плотоядного кактуса. Говорить не может, но изредка оставляет послания на стенах при помощи магии. В основном нецензурные, так что не пугайся, если вдруг увидишь.
Я поежилась. Похоже, Кейрину еще повезло…
– В той войне и темные, и светлые маги не гнушались использовать самые могущественные заклинания, и некоторые из них требовали человеческих жертв. Мне было двадцать шесть. Я был слабым менталистом и еще более слабым стихийником. Мечом владел весьма посредственно, зато был действительно хорош в преподавании. Но кому нужны учителя, когда твою страну осаждает вражеская армия?
На стену меня не пускали, я работал в тылу. И когда император устроил особый набор добровольцев, вызвался в числе первых. Жаль только, не прочел внимательно тот договор, что подписывал. Древнее заклинание сожгло меня дочиста, вобрало мою жизнь, став по-настоящему мощным.
Я умер, а потом очнулся в теле кота. Незримые наказали темных не за то, что те развязали войну. Светлые спровоцировали их и с радостью схватились за мечи. Боги покарали именно за древние плетения, которым не должно быть места в нашем мире. И обрушился чад, накрывший эманациями использованных заклинаний весь Хейдорин. Полагаю, таким образом часть моего сознания и угодила в несчастное животное. – Кейрин окинул себя недовольным взглядом и фыркнул. – Первую пару сотен лет я не осознавал себя. За это время обзавелся крыльями и украшениями на хвосте. Что у меня с шерстью, даже не спрашивай – понятия не имею!
Договорив, он уставился на меня, а я сглотнула образовавшийся в горле ком и пожала плечами:
– Прости, что спросила…
– Надеюсь, твое любопытство удовлетворено? – Кшатр ударил хвостом по полу. – Мы можем вернуться к уроку?
Несмотря на недружелюбный тон Кейрина, я поняла, что он и сам был рад поделиться своей историей. Не кактусу же ее рассказывать? Да и недовольство в голосе кота казалось напускным.
– Конечно, – быстро кивнула я. – Надеюсь, ты не заставишь меня снова прыгать?
– Только если это будет необходимо, – пообещал кшатр.
В ответ я усмехнулась, но спустя полчаса выяснилось, что он был не так уж далек от истины. Я бы и сама попрыгала, если бы это помогло! Мне никак не удавалось понять, чего хочет от меня Кейрин.
– Марта, не так. Энергия соскальзывает с твоих рук, будто ты вытряхиваешь одеяло. Нежнее надо!
– Не получается, – устало вздохнула я. – Я и так действую осторожно, но стоит хоть на мгновение потерять концентрацию… Наверное, я безнадежна.
Пнув обломок стола, я поморщилась от боли и прикусила губу, злясь на себя. И с чего я решила, что из меня выйдет толк? Дар проснулся, а я осталась такой же пустышкой. Когда моя магия окончательно преодолеет действие артефактов, меня просто запечатают.
– Вовсе не так, – не согласился кшатр. – Просто ты никогда прежде не занималась магией. Да и в нынешние времена совсем забыли о пользе медитаций. Давай я помогу.
– Ты же не можешь влезть в мою голову и сделать все за меня, – хмыкнула я.
Кейрин кашлянул:
– Вообще-то могу. Я же менталист, помнишь? В прошлом, конечно, но на то, чтобы мысленно направить тебя, силенок хватит.
Просияв, я уставилась на кота:
– Кейрин, это было бы здорово! Только нужно поторопиться, боюсь, что скоро меня хватятся.
– Тогда садись. – Разноцветные глаза кшатра горели энтузиазмом. Наверное, он скучал по тем временам, когда был человеком. – Расслабься и позволь мне проникнуть в твое сознание. Будет немного неприятно.
Немного? Виски заломило так, что я не удержалась от стона.
«Прости, подрастерял навыки», – извинился кшатр.
Я не сразу поняла, что его голос звучал прямо у меня в голове. Прежде мне не приходилось сталкиваться с менталистами – уж больно редкая специализация. Я разомкнула веки и уставилась на невозмутимого Кейрина.
– И что мне делать?
Язык еле ворочался, а тело вдруг стало таким тяжелым, что я всерьез подумывала о том, не сползти ли на пол. Толстый слой зеленоватой пыли не внушал доверия, но удерживать равновесие становилось с каждой секундой сложнее.
Котяра зыркнул на меня желтым взглядом: «Не говори вслух! Отвечай мысленно, а лучше вообще слушай. Призови магию – один-два потока».
Сложно сопротивляться голосу у себя в голове. Я подозвала двух светло-зеленых змеек и зажмурилась от удовольствия, когда магия невесомой вуалью скользнула на кожу. Помня о науке Кейрина, не позволила ей тут же сорваться с пальцев и замерла, кусая губу.
«Умница! – похвалил меня кшатр. – А теперь представь, как энергия капля за каплей стекает с твоих рук».
Кейрин залез в мою голову, но я чувствовала его теплую лапу на своей ладони. Его мимолетную радость от того, что он снова использует магию. Даже откуда-то знала, что в данный момент он голоден и отчаянно переживает за горшок со сметаной.
Я дернулась, на мгновение потеряв концентрацию, и сила ушла в никуда. Так как я не дала никакого мысленного приказа, она просто растворилась в пространстве и вновь переродилась в потоки. Не дожидаясь насмешливого комментария Кейрина, я снова призвала змеек.
«Пожалуй, мне придется тебе помочь, – я услышала вздох кшатра. – Расслабься и прислушайся к ощущениям. Я не перехватываю твой контроль над телом – это мне не под силу. Просто покажу, как это делаю я. Только с тем условием, что мне приходится пропускать энергию сквозь себя».
Странное чувство – меня будто с размаху окунули в холодную воду. Я глухо выдохнула и задергалась, силясь привести мысли в порядок.
«Тише-тише, уже все. Теперь ты в моем сознании. Наблюдай».
Мне даже не пришлось открывать глаза – я видела образ Кейрина прямо под сомкнутыми веками. Не думала, что наше слияние будет настолько глубоким. Как ни странно, я не ощущала неудобств, напротив, будто обрела давно потерянную половинку души.
Кшатр призвал энергию: она неохотно подплыла к нему – видимо, из-за кошачьего обличья, – впиталась в тело, а уже спустя несколько секунд окутала ладони сиянием. Медленно, чтобы дать мне возможность разобраться, он отпустил ее на свободу, а я улыбнулась.
Так вот в чем дело! Кейрин разбивал энергию на отдельные сгустки, а я пыталась удержать ее всю сразу. Вынырнув из его сознания, быстро призвала магию и наконец выполнила то, чего от меня ожидал кшатр.
– Получилось! – воскликнула я.
– Отлично, – кивнул кот. – Теперь, когда ты поняла принцип, сможешь практиковаться сама.
Я бросила недоуменный взгляд на него. Его голос звучал снаружи, но я по-прежнему ощущала его эмоции: гордость и немного самолюбования. Котяра, что с него взять?
Кажется, Кейрин тоже почувствовал неладное и озадаченно уставился на меня. Тоже считывает мои мысли?
– Разве ты не закончил?
– В том-то и дело, что закончил! Я точно вылез из твоей головы и не понимаю, почему мы все еще ощущаем друг друга. Если только… – Кшатр осекся на полуслове и с ужасом посмотрел на меня. Шерсть на его загривке встала дыбом, а хвост, дергавшийся из стороны в сторону, вдруг замер. – Если только… Какой я идиот!
– Да что
