательной юной прислужницей, принесшей завтрак. Божественный аромат рыбы киту, спелых фруктов и пряного чая наполнил комнату, настраивая на миролюбивый лад. Вежливо поблагодарив девушку, я уточнила:
— Скажите, а где поселили моего спутника? Могу я с ним повидаться?
Прислужница слегка поклонилась, выражая уважение к гостье, и спокойно ответила:
— Он в другом крыле, Госпожа, в мужском гостевом покое; к сожалению, сейчас встретиться с ним Вы не сможете: он ушел.
— Куда? — задала я глупейший из возможных вопросов просто для того, чтобы не молчать; новость, разумеется, произвела на меня впечатление.
— Я не знаю, Госпожа, — вполне предсказуемо отозвалась девушка, быстро расставляя приборы на низеньком сервировочном столике, — Но Господин строго запретил куда-либо Вас выпускать, поскольку Вы не оправились после болезни. Потому, если Вам что-либо понадобится, звоните в колокольчик: я постараюсь удовлетворить любое Ваше желание.
— Благодарю, — выдавила я вымученную улыбку, изо всех сил стараясь не расплакаться.
Разумеется, он ушёл без меня! Зачем ему ненадёжный человек, способный в угоду прихоти в любой момент поставить все под угрозу? Осознание сделанной глупости навалилось на плечи тяжёлым хомутом, придавливая к полу.
Я металась по богато обставленной комнате, как загнанный зверь, не находя себе места, и до крови кусала губы: бездействие вкупе с неизвестностью всегда доводили меня до белого каления. Как назло, под рукой не было книги или музыкального кристалла, чтобы отвлечься; привлечённые тишиной просторной комнаты, назойливые мысли, словно мухи, кружились в голове.
Разумеется, стоило бы внять доброму совету юной прислужницы, данному на прощание, и отдохнуть, но, к сожалению, в тот момент психика моя не была на это способна. В голове, заглушая все остальные мысли, бился глупый вопрос: «А что, если он не вернётся?!»
Мои метания прервал стук в дверь. Неимоверным усилием воли натянув на лицо доброжелательную улыбку, я негромко предложила нежданному гостю войти.
В комнату проскользнула миниатюрная девочка-служанка, но не та, что приносила завтрак: наряд вошедшей был более откровенным и ярким. Не поднимая на меня глаз, она предельно вежливо сообщила, что пэри Эстатра ожидает меня.
Признаюсь честно, подобного поворота событий я не ожидала. Что бы Сиятельной ни было нужно, ничего хорошего ждать не приходилось. Медленно кивнув гостье, я последовала за ней по паутинному переплетению переходов особняка. Амулет, подаренный принцем, успокаивающе потеплел: как бы там ни было, а магией на меня никто повлиять не мог… Оставалось только выслушать то, что пэри могла мне сказать.
Помещение, куда привела меня спутница, повергло меня в лёгкий культурный шок: вместо ожидаемого кабинета пред взором моим предстало длинное помещение купален, какие мне доводилось видеть впервые в жизни. Комната занимала около трёхсот шагов, имела неправильную форму и весьма причудливую архитектуру. Разбросанные в произвольном порядке колонны подчёркивали неправильной формы бассейны, наполненные разного цвета жидкостями для омовения, и поддерживали расписной вогнутый потолок. Стены украшали попеременно то вышитые гобелены, то различные зеркала, отражающие все, происходящее в купальнях. В клубах ароматного пара, обволакивающего всё вокруг, тенями сновали неприметные служанки.
Хозяйка этого великолепия ожидала меня, стоя над небольшим искусственным водоёмом, наполненным сияющей голубой водой. Простоволосая, облаченная в мягко мерцающую изумрудную накидку, Эстатра была безмерно красива. Однако, я искренне недоумевала: зачем она пригласила меня в столь странное место?
