— Я подвёл вас. Прости… Прости меня.
Вся злость на Бароса и отца от увиденного улетучилась. Глядя на отца… нет, на папу, которого я так долго хотел найти, я вдруг почувствовал стеснение в груди. Почувствовал, как к горлу подкатил ком.
Не только я потерял маму и папу за последние годы. Отец сам потерял всю семью из-за проклятой войны. Из-за своих ошибок. А когда вдруг нашёл своих детей, понял, что они его ненавидят.
Сам того не заметив, я подсел на камень рядом с ним. Сначала не решаясь, но всё же осторожно коснулся его плеча. Он благодарно накрыл мою руку своей, продолжая прятать лицо в другой.
На глазах предательски выступили слёзы.
— Почему ты не вернулся после войны? — тихо спросил я, вытирая лицо рукавом. — Почему не стал узнавать ничего про Грантон? По-любому бы нашлись люди, которые указали на то, что Барос тебе солгал.
— Я боялся, — прохрипел отец в ответ. — Боялся найти подтверждение того, что вы погибли, пока меня не было рядом. А так, если ничего не узнавать, думал я, то оставалась надежда, что вы выжили, — он, наконец, оторвал лицо от ладоней и выдохнул, посмотрев мне в глаза. — Знаю, что ты скажешь. Это было глупо и трусливо.
Я больше не мог злиться на этого человека. Как бы раньше я ни хотел отомстить ему, наказать за то, что бросил нас, больше всего наказал себя он сам. И от осознания этого мне становилось лишь грустно.
— Это было по-человечески, — ответил я, глядя на него с печальной улыбкой.
На его глазах вновь заблестели слёзы. Он опять перевёл взгляд в небо, одновременно с этим приобняв меня рукой. Я не стал отстраняться.
— Вот уж не думал, что у меня вырастет настолько мудрый сын, — проворчал папа. — Ты намного мудрее меня.
Как Гаррик и обещал, вечером мы продолжили тренировку. Правда, проходила она без Живых доспехов. Я кутался в утеплённый синий китель, выданный мне квартирмейстером, пытаясь спастись от морозного воздуха. Лорд Галаццо же был в одной просторной белой сорочке.
Он подошёл к своему доспеху. Схватился руками за едва заметные выступы. Потянул, выламывая их из металла. У него в руках оказались два меча обычного размера.
Один из них он метнул в мою сторону. Не задумываясь, я дёрнулся, уворачиваясь от летящего оружия. Но меч застыл в метре от меня, повернувшись прямо в воздухе рукояткой ко мне. Я схватился за неё. Первую секунду меч казался невесомым. Затем попытался обрушиться на землю, влекомый силой притяжения.
— Выпендриваешься? — спросил я, глядя на Гаррика.
Тот с щегольской улыбкой развёл руки в стороны.
— Не понимаю, о чём ты.
— Всё ты понимаешь, — возмутился я, взмахивая мечом, чтобы привыкнуть к его весу в руке. — Как ты использовал силу своего доспеха? Ты же не внутри него.
— Возможности Живых доспехов куда многограннее, чем кажется большинству, — он пошёл по кругу в сторону, размахивая мечом. Я пошёл в противоположную сторону, сохраняя дистанцию. Так мы и кружили, пока он объяснял. — Когда твой Живой доспех превосходит своими силами другие, ты обычно об этом не задумываешься.
Он бросил взгляд на своего «Мечника», застывшего под небольшой скалой.
— Когда же тебе достаётся один из слабейших доспехов в классе, тут хочешь не хочешь, будешь пытаться выжать из него максимум.
Серый доспех под скалой замигал серебристым светом.
— Эй, Молот-1, вот только не надо обижаться! — хохотнул Гаррик. — Иногда он сварливее моей жены.
Сумерки разогнала ещё одна серия серебристых вспышек.
— Ой, вот только не начинай опять, — проворчал в ответ лорд Галаццо. — Мы с тобой об этом уже много раз говорили. Когда мы по отдельности, то слабы. Когда вместе, то любому Живому доспеху зад надерём. Доволен?
Серый доспех утвердительно мигнул.
Гаррик посмотрел на меня и покачал головой с лёгкой улыбкой. Словно утверждая: «Я же говорил».
— Теперь отвечу на твой вопрос, — сказал он, указывая на меня мечом. — Да, я использовал силу «Мечника», не находясь в доспехе. Насколько мне известно, я первый в истории, кто смог такое с ним сделать.
Интересно, смогу ли я сделать то же с мечами Серп-1? Надо будет попробовать.
— Но такое возможно только с «Мечником», — продолжал Гаррик. — Потому что у него подходящая сила. На самом деле, возможности каждого Живого доспеха изучены ещё довольно мало. Любой носитель может открыть что-то новое.
Я задумался над его словами. До того, как Серп-1 попал ко мне, никто не пользовался его силой копирования. Внезапно пришедшая в голову мысль развеселила меня.
А что, если ему нужен был вор-носитель для этого? По сути, своей силой Серп-1 как бы ворует силы других Живых доспехов.
— Вот, например, взять твой доспех, — неожиданно сказал Гаррик.
— А что с ним?
— У него почти такая же способность к управлению собственным оружием, что и у «Мечника»? Почему? Разве доктрина Ушедших не запрещала им создавать одинаковые способности у Живых доспехов?
— Честно говоря, я не шибко силён в религии.
— Ну тогда возьми за данность, что нет двух Живых доспехов с одинаковыми силами. У них могут быть одинаковые особенности, вроде размеров у Танков или хрупкости брони у Истребителей. Но силы никогда.
Он вдруг сорвался с места. За секунду сократив дистанцию между нами, он нанёс несколько быстрых ударов мечом. Я еле успел заблокировать их все.
Отпрыгнув, Гаррик вновь зашагал по кругу, продолжая рассуждать:
— Тогда как быть с твоим «Несгибаемым»?
Я бросил взгляд на Серп-1. Он вместе с «Жидким» застыл неподалёку от нас.
А ведь действительно хороший вопрос. Мы с Гарриком оба могли метать оружие и притягивать его обратно силой мысли. Эта сила всегда казалась мне данностью моего доспеха. Но если задуматься, она заметно выбивалась из его основных возможностей.
Лорд Галаццо с силой метнул в меня меч, словно копьё. Не без труда, но я отбил его в сторону. Он полетел, кружась, но затем застыл в воздухе.
— Я думал об этом весь день, — говорил Гаррик, притягивая меч к себе в руку. — И вот что я думаю. Либо Ушедший, создававший твой Живой доспех, решил наплевать на доктрину. Либо твой «Несгибаемый» в прошлом так часто копировал силу моего доспеха, что попросту запомнил её.
— Звучит бредово, — заметил я, вышагивая по каменистой
