– Когда как.
– Да, он мой отец и я его люблю. Хочу в чем-то походить на него. И тебя я люблю…
– А мы с ним такие разные – тебе, бедной две головы нужно…
– Два сердца, Наоми. Два сердца. А оно у меня одно. И вы оба в нем, здесь… И я прошу, не ссорьтесь, вы оба. Говорила ему, говорю тебе. Благодарна, что ты терпимо относишься. Он ведь грубый человек.
ТРЕТИЙ. Бренда. На следующий день после их знаменитой схватки.
– Подойди, – взгляд немигающий, пристальный.
– У Пини странный вкус. Я прошу тебя оставить ее в покое.
– Вы сами дали ответ. Это – выбор не мой, а ее.
Бренда недобро щурится.
– Хорошо. Иди.
ЧЕТВЕРТЫЙ. Тир тянется к тебе сотнями невидимых тонких щупальцев с острыми когтями на концах, грозит схватить, рвать твое тело… И ты обрубаешь их одно за другим, направляя огонь орудий и залпы ракет. Ты наводишь визир, Файд считывает показания и дает команды канонирам. Его лицо все более наполняется восторгом и верой, по мере того, как умолкают батареи Тира.
А затем в центре Тира разверзается, так ты видишь, черная пасть, полная злобы и ужаса. И в нее летят последние ракеты «Громовержца». Какая жуткая красота во встающих в ночи над городом огненных облаках. Они бледнеют, опадают и гаснут и в душе твоей тоже наступает тьма.
ПЯТЫЙ. Здесь и сейчас. Привал. Тебе освобождают ноги, ссаживают с усталого зверя. Подносят кружку к губам. Как хочется пить! Два глотка, не больше. Хоть бы кто дал нормальной воды, а не этот чертов настой! Ты еще контролируешь себя. Это хорошо. Только сосны тихо кружатся, водят медленный хоровод, приходится опираться на чьи-то руки. Можешь справить нужду. Ты уже привыкла к невозможности уединиться, и равнодушна к наглым ухмылкам.
Белесый дым костра тает в вышине. На востоке синеют невысокие горы. Твои пленители утолили голод, и неприязнь их как будто ослабла. Были бы силы и время – ты одолела бы эту команду. А пока… Покорно внимаешь окрикам Джено – твое подчинение неведомо как проецируется на умы его людей. И они также подчиняются ему, балансируя на тонкой грани между лояльностью и мятежом. Пока хранишь это равновесие – ты жива.
Половина людей Джено уже спит, и он сам разрешил себе два часа сна – такой выносливый человек – он все же начал постепенно сдавать. Остальные – не должны спускать с тебя глаз, пока ты не впадешь в беспамятство под действием наркотика. Чернолист, в просторечии бахуш – оказывает странное действие. Сомкни веки. Теперь открой глаза. Солнце уже у горизонта. Для тебя – прошел один миг. Может, стоит захотеть и все кончиться разом?
Кто-то подносит флягу к твоим губам. Глоток. Еще. Чистая, прохладная жидкость омывает иссохшее горло. Вода. Вода! Ни следа этой гадости. Ты пьешь мелкими глотками, не в силах остановиться. Закидываешь голову, ловя последние капли, и встречаешься с ним взглядом, зацепившись зрачком за зрачок.
Его зовут Баз. Грубое лицо с тяжелым подбородком, в уголках всегда плотно сжатого рта таятся мрачные складки. Кепи плотно надвинуто на покатый лоб. Не сравнить с исполненным мужественной красоты лицом Арни. Обыкновенный девяностокилограммовый мужик. Такой мог быть фермером где-нибудь под Норденком или Ганой, но сложилось все так, как сложилось. И теперь он – твой страж.
Баз молча размыкает кольцо наручников на твоем запястье. Зря Джено позволил себе уснуть. Снимает путы с ног. Легко поднимает тебя на руки и неслышно ступая, пробирается меж лежащих вповалку тел к дремлющим поодаль стиксам. Его стикс самый крепкий из всех, похоже, давно ждет хозяина. Он не расседлан – Баз все спланировал заранее. Сажает тебя, сам взлетает в седло, крепко обхватывая тебя за талию. Трогает лохматый загривок зверя. Пошел!
Никто не очнулся, не поднял тревоги. По утру, они проснутся, не заметив промелькнувшей ночи. Чернолист. В просторечии – бахуш.
Всю долгую ночь Баз молчалив. Отдыха стиксу он не дает, стремясь уйти подальше и поскорее от осатаневшего Джено и его клики. Ты ярко представляешь себе их бешенство. К утру до Верены остаются сутки пути. Кто знает, как поступит хозяин Верены? Он всегда был фрондером и вполне может отказать Ваге в выдаче преступников, резонно заявив, что перед Вереной они ни в чем не повинны. Или?
А чего добивается Баз? Что за игру он ведет? Ты мучаешь себя этим вопросом и постепенно уясняешь, что за поступком База ничего тайного не стоит. Он украл тебя для себя. Наивный. Думает, на Острове можно спрятаться и удержать при себе добытое счастье. Чужую, непонятную и так влекущую к себе женщину. Он рассчитывает на твою благодарность и любовь. Пусть. Мечтать не вредно. Когда вновь на землю падает ночь, Баз отпускает стикса подкормиться, расстилает попону на жесткой траве. Сквозь ветви кряжистого дерева, под которым вы устроили привал, смотрят на вас обоих звезды. Луны еще не взошли.
И Баз получает от тебя свою награду. Он, не привыкший дарить ласку, по-своему нежен, ты же испытываешь немую благодарность за то, что этот сильный человек тебя любит. Такую как есть. Неважно, кто ты, что ты сделала и какие беды принесет ему знакомство с тобой. Ты уже далеко не так привлекательна, как раньше, усталость и каждодневные дозы бахуша сделали свое дело. Давно не мылась и грязна, как не знаешь кто. Но мужчину твоего это не смущает. Он берет тебя яростно, а ты подчиняешься ему спокойно и радостно.
Сон ваш короток и неглубок. Ты просыпаешься от приглушенного стона. Баз тоже очнулся, с тревогой вглядывается во тьму. Тягучий стон-плач раздается вновь.
– Базиль!
– Тише…
Смутная тень. Стикс. Он ползет к вам, в боку зияет глубокая рана. В слабом свете Минны запекшаяся кровь кажется черной. Базиль живо встает, длинный ствол игломета сталью блестит в его руке.
– Приласкай его. Быстро.
Ты гладишь голову большого доброго зверя, дуло игломета упирается ему в ухо. Глухой звук выстрела, тело стикса судорожно вздрагивает. Это все, что вы можете для него сделать. Но остается еще одно. Базиль давно понял, что смертельную рану стиксу нанесли люди. И так рассчитали, чтобы он умер не сразу, а успел привести к своим хозяевам.
– Собирайся. Уходим.
Ко времени, когда на восходе небо начинает светлеть, ты понимаешь, что больше не в силах идти. Ты сейчас не та, что прежде. В другое время не дала бы спутнику своему остановиться на ночлег – быстрота передвижения решает все. Теперь – поздно.
Последние пять километров Баз несет тебя на руках. Когда и его начинают оставлять силы, вы с ним выходите на поляну к рухнувшему давным-давно стволу огромной гории. Здесь Баз осторожно опускает тебя наземь, вы с ним собираетесь использовать умершее дерево, как укрытие, но не успеваете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
