искать себе другого прибежища. Большая часть поселенцев были вынуждены податься в Висс-ано, часть осела в оставшихся не разорённых поселениях, другая часть была вынуждена поступить на военную службу.
Война затихла, тем более что и у теро и у кочевников нашлись другие дела. Луфаро защищал свой трон от посягательства своих братьев, что отнимало у него много сил, а кочевники все силы отдавали войне с каким-то новым народом, пришедшем из глубины Великой Степи, который претендовал на их земли.
Месяц назад из рудника удалось убежать ещё одному теро. Из его рассказа следовало, что всё золото, которое они добывали эти годы, до сих пор так и находится на руднике в потаённом месте. Оказалось, что предводителю клана кто владел рудником, вдруг во сне явился их бог и повелел отлить ему статую из чистого золота и что, мол после этого его род будет властвовать во всей Великой Степи.
По словам беглеца, сейчас самородков золота там накопилось чуть ли не несколько тонн! Раньше теро думали, что золото систематически вывозят из рудника, а здесь вдруг оказалось, что его там складывают в потаённом месте, а вывозят только самую малость. Естественно теро не могли удержаться от соблазна наложить на всё это богатство свою руки, тем более что теперь у них оказалось помимо уже закалённых в схватках с кочевниками войско и завербованные, как удачно сложилось, наёмники.
В этот раз экспедиционный корпус теро себя не особо афишировало, оно потихоньку двигалось от одного поселения к другому, останавливаясь там, на неделю-другую, потом скрытно двигалось дальше. Всё это делалось якобы для защиты поселенцев. Те с радостью снабжали их продовольствием, а молодые поселенцы с охотой вступали в армию.
Естественно поселенцев не ставили в известность об истинных целях Белого Трона Небес, истинную цель экспедиции знал только ограниченный круг лиц. Получив уведомление, что наёмники и вспомогательные войска на подходе, Кесте передислоцировался в эту заброшенную крепость, где и обосновался, приведя её в порядок. Отсюда до рудника было пять дней пути пешим.
Командующий не терял время зря, ожидая подмогу, рассылая конные патрули. Причём делал это очень хитро — большинство разведчиков были местные, которые знали и могли разговаривать на языке местных племён. Кроме того, для маскировки, все они были одеты в одежду степняков. Даже нацепили на себя их войлочные шапки. Вот одна из таких групп вернулась обратно и всё закрутилось.
* * *
К руднику их войско шло очень скрытно. Теро по всему было видно хорошо изучили этот маршрут, поэтому они останавливались в ложбинах, откуда дым и огонь костров не был бы виден, а неподалёку была вода. За день до того, как они должны были выйти к руднику, несколько сотен бойцов загодя отправились оседлать дорогу, чтобы степняки, не смогли вывести сокровища.
Рудник они захватили без особых потерь, его охраняло всего сотня воинов, но дальше начались проблемы. Охранники, перед своей гибелью, успели подать хорошо видный дымовой сигнал и командующий нервничал.
Они стояли у рудника, уже второй день, после его захвата, вытаскивая золото из той самой потаённой штольни. Один из охранников, перед смертью, успел перерубить канат и склад золота оказался завален многочисленными глыбами. Не сильно, но быстро расчистить его не получилось, несмотря на то что работы по расчистке шли днём и ночью.
Степняки оказались не такими простыми ребятами и приняли кое, какие меры безопасности, сейчас бывшие рабы, которым пообещали свободу и вольные изо всех сил, расчищали завал. Время шло, несколько раз они видели на горизонте небольшие отряды степняков, но те пока не решились напасть на них, но постоянно маячили на горизонте.
Временами возникали быстротечные перестрелки, но конные сотни теро отгоняли эти малочисленные отряды обратно в степь. Отряды наёмников остановили в километре от рудника и велели ждать, правда, разрешили разводить огонь, теперь, когда они были обнаружены, скрывать своё присутствие было бесполезно.
Ужин выдался довольно мрачным, каждый боец подсознательно чувствовал, что вокруг них сгущаются тучи. Все гадали чего здесь забыли теро, но вскоре после того как к воротам рудника потянулись пустые фургоны и выкатывались оттуда уже тяжело гружёными, то всё сразу стало на свои места.
— Золото! Золото — это слово начало всё чаще и чаще гулять по рядам бойцов.
Всего загрузили шесть фургонов. Судя по тому, как глубоко после этого просели, и стали увязать в грязи колёса, в каждом фургоне было, не меньше чем по тонне, а то и больше самородков. Возле каждого фургона суетилось десяток тяжёлых пехотинцев из личной сотни командующего. Сами фургоны остановились непосредственно около раскинутого шатра командующего.
Вскоре, после того как последний фургон отъехал от спуска в шахты, последовала команда готовится к маршу. Последними на поверхность поднялось около сотни полуголых рабов всех рас в основном теро.
Все они были сильно измождены, и их всех распределили по фургонам, в том числе и в фургоны наёмников и войско тронулось в обратный путь. Шахту даже не стали засыпать, со слов шахтёров выяснилось, что золотая жила к этому времени сильно истощилась и особого смысла её разрабатывать нет.
В голове колонны как обычно пошли пехотинцы-теро, за ними тронулись фургоны. Замыкали колонну отряды наёмников. Конники двигались параллельно дороги с двух сторон. Несколько конных отрядов разведчиков постоянно маячили неподалёку, чтобы не пропустить неожиданного нападения противника.
Так в постоянном марше, однообразно, прошло три дня, а потом всё завертелось! Кочевники всё это время скрытно сопровождали их колонну, но не нападали, видимо накапливали силы и теперь осмелев, начали потихоньку нападать.
— Командир!
Вдоль растянувшейся колонны проскакал Росо с десятком всадников, вздымая придорожную пыль.
— По-моему там желтоглазые сцепились со степняками!
Он рукой указал, куда-то вбок. Никитин, сидящий на передке своего фургона, немного подогнул полу шляпы, что бы разглядеть, что там происходит. Видно было плохо — кто там и сколько приходилось только гадать, но было ясно что там идёт бой. От головы каравана отделился крупный отряд всадников и поскакал в том направлении.
— Может мне с моей сотней подлететь посмотреть туда? — просящее сказал он.
Чувствовалось, что его конная сотня несколько засиделась на месте и ему хочется немного размяться. Никитин отрицательно покачал головой.
— Не сейчас! Это их война Росо, а вы мне нужны целыми и невредимыми. Успеем ещё навоеваться.
Сотник досадно хмыкнул, но настаивать не стал. Все в его отряде хорошо знали, что их командир не любит напрасный риск. Некотором особенно молодым это не нравилось, но «старики», всегда были на его стороне.
К тому же у него был
